— Надеюсь, скоро. Не хочу заставлять её и дальше гадать. Вероятно это убивает её.
Действительно неудачно подобранные слова.
— Почему ты не на тренировке? — спросила я, желая сменить тему.
— Был, но она закончилась.
Он посмотрел на меня так, будто у меня три головы.
— Как долго ты тут находишься?
— Не знаю. Я несла еду на кухню, но я почувствовала…
Не была уверена что стоит ему рассказывать о странной тяге к статуе, которая возникла у меня у подножия лестницы.
— Ты что-то от меня скрываешь.
Его лицо помрачнело.
— Не доверяешь мне, я понял.
— Нет, всё не так.
Я положила руку к нему на плечо.
Он отдёрнул руку.
— Ого, у тебя пальцы горят.
Я поднесла пальцы к лицу, но сразу же их опустила. Алекс был прав. Они были горячими как угли.
— Что это значит?
Алекс снова прикоснулся к моей руке.
— В остальном ты в норме. Только руки.
Я и Алекс посмотрели на статую Медузы.
— Как долго, говоришь, ты тут находишься?
— Всего несколько минут.
Алекс подошёл к лестнице, поднял тарелку и поднёс её ко мне. Маленький кусочек мяса был сухим и напоминал чешуйку, как будто на нём сидели несколько часов.
— Который час? — спросила я.
— Шесть.
Я покачала головой.
— Не может быть. Невозможно. Я спустилась сюда через минуту после того как ты ушёл.
— Джоди, это было три с половиной часа назад.
Мои ноги обмякли и я рухнула вперёд. Алекс вовремя бросил тарелку чтобы поймать меня. Он подтянул меня к лестнице и усадил меня на нижнюю ступеньку. Всё потемнело. Я услышала шаркающие шаги и голос Виктории.
— Алекс, что произошло?
— Я нашел ее прикасающейся к статуе, опять. Как и прошлой ночью. Она пробыла там около трех часов. Думаю, всплеск энергии полностью уничтожил ее.
— Боже, насколько пали могучие (фраза из Библии Самюэля, глава 1 стих 25 о поражении того, кто считал себя непобедимым, — прим. пер.), — насмехалась Эбби.
— Эббигейл, ступай в свою комнату, — сказала Виктория.
Мои глаза распахнулись и я почувствовала облегчение от того, что снова могу видеть. Алекс усадил меня опять, но я не сказала ни слова. Все уставились на меня, ожидая увидеть, все ли со мной в порядке. Алекс положил мою ладонь в свою. Я думала, он пытался быть милым, пока он не сказал:
— Сейчас она кажется нормальной. Когда я обнаружил ее, ее руки были слишком горячими, чтобы к ним прикасаться.
— Помоги ей добраться до своей комнаты. Она нуждается в отдыхе.
— Нет, — сказала я. — Теперь я чувствую себя хорошо.
— И все же я хочу, чтобы ты немного полежала, — сказала Виктория. — Ты слишком долго контактировала со статуей. И мы не уверены, как именно это повлияет на тебя.
Я кивнула. Я не могла отрицать того, что мое тело нуждалось в отдыхе, даже если это было не так. Мне хотелось обыскать комнату Эбби, чтобы найти свой медальон — медальон Медузы.
— Подождите, — сказала я, — прежде чем я пойду наверх, мне нужно спросить у вас кое о чем.
Виктория скрестила руки.
— Давай.
— Где я смогу увидеть пророчество обо мне?
— Почему ты спрашиваешь? Ты что-то увидела, когда притронулась к статуе?
— Да. Дух Медузы опять явился мне. Она сказала, что у нее есть для меня подарок. Нечто, что принадлежало ей.
Виктория застыла.
— Сказала ли она тебе, что это за подарок?
— Она показала мне его.
— И? Что же это? — Виктория говорила медленно, будто она изо всех сил пыталась оставаться спокойной.
