всегда можем получить то, что хотим. Это урок, который тебе предстоит усвоить на собственном горьком опыте. Оказаться под прицельным вниманием — не идеальный вариант, но я могу себе это позволить. Они не спасут тебя.
— Где моя сестра? — я отклонилась от темы, прежде чем его слова успели слишком сильно напугать меня.
Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то жестокое.
— Уверен, она где-то здесь. Не волнуйся. Элио этим занимается.
Одной мысли о том, что наемный убийца может наложить свои отвратительные руки на мою сестру, было достаточно, чтобы я развернулась на месте и побежала.
Глава 10
Чарли
Нам не стоило убегать. Надо было обратиться к копам.
Нет. Это бы ничего не изменило. Другого исхода быть не могло. С того момента, как умер Мигель, все всегда сводилось к этому.
Пути назад не было.
Я побежала в сторону автобуса; несмотря на его предупреждение, я была уверена, что он блефует. Ренато Де Санктис, capo dei capi Нью-Джерси, добился своего положения не тем, что расстреливал группы невинных прохожих. Тот факт, что он даже дал нам с Люси шанс промолчать, доказывал, что у него есть какой-то кодекс, пусть даже непонятный мне.
Я бежала изо всех сил между припаркованными грузовиками. Автобус был всего в нескольких метрах от последнего из них.
Я была так близко.
У меня почти получилось.
За долю секунды до того, как я вырвалась из тени грузовика, его рука схватила мою. По инерции я развернулась и попала прямо в его объятия. Рука Ренато зажала мне рот, запечатав мой крик внутри. Я укусила его за пальцы, когда он потащил меня глубже в темноту, и шум остановки и потенциальных свидетелей стих. Мои зубы встретились с чем-то слишком гладким и толстым, чтобы быть обычной кожей.
Перчатки. Мужчина был в перчатках.
У меня были большие проблемы.
Новая паника заколотилась в груди, пока он без усилий тащил меня в тень, вглубь стоянки для грузовиков. Никакие пинки не могли сдвинуть его стальную руку с моей талии. Я была абсолютно бессильна. Измучена.
— Я же говорил тебе не убегать, Шарлотта. Ты только усложняешь себе жизнь. — пробормотал он мне на ухо.
Я пыталась унять свой бушующий страх. Думай, Чарли. Он явно ожидал, что я продолжу бороться. Возможно, я смогу использовать это. Что-то было пристегнуто к поясу Ренато. Твердый предмет, прямо у моего бедра. Пистолет.
Он оттащил меня за последний грузовик. Там, на обочине шоссе, был припаркован автомобиль с включенными фарами, освещавшими нас. Он выглядел точно так же, как та черная, безумно дорогая машина, на которой нас с Люси везли в дом Ренато. Он был не один. Ничего удивительного.
Я была в полной заднице. У меня был один шанс, и, зная мою удачу, это не сработает, но я не собиралась сдаваться, даже не попробовав.
Поэтому я позволила своему телу обмякнуть, чего Ренато никак не ожидал. Он выругался по-итальянски, когда я упала на землю, и наклонился, чтобы обхватить меня руками. Пока он это делал, я завела руку ему за спину и выхватила его пистолет. К тому времени, как Ренато выпрямился, он был у меня в руке. Я вывернулась из его объятий, и он позволил мне, четко осознав, что я сделала.
Я отступила на несколько шагов и направила пистолет на него.
Он стоял в нескольких метрах от меня и выглядел совершенно невозмутимым. Ублюдок ухмыльнулся.
— Умная девочка. У тебя неплохие навыки выживания, не так ли, мисс Берк?
— Заткнись! Это у меня пистолет, и теперь я буду говорить.
Он лениво приподнял бровь, а затем кивнул, жестом показывая, чтобы я продолжала. По его кривой улыбке я поняла, что он согласился только потому, что его это забавляет, а не потому, что он боится, что я его убью.
— Ты оставишь нас с Люси в покое. Мы уедем из города, и ты нас больше никогда не увидишь… Ты не будешь преследовать нас, а копы не узнают, куда мы делись, — мы исчезнем.
Ренато поджал губы, как будто обдумывал мой план.
— И с помощью каких ресурсов ты устроишь данное исчезновение? Пока что это неубедительно.
— Я найду деньги. У меня есть друзья, которые могут мне помочь. — быстро ответила я.
Честно говоря, у меня была лишь одна хорошая подруга, которая, возможно, попробовала бы помочь, и проживала она в Мичигане. Мы вместе учились в школе медсестер, и она была единственной, кто действительно знал меня, не считая Люси.
Ренато покачал головой.
— Боюсь, я не могу допустить, чтобы в это уравнение вошел еще один человек. На самом деле, мне нужно, чтобы произошло обратное.
Из моего глаза выкатилась слеза.
— Ей всего девятнадцать, — пробормотала я. — У тебя что, нет братьев и сестер?
Ренато кивнул.
— Да, вообще-то, есть. Младшая сестра.
— Тогда ты знаешь, как это, — чувствовать необходимость в их защите.
Ренато вздохнул.
— Шарлотта, сегодня все закончится.
Он сделал шаг ко мне, и я отскочила назад, все еще направляя на него украденный пистолет.
— Не подходи ближе! Я выстрелю в тебя, клянусь. — предостерегла я его.
— Как думаешь, ты справишься с этим? У тебя руки дрожат.
— Я справлюсь. — прорычала я. — Ради Люси я справлюсь с чем угодно.
Ренато прекратил свое медленное приближение и склонил голову набок, внимательно наблюдая за мной.
— С чем-угодно? Я уже слышал это раньше. Ты действительно сможешь справиться с чем-угодно, или будешь спорить, кричать и отказываться от того, что уже пообещала сделать?
Улыбка Ренато была раздражающе невозмутимой. Больной ублюдок получал удовольствие.
— Тебя это забавляет? Играть со своими жертвами, прежде чем убить их? Ты наслаждаешься этим?
Он усмехнулся.
— Признаю, мне больше нравилось, когда ты стояла на коленях и молила меня сохранить тебе жизнь… но в этом есть своя привлекательность. — он взглянул на часы. — Однако время поджимает.
— Стой! Я выстрелю, клянусь Богом. — дико зашипела я, когда он направился ко мне. Я сняла пистолет с предохранителя, размазывая пальцами пот по металлу.
— Вперед, bambina. Хладнокровно лиши человека жизни и погрузись во тьму… позволь ей расти в твоем сердце. Откажись от шанса попасть в рай и пади. — насмешливо произнес он, теперь бесстрашно шагая в мою сторону.
Он был уже достаточно близко, чтобы выхватить у меня пистолет. Время было на исходе. Инстинкт взял верх, и мой палец дернулся. Его глаза встретились с моими, и в эту секунду между нами что-то промелькнуло. Что-то настоящее и честное. Ужасный момент истины. Я могла посвятить свою жизнь помощи
