Читаем без скачивания Посылка - Ричард Матесон

Автомобиль с ревом влетел в коридор из деревьев, окаймлявших шоссе по обе стороны. Здесь были посажены эвкалиптовые лесозащитные полосы; деревья стояли на расстоянии метра друг от друга, и дорога напоминала каньон с высокими отвесными стенами. Мэнн вздрогнул от неожиданности и испуга, когда на капот машины упала большая ветка с пыльными листьями. Подхваченная потоком воздуха, она промелькнула по ветровому стеклу и исчезла из виду. «Боже!» — взмолился Мэнн, чувствуя, что держится из последних сил. Если на такой скорости потерять управление...

«Да ведь именно этого Келлер и добивается». Мэнн представил себе широкую улыбку на лице водителя грузовика, проезжающего мимо горящих обломков. Улыбку охотника, который убил свою жертву, даже не касаясь ее.

Деревья по сторонам дороги кончились. Шоссе плавно огибало подножие горы. Мэнн заставил себя сильнее нажать на газ. 83... 84 мили в час.

Слева тянулась гряда зеленых холмов, постепенно переходивших в горы. На боковой грунтовой дороге Мэнн заметил черную машину, двигавшуюся к шоссе. Есть ли на ней белая полицейская полоса? Почувствовав, как подпрыгнуло сердце, Мэнн вдавил правой рукой кнопку звукового сигнала, и тот надрывно загудел, неприятно отдаваясь в ушах. Сердце готово было выскочить из груди. Неужели полицейская машина? Неужели...

Разочарованный, Мэнн резко отпустил клаксон. Нет, не полиция. Черт! Келлеру, наверное, понравилось это маленькое представление. Сидит небось себе, хихикает. Мэнн вроде даже расслышал грубый ехидный голос водителя грузовика: «Малыш, думаешь, к тебе сейчас придет на помощь дядя полицейский? Не-е-ет! К тебе сейчас смерть придет». «Проклятый сукин сын!» — клокотал от ненависти Мэнн. Сжав правую руку в кулак, он в отчаянии изо всех сил ударил по сиденью. «Черт бы тебя побрал, Келлер! Пусть это будет последний день в моей жизни, но я убью тебя!»

Горы приблизились. Там обязательно должны быть подъемы, длинные крутые подъемы. Мэнн почувствовал прилив надежды, поскольку был абсолютно уверен, что сумеет значительно опередить грузовик. «Этот Келлер при всем желании не сможет идти в гору на 80 милях в час. Ну а я смогу!» — пели победные трубы в его душе. Мэнн сглотнул набежавшую слюну, чувствуя, что рубашка на спине взмокла, а по бокам стекают струйки пота. «Ванна и коктейль — сразу же по приезде в Сан-Франциско. Долго отмокать в горячей ванне, долго пить виски... лучше всего “Катти Сарк”». Ох уж он развернется!

Дорога пошла на небольшой подъем, но — проклятье! — слишком пологий. Грузовик проскочит его по инерции, даже не теряя скорости. Мэнн мрачно осмотрелся. Через секунду его машина качнулась на вершине подъема и понеслась вниз по такому же плавному спуску. Мэнн посмотрел в зеркало. «Квадрат! — пришло ему в голову сравнение.— Весь этот грузовик — сплошной квадрат: квадратные радиатор, капот, бампер, кабина; даже у лица и рук Келлера те же очертания». Бензовоз казался чудовищем, бездушным, жестоким чудовищем, которое вело преследование по воле слепого инстинкта.

Мэнн в ужасе закричал, увидев впереди знак «Ремонт дороги». Его взгляд судорожно заметался по шоссе. Обе полосы движения были перекрыты, и большая черная стрела указывала направление объезда. Заметив, что объездная дорога — грунтовая, Мэнн мучительно застонал. Его нога автоматически перескочила на соседнюю педаль и стала плавно качать тормоз. А грузовик безрассудно несся с прежней скоростью! Но ведь это невозможно!.. С застывшим лицом Мэнн начал выворачивать вправо.

Передние колеса выскочили на грунтовую дорогу, и он судорожно напрягся. В первую секунду ему показалось, что машину сейчас непременно занесет, чувствовалось, что ее уже начинает разворачивать. «Нет! — завопил Мэнн,— не надо!» Но через мгновение он уже трясся по грунтовой дороге, мертвой хваткой вцепившись в рвавшийся из рук руль. Противно дребезжали стекла; его то бросало на туго натянутый ремень безопасности, то припечатывало к спинке сиденья. Позвоночник ломило от ударов. Когда машина подскочила на очередной рытвине, Мэнн хрипло застонал, ощутив, что до крови прикусил губу.

Автомобиль начало заносить вправо, и, задохнувшись от ужаса, Мэнн сначала рванул руль в противоположную сторону. Но через секунду, опомнившись, выкрутил вправо, в сторону заноса. Задним бампером машина с треском снесла заградительный щит. Мэнн негромко вскрикнул — и начал плавно качать тормоз, пытаясь обуздать автомобиль. Теперь заднюю часть машины резко понесло влево, из-под колес поднялась туча пыли, и он почувствовал, что из горла готов вырваться вопль отчаяния. Мэнн яростно крутанул рулевое колесо. Машину снова стало тащить вправо. Осторожно сработав рулем, он все-таки сумел ее выровнять. Сердце бешено колотилось, отдаваясь в голове глухими судорожными толчками. Мэнн закашлялся, поперхнувшись сочившейся из губы кровью.

