завернулась в одеяло. Иногда я жалею, что в нашей квартире стоят стеклопакеты. Похоже, за окном разыгралась настоящая вьюга. Было бы классно уснуть под звук рыдающего ветра.Сильнее зимыМалахит сосны,А любовь и на вкус смола.Ты ко мне холодна,Как подо льдом НеваИ в любое время года Москва.Но против мокрого ветра смолитмоя сигарета…[4]
Сегодня я вновь испытала странные эмоции, как в тот день в сквере, когда мы с Филом шагали по мокрым грязным листьям. Тогда я отказалась ехать с Гурьевым за город, пожалев чувства новенькой Виты. Но сегодня, когда он меня поцеловал, почему-то первым делом подумала не об однокласснице, а о Роберте…
И это открытие, честно говоря, меня очень пугает. Будто что-то изменилось, и мне опять не все равно.
25 декабря 20…7
После уроков, когда мы с девчонками, забрав куртки из гардероба, вертелись около огромного зеркала, к нам подрулил Кайзер.
– Дэнни, если что, сегодня ночую у тебя! – доверительно сообщил он моему отражению.
– Чего-чего? – резко обернулась я.
Викуля замерла с красивым шерстяным беретом в руках. Карина тоже с интересом смотрела на нас.
– Чего-чего! – передразнил меня Роб. – Ты ведь моя девушка?
– Допустим, – нахмурилась я.
Кайзер стоял передо мной весь такой невозмутимый, со своей наглой ухмылочкой…
– Ну вот. Сегодня приду к тебе с ночевкой. Ты чего, как маленькая, пончик мой сахарный? – и Роб подмигнул. – До вечера!
Одноклассник развернулся и направился к выходу.
– Кайзер! – воинственно выкрикнула я.
Но Роб даже не обернулся. Какую пакость на этот раз он задумал?
– Стой, кому сказала!
Я, на ходу наматывая длинный шарф, припустила следом за Робертом. Парень, услышав за спиной мое возмущенное пыхтение, прибавил шаг. Я тоже ускорилась. Роб перешел на бег.
– А ну стоять! – распихивая локтями столпившихся восьмиклассников, крикнула я. – Кайзер!
Но Роберт и не думал тормозить. С легкостью распахнув тяжелую дверь, он оказался на улице, слетел с крыльца и понесся по школьному двору. Я – за ним.
– Р-р-роберт! – прорычала я, догоняя парня.
Конечно, Кайзер сбавил скорость, иначе бы я его никогда не настигла. Говорю ж, проблемы у меня со спринтом.
– Ты что-то хотела, Дэнни? – невозмутимо отозвался Роб.
– Сказала бы я, что хотела! – возмущенно заявила я. – Как все это понимать?
– А-а-а… Ну я ночую у тебя. Если что, так и передай моей маме.
– Твоей маме? – обалдела я.
– Ага! – Роб серьезно смотрел на меня.
– Кайзер, если не объяснишь, в чем дело, я тебя побью, – пообещала я. – Пощады не жди.
– Даша, мне очень надо попасть на одну вписку! – начал Роб. – Но родители не в восторге от этой идеи. А тебя они очень даже любят.
– Любят? Кого? Меня? Твои родители?
– А кого же еще? Ты ведь – моя девушка!
Мама Роберта состояла в родительском совете гимназии и знала все о всех. Значит, она думает, что мы действительно встречаемся? Боже…
– Мать и отец, кстати, одобряют мой выбор. Еще бы! Ты же дочка Ольги Олеговны…
– Слушай, Кайзер, что-то мне это не нравится! – Я почесала лоб под колючей шапкой. – Ты разболтал предкам, что мы якобы вместе?
– Ага, – невозмутимо ответил Роб. – А ты – нет?
Я отрицательно покачала головой.
– А зря! Очень, кстати, удобно. Я часто тобой прикрывался, чтобы улизнуть из дома.
– Интересные новости! – возмутилась я.
Сказать матери, что я встречаюсь с парнем? Нет-нет… Дарье рано думать о молодых людях. Уроки, уроки, уроки… Чтобы хорошо сдать экзамены и поступить в престижный институт (слово «престижный» подчеркнуть несколько раз).
