есть и останусь навечно для нее плохой. Просто по определению. Плохой и по гроб жизни обязанной.
Выпалила и язык прикусила. Никогда я еще никому не жаловалась. Накапливала все в себе и молча терпела.
— Вот и корень твоей беды, Арина. Ты умница, красавица, но, увы, глубоко несчастна внутри. У тебя закреплен в подсознании страх, что мужчина — предатель, что из-за него придется страдать. Рассчитываться за его ошибки. Ты не веришь в свое счастье. Не знаешь, какое оно. Не видела. На тебя смотрят, но обходят стороной — отталкиваешь. Одиночество давит, и магия материнского слова становится все материальнее. "Венец безбрачия" крепчает, укореняясь в душе, и впиваясь шипами в сердце.
В комнате повисла тишина. Сходила, называется, узнала, откуда невест для демоняки брать. Выдохнув, я покосилась на мадам Эльвиру.
— То есть вот это они бегают за мной, потому что понравилась, а не вы там что-то наколдовали?
— Ну, у тебя еще есть сомнения? И скажу я тебе насчет линяющих и каменных. Так вот, если ты, девочка, найдешь мужчину без изъяна — приведи его сюда, хоть посмотрю, как он выглядит. Мой, как вспылит, так рогами все дверные проемы собирает.
Я усмехнулась, представив картину.
— Но ты пришла не про себя ведь узнать?
— Нет, — я допила чай и поставила чашечку на блюдце. — Хотела спросить, если вам срочно нужно женить мужчину прескверного характера, то где искать невесту?
Ведьма просияла и потерла ладони.
— Ни слова больше, Арина, — ищи первую любовь или иди по классике — дочери маминых подруг. Это срабатывает почти всегда.
— И даже не спросите, кого я собираюсь женить?
— О, Арина, меньше знаю, лучше сплю, но понаблюдать за тобой будет забавно.
Глава 31
— Имена, мадам, — грозно рыкнула, глядя на растерянный невесть откуда вернувшийся дух демонессы. — Мне нужна вся информация! С кем, когда и во сколько лет?!
Постучав карандашом по столу, сдвинула брови к переносице.
— Да, не знаю я, — она растерянно пожала прозрачными плечиками. — У Инчиро никогда не было недостатка в женщинах...
— Боги! — я закатила к потолку очи. — Вы что даже не удосужились узнать, кто был первой любовью вашего сына? Даже моя маманя и та знает, что это был Митька с первого подъезда, который в меня гнилыми дачными помидорами в третьем классе кидался. Собственно, вот как помидором по голове мне попал, так и разлюбила. Все чувства враз вышибло. А ну, вспоминайте, давайте!
Мадам лишь вздохнула и скисла еще больше. Нет, ну она мне так все начинания на поприще свахи загубит. Нельзя же быть, настолько отстранённой от отпрыска родительницей?! В какой-то момент мне ее даже жалко стало. Странное чувство. Но вот как представлю: умерла бы, а потом выяснилось, что при живом сыне я и матерью настоящей так и не стала — тоска берёт за сердце.
— Поделом мне, видимо, — только и смогла что пробормотать демонесса. — Я и не видела, что у него на столе мой портрет. Мы никогда толком не общались. Сначала он попросил денег на эту корпорацию, потом я у него брала. В последние годы Инчиро полностью содержал меня. Иногда я посещала корпоративные вечера в этом замке, но не заходила в его кабинет. Да и сюда в приемную... Что мне было здесь делать?
Демонесса поднялась и пролетела по помещению, замерла у ромашек и скривилась.
— Даже за женщиной ухаживать не умеет, — прошептала, с неким сожалением. — Он ведь был таким послушным милым мальчиком. Все какие-то рисунки пытался мне показать. Нянечки говорили, что у него красиво выходит. Творческим растет. Куда все это делось? В кого он вырос? И ведь так не похож на своего отца. Тот был и гулякой, и игроком. Все, что я хотела — это чтобы Инчиро вырос другим.
— Вот только не говорите, что вы ему этот... — я покрутила мысли в голове. — А... «Венец безбрачия» навели.
— Что? — она обернулась на меня.
Почесав кончик носа, я пыталась обдумать собственное предположение. Но не сходилось. Они, похоже, и не общались толком, чтобы там словами от ЗАГСа отвадить.
— Да я сегодня узнала, что меня собственная маменька магически подпортила, — призналась улыбнувшись. — Вот думаю, а не вы ли причина столь пренебрежительного отношения вашего сына к дамам.
Ей мои слова вот совсем не понравились. В ее глазах вспыхнул и погас красный огонек, совсем как у ее Инчиро. Все же сын очень походил на мать. И не только внешностью.
— Так, мы отвлеклись, — спохватилась я и снова взяла карандаш в руку. — Или вспоминайте кто у него там первая любовь, или список мне дочурок ваших лучших подруг!
— Да какие подруги? — мадам так забавно захлопала ресничками, что меня перекосило.
— Беда, — вздохнула, чувствуя, что мы просто ходим по кругу. — В конце-то концов, это вам нижний мир светит или мне?
Демонесса взлетела к потолку и замерла там, покачиваясь и раздражая меня еще больше. В кабинете стало тихо, только муха на окне тоскливо жужжала, силясь найти лазейку и оказаться на воле.
В коридорах послышались шаги. Громкие такие, четкие. Дверь в приемную отворилась, и вошел грозный рогатый шеф.
— О, господин Джакобо, — спохватилась я, — а как звали девушку, с которой у вас случилась первая любовь?
— Сара, дочь кухарки, — выпалил он и встал столбом. — Чего? Что за вопросы, Арина?
Вот таким я его еще не видела. Стоит и карасем рот открывает. Ага, привык, что ему дамочки в глазки заглядывают и лишнее словечко вымолвить не могут.
Демон опасно прищурился, он явно пыжился сообразить, о чем вообще у него выведывают и для чего.
Я лишь широко улыбнулась. Нет, ну может и бестактно, зато сработало.
— Арина, — демон снова полыхнул взглядом. — Я вам цветы подарил.
— Да, — я закивала. — Ромашки. Спасибо.
— И все? — он явно удивился.
— А что-то еще? — я невинно приподняла бровь.
Он снова растерялся. Нет, ну а что он за ромашки хотел? Ну не целовать же его в обе щеки за букет?
— Ладно. Мне нужен Орхан, вызови его, — кивнув на винтажный телефон, раздосадованный демон скрылся в своем кабинете, хлопнув дверью.
Я же перевела взгляд на потолок. Мадам