Я взглянула на Алекса, сидящего рядом со мной на ступеньках. Его лицо было измученным и напуганным. Я совершила ошибку тем, что упомянула Виктории о подарке. Не знаю, о чем я думала. Но Медуза так мало сказала мне о нем, и Виктория должна была помочь мне, так ведь? Мне нужно было проверить ее, узнать знает ли она действительно что-нибудь о нем.
— Это кольцо с красным камнем. Она не сказала мне, когда я получу его.
— Ну что же, тогда вовсе не стоит переживать по поводу сегодняшнего вечера, — сказала Виктория, улыбаясь. Но я могла заметить, как в ее голове крутятся шестеренки. Офи могут много чего знать о себе и своих силах, но для них я до сих пор была загадкой. Потому что, опять же, я отличалась ото всех остальных.
Глава 19
Алекс привел меня наверх и заставил лечь в постель, он отправил прислугу раздобыть мне немного еды. Когда я возразила он сказал, что мне нужно восстановить свои силы. Я и вправду не так уж и плохо себя чувствовала. Скорее, я была смущена. Как я могла контактировать со статуей в течении трех с половиной часов? Это прикосновение по длительности ощущалось, как несколько минут.
— Все еще пытаешься расставить там все по полочкам? — Алекс постучал пальцем по моей голове.
— Можно и так сказать. Я потеряла несколько часов своей жизни.
— Ты, походу, довольно напугана сейчас, да?
— Немножко, но не так, как ты думаешь. — Не Медуза пугала меня. Разумеется, она подвергла меня в некоторого рода умственный транс, который, своего рода, заставил остановиться время, но у меня было такое ощущение, будто она пыталась помочь мне. — Я думаю, что статуя помогает мне проявить свои силы. Когда я связана с Медузой, я могу чувствовать каждую долю силы в моем теле. И как будто обе части моей крови, отравленная часть и часть, которая восстанавливает жизнь, работают вместе. Разве такое вообще возможно?
— Не то, чтобы я знал об этом. — Он посмотрел на одеяло на моей кровати, изучая его, будто оно было самой интересной вещью в мире. — Я переживал за тебя. У тебя была лихорадка, а не какая-нибудь там температура. Я ни разу не чувствовал что-нибудь настолько горячее, что не было в огне.
— Я тоже не понимаю этого, но, может, это связано с тем, как реагирует моя кровь, когда я прикасаюсь к Медузе. Она закипает, как кипяток, вот только я не чувствую жара. По крайне мере, внутри.
— Утром тебе стоит рассказать все мистеру Квимби.
— Мистеру Квимби? Он здесь? Я не видела его.
— Пока его еще нет, но он будет здесь утром. Он остался, чтобы закончить с несколькими незаконченными делишками после твоего отъезда.
Алекс так и не взглянул на меня, так что я наклонилась вперед и схватила его за руку.
— Какими незаконченными делишками?
Он посмотрел на меня и нахмурился.
— Теми незначительными вещами, которые, возможно, смогут привести обратно к тебе.
— Например? — Мы бы позаботились о маме, да и Мэтт больше не был угрозой для Офи.
— Например, олень, которого ты воскресила. Он принёс вред фермерским животным.
Я забыла про оленя.
— Белка со стройки. Ветеринар подумал что он умертвил её, но в действительности, она просто была в отключке. Хотя сейчас мертва. И потом, конечно же, он должен был что-нибудь сказать твоей маме.
— Моей маме? Мистер Квимби разговаривал обо мне с моей мамой и решил начать с оленя?
Должна быть причина по которой Алекс не рассказал мне об этом сразу. Что он пытается скрыть? Ох! На ум приходили слова только из словаря для мёртвых.
— Алекс, что именно он сказал моей маме?
— Я точно не знаю, но он должен был скрыть всё что могло привести людей к информации о нас.
— Но я рассказала маме о своей крови. Она подумала что это была шутка. Бред сумасшедшей. Она не поверила и слову.
— Да, но ты же рассказала ей вещи, о которых человек не должен знать.
Теперь меня трясло. Офи были очень скрытны. Что они сделают с мамой чтобы заставить её сохранить нашу тайну