Читаем без скачивания Метро 2033. Хозяин Яузы - Анна Калинкина

Один из нападавших соскочил с берега на ближайшую к нему баржу, поднял оружие, прицеливаясь.

– Уходи с баркаса, придурок! – крикнул Данила. – Уходи, не то хуже будет!

Федор выстрелил в человека на барже и промазал. Тут баржу словно что-то сильно толкнуло снизу, она закачалась на волнах, их лодку тоже отбросило назад. Промокший, не понимающий, в чем дело, Федор судорожно вцепился в борт. Стекла противогаза были залиты водой, но Федор заметил – или ему показалось – как из воды взметнулось черное щупальце, схватило человека на барже и потащило вниз. Раздался короткий вопль, плеск – и все стихло.

Сталкеры торопливо гребли, стараясь подальше отплыть от опасного места, их противники бежали вдоль берега, то и дело стреляя, но безуспешно.

И вдруг происходящее на реке как будто перестало интересовать нападавших. Они оглядывались, будто что-то услышали. А потом услышали и сидевшие в лодке: из переулков доносился мерный звук, похожий на рокот барабана, иной раз слышался заунывный вой.

– Одержимые! Атас! Уходим, – крикнул один из нападавших. И, обернувшись к ним, проорал что-то вроде: «Я еще найду тебя, лодочник!».

Старик греб, Федор тоже налегал на весла изо всех сил. Лодка, которую уже не тормозило ничто, летела, но Федору все казалось, что недостаточно быстро. Он машинально отмечал про себя, что проплыли под изящным, выгнутым дугой над речкой мостиком, где, к счастью, их никто не караулил. Впереди показался следующий мост – плоский, широкий. Старик дал знак пристать к берегу.

– Пронесло, неужто в самом деле пронесло? – бормотал он.

Неля развернула свою лодку борт о борт с первой и, перегнувшись, попыталась осмотреть Фила. Федор стащил с него пробитый пулей противогаз. Фил трудно дышал, в волосах запеклась кровь. Но вот он открыл глаза, улыбнулся и слабо пошевелил рукой – «я в порядке». Неля тут же стала снова натягивать на него противогаз, но перед этим Фил успел сделать жадный вдох и даже зажмурился от удовольствия.

Раненого посадили в большую лодку третьим, возле него примостилась Неля, а плыть на буксире выпало теперь Федору. Впереди показалась насыпь, а через нее перекинулся следующий мост – массивный, каменный, арочный. Две арки делили реку пополам, и еще две находились по бокам, где вдоль набережной с двух сторон было шоссе.

На насыпи темнела непонятная груда – Федор с дрожью опознал в ней раскуроченный вагон и понял, что поверху проходит железная дорога. Ему вдруг послышался мерный стук колес. Какое-то мгновение ему казалось, что сейчас подъедет поезд, и проводник в зеленой форме заберет его, чтобы отвезти туда, где смерти нет. Чтобы отогнать наваждение, Федор отвернулся – и на левом холме увидел белые стены и купола монастыря.

Старик всматривался в берег. Федор тоже посмотрел повнимательней – и остолбенел. В кустах здесь и там мерцали желтые глаза – словно бы сами по себе. Вдруг раздался утробный вой, закончившийся тихим ворчанием.

– Кис-кис-кис, – забормотал старик. В кустах послышалось шуршание, и одно за другим несколько животных выбрались на открытое место. Ростом они были, как прикинул Федор, примерно ему по колено. Движения их были плавными, но в них чувствовалась сила. Трудно было их разглядеть как следует – темные силуэты припадали к земле, сливаясь с неровностями почвы, лишь глаза ярко светились в темноте.

– Ах вы мои хорошие, Мурка, Рыжик, – пробормотал старик. Вытянул сеть, привязанную за лодкой, выбрал из нее несколько рыбешек и принялся кидать хищникам. Те ловили добычу на лету, приплясывали от возбуждения. Федор удивился их ловкости – ни одна рыбка не успела упасть на землю. Потом звери уселись и проводили лодку горящими глазами, тихо урча.

Вдруг кошки подняли вой, кусты затрещали, и через несколько минут ни одного зверя не осталось поблизости. Что-то приближалось из темноты.

– Уходим, – крикнул старик. Гребцы налегли на весла. Лодка полетела вперед, волоча за собой вторую. И лишь когда монастырь остался позади, старик махнул рукой – мол, можно не спешить. Федор, приноровившийся уже грести, слегка расслабился.

– То пустырь. То монастырь, – бормотал под нос Данила. – Направо пойдешь – стреляют, налево ткнешься – и тут живьем готовы сожрать. Куда честному сталкеру податься?

Лодочка плыла. Лодочка качалась. Слева и справа мелькали по берегам заброшенные автозаправки.

Впереди была земляная насыпь, через речку был перекинут очередной мост.

«Садовое. Почти приплыли», – буркнул Данила.