– Мама бы никогда в жизни не разрешила мне привести в дом мальчика с ночевкой, – заметила я.
– Мальчик с ночевкой! – рассмеялся Роб, передразнив меня. – Ты такая прелестная, Дэнни!
– Я не шучу!
– И я не шучу, – откликнулся он. – Ты – прелесть.
Роберт хотел развернуться, но я схватила его за рукав куртки.
– Что еще? – спросил он. – Не беспокойся, моя мама вряд ли тебе позвонит. Просто она уже вроде как знает про тебя, и когда я собирался на вписку… то на всякий случай перестраховался…
– Для чего ты брякнул при девчонках, что останешься у меня ночевать? – спросила я. – Они теперь не отвяжутся с расспросами.
– Прости, виноват, вы ведь вечно втроем ходите, как приклеенные. Ладно, скажи, что мы вместе смотрим «Феечек Винкс»… или что ты там любишь, а потом ложимся спать.
– Роберт! – Я продолжала сердито тянуть одноклассника за рукав. – Я им скажу, что мы до свадьбы – ни-ни!
– «Ни-ни»? – опять передразнил меня Кайзер. – Учитывая твои методы борьбы со мной, думал, ты меня выставишь геем, импотентом или будешь говорить, что я до сих пор тащусь по нашей химичке. Но ты выбрала очень романтичный вариант. Хорошо, Севастьянова, я потерплю до нашей свадьбы, а теперь отцепись, пожалуйста!
Но я почему-то и не думала отцепляться. Колючий декабрьский воздух и отсутствие перчаток не мешали мне крепко держать Роберта.
– Ты примерзла, что ли? – озадаченно произнес он.
А у меня – дежавю. Парень снова просит отстать от него, а мне хочется твердить: «Дурак! Дурак! Кайзер, какой же ты дурак!»
– Дэнни, ну чего уставилась? – напрягся Роб. – Влюбилась?
– Вот еще! – словно очнувшись, воскликнула я. – Нужен ты мне сто лет в обед!
И сразу же освободила Кайзера. Тогда он сообщил:
– Мои родители хотят ближе познакомиться с будущей невесткой. Приходи как-нибудь в гости.
– Ты во что меня втянул, Кайзер? – возмутилась я. – Стой!
Но он уже почесал к воротам. Я, вновь почувствовав себя воинственным слонопотамом-третьеклассницей, устремилась за Кайзером. Что он выдумал – и зачем меня подставлять? Моя мама тоже в родительском совете гимназии, и если до нее дойдут слухи о моем «романе»…
Выбежав за пределы школьного двора, я коршуном налетела на парня. Роберт в этот момент пробегал по льду. Поскользнувшись, мы вдвоем повалились в ближайший сугроб.
– Ты опять решила оседлать меня, Дэнни? Я – только за! – проговорил Роб, пока мы барахтались в снегу.
– Почему ты всегда болтаешь всякие глупости? – еще сильнее злилась я.
– Я болтаю, а ты их делаешь, – отозвался Кайзер.
Пожалуй, я творю необъяснимые для себя вещи. Это Роберт так действует на меня. Бесит настолько, что я себя не контролирую! Загребла в руку побольше снега и бросила парню в лицо:
– Вот тебе, охладись, умник! – злорадно рассмеялась я.
Однако веселилась я недолго. Роб, склонившись надо мной, проделал то же самое. Шмяк! Холодно, очень холодно! А ведь у меня косметика на лице! Снег еще за шиворот попал. Заверещала. Представляю, как на нас косились прохожие…
– Дашка, Роб, до завтра! – услышала я голос Викули, которая тоже вышла за ворота.
– До завтра, Викуль! – попрощалась я, отплевываясь от снега.
– Ладно, ты пока отдыхай, а мне пора, – сказал Роберт, быстро поднимаясь на ноги.
Но парень не смог далеко убежать: я успела схватить его за ботинок и повалить в сугроб. Издала победоносный клич. Боясь даже предположить, как выглядят мои школьные строгие брюки.
– Дэнни, ты в детстве не наигралась? – проворчал Кайзер, лежа на спине и прикрываясь рукой от пары снежков, которые я наспех состряпала и запустила в одноклассника.
– Ага! – искренне