Грунтовая дорога внезапно кончилась, машина снова выскочила на шоссе, и стало возможно наконец глянуть в зеркало. Грузовик сбросил скорость, но отстал несильно; качался на ухабах, как корабль в шторм, поднимая огромными колесами густое облако пыли. Мэнн вдавил педаль газа, и автомобиль отчаянно рванулся вперед. Совсем близко начинался отличный крутой подъем, на котором можно будет оторваться.

Когда машина резво преодолела первые метры подъема, из-под капота вдруг начал струиться дымок. Мэнн замер, широко открыв от ужаса глаза. Дымок сгущался, превращаясь в плотное облако пара. Мэнн впился глазами в приборный щиток. Красная лампочка еще не горела, но должна была вот-вот зажечься. Как же это могло случиться? В тот момент, когда он уже практически ускользнул!..

Подъем был затяжным и крутым, с частыми поворотами. Мэнн понимал, что останавливаться нельзя. «Может, развернуться и поехать вниз?» — пришла в голову неожиданная мысль. Он осмотрелся. Дорога, сжатая с обеих сторон высокими горами, была слишком узкой. Развернуться на ней за один прием невозможно, а на что-либо другое не хватит времени — Келлер его просто снесет. «Боже мой!» — тихо стонал Мэнн.

Он должен умереть.

Остекленевшим взором Мэнн смотрел вперед, на дорогу, подернутую облачком пара. И тут он вспомнил день, когда на бензоколонке около дома ему мыли двигатель горячей водой. Механик тогда посоветовал сменить шланги системы охлаждения, сказав, что после такой процедуры они часто трескаются. А Мэнн отказался, решив сделать это как-нибудь потом, на досуге. На досуге! Эта фраза впечаталась в его мозг. Он не поменял шланги — и из-за этого должен умереть.

Мэнн совсем по-детски всхлипнул от бессилия, когда на приборном щитке зажегся красный огонек, и, непроизвольно на него посмотрев, прочитал слово «перегрев». Черное на красном фоне.

Подъем впереди казался бесконечным. Мэнн слышал, как клокочет в радиаторе кипящая вода. Сколько ее там еще осталось? Пар быстро густел, затуманивая лобовое стекло. Протянув руку, Мэнн повернул переключатель. По стеклу забегали щетки стеклоочистителя, оставляя размытые полукружья. Воды все-таки должно было хватить до конца подъема. «Ну а потом-то что?» — вопрошал он себя. Без воды машина не поедет даже под гору. Мэнн взглянул в зеркало. Грузовик отставал. Мэнн зарычал от ярости. Если бы не эти проклятые шланги, дело было бы сделано!

Машина накренилась на повороте, и его вновь охватил страх. Если сейчас остановиться, то еще можно успеть выскочить, убежать в сторону, вскарабкаться на склон горы... Потом это уже будет невозможно. Но Мэнн был не в состоянии заставить себя остановить машину. В ней он чувствовал себя увереннее, казался вроде не таким уязвимым. Кто знает, что случится, если ее покинуть.

Мэнн взирал на дорогу застывшим взглядом, стараясь не замечать яркий красный огонек на приборном щитке. С каждым пройденным метром скорость снижалась, мощность двигателя заметно падала. В ушах набатом звучало бульканье кипевшей в радиаторе воды. В любой момент мотор мог заглохнуть, и тогда машина встанет, превратившись в неподвижную мишень.

Автомобиль был уже почти на самой вершине подъема, однако Мэнн увидел в зеркало, что грузовик его настигает. Сильнее нажав на педаль газа, но уловив в ответ лишь скрежещущий звук в двигателе, Мэнн в отчаянии застонал. «Мне так нужно преодолеть подъем! Помоги мне, Господи!» — горячо взывали к Всевышнему его губы. Оставалось совсем немного. Все меньше. Меньше. «Ну же! Ну!!!» — умолял он свой едва живой автомобиль. Двигатель трясся и стучал, изпод капота валил густой пар и вырывался черный масляный дым. Щетки мотались по стеклу взад-вперед. В голове пульсировала кровь, обе руки от бесконечного напряжения онемели. Мэнн неотрывно смотрел вперед, чувствуя, как бешено колотится сердце. «Ну! Ну! Господи, помоги!»

Есть! Машина перевалила на спуск, и Мэнн издал торжествующий крик. Трясущейся рукой он снял с передачи и пустил машину накатом. Но вопль восторга застрял в горле. Вокруг были горы, только горы. Черт с ними! Впереди был длинный спуск. Мимо промелькнула предупреждающая надпись: «Грузовикам на протяжении 12 миль двигаться на пониженной передаче». Двенадцать миль! Что-то должно случиться. Обязательно должно.