Слева мелькнуло среди деревьев здание в форме куба, потом еще одно, похожее, но побольше. Старик махнул рукой дальше по течению, сделал выразительный жест, чиркнув себя по горлу, и Федор понял, что где-то там была главная река. А по правую руку Федор увидел небольшую пристань и ступеньки, ведущие наверх Туда и направил старик лодку. Выбрался сперва сам, огляделся, махнул рукой Неле. Она ловко выскочила, помогла Филу, потом настала очередь Федора. После старик с помощью Федора вытянул на берег Нелино плавсредство, и они стянули с него чехол. Старик свернул его, убрал к себе в рюкзак.

В следующее мгновение Федор оглянулся и вдруг увидел, что Фил уходит. Тот успел уже пройти вперед, туда, где через реку был переброшен мост, и теперь как раз торопливо переходил на ту сторону. Философ шел легко, словно танцуя. Туман окутывал его, и казалось, будто ноги его не касаются земли, будто он плывет по воздуху. «Как он говорил? Надо бросить все и пойти гулять в тумане над рекой? Он сошел с ума», – подумал Федор. И одновременно ему безумно захотелось тоже уйти в туман и ни о чем больше не заботиться.

В кустах на том берегу какой-то мутант заверещал так, словно его убивают. Ему немедленно откликнулись другие, и скоро поднялся невообразимый гвалт.

Федор неуверенно шагнул было вслед уходившему Филу, но старый Данила дернул его за плечо и покачал головой, указав на странно шевелящиеся кусты поблизости. Приглядевшись, Федор понял, что это были не кусты, а создания, удачно маскировавшиеся под них, похожие на обрубки пней, увенчанные щупальцами. Они тревожно шевелились. Филу каким-то образом удалось пройти мимо них, но теперь они были настороже и не собирались упускать возможную добычу. Федор вспомнил рассказы сталкеров о горгонах, и ему сразу расхотелось бежать за Филом.

– Назад! – крикнул старик.

Фил уходил. Данила вскинул автомат и дал очередь в воздух, но Фил даже не обернулся.

– Куда это он? – прошептал в ужасе Федор.

– А хрен его знает – в библиотеку, наверное, пошел, – и Данила злобно, с чувством выругался.

Федор проследил за Филом – и оцепенел, зацепившись взглядом за серые зубчатые башни нависавшего над ним замка. Он в ужасе глядел на воздвигшийся перед ними в лунном свете дворец с высоким шпилем, равного которому ему еще видеть не приходилось.

Чернели мертвые провалы окон, стены были оплетены лианами, затянуты паутиной. По лианам скользили туда-сюда крылатые тени, издавая время от времени пронзительные крики. В памяти всплывали давние воспоминания – когда-то в детстве, еще в прежней жизни Федор видел подобное. Во сне?

Сама прошлая жизнь представлялась теперь сном. Вот он сидит на диване в небольшой комнате, горит лампа, прикрытая красным полупрозрачным колпачком, испуская слабый, рассеянный свет. Напротив – стеклянный экран. Там мечутся, сплетаясь в клубок, жуткие крылатые тени. Исчадия ада. Да, тогда он и видел этот замок. Он вспомнил – замок Дракулы, вот как это называлось. Где-то там, внутри, в гробу затаился мертвец-вампир. Его сон стерегут невесты – крылатые злобные дьяволицы. А по ночам он встает и обходит свои владения.

Федору так живо представилась эта сцена, что на секунду ему показалось – он опять вернулся в прошлое, сидит в своей комнате и смотрит кино. Сейчас мать начнет загонять его спать…

Кто-то и вправду кричал над ухом, но это была Неля.

– Фил, вернись, туда нельзя!

Фил уходил. Над замком клубился туман. Федору показалось, что сейчас сверху слетит, взмахнув крыльями, жуткая покойница с ввалившимися глазами и свалявшимися волосами, с дряблой, точно старая резина, кожей и с воплями накинется на него вместе со своими товарками. Бежать надо скорее. Федор и хотел отвести глаза, да не мог – замок словно притягивал его, не отпускал от себя… Взгляд Федора скользил все выше, мимо статуй на фасаде, туда, где в темное небо уходил тонкий шпиль. Сейчас он увидит красную звезду, внутри которой словно бы что-то переливается, словно мечется заточенный там демон – и тогда его уже ничего не спасет.

Федор почувствовал отчаяние – и вместе с тем какой-то странный восторг: «пропадать так пропадать». Он запрокинул голову, глядя в темное небо. Наверху и правда была звезда, но не страшная – цвета золота, а не цвета крови.

И его вдруг отпустило. Он окончательно вернулся в реальность. Дворец – вовсе не замок вампира, а обветшавшее здание, на котором свили себе гнездо вичухи. А стены оплели пауки. И это не Кремль, раз звезда наверху не красная. Федору стало стыдно за свою панику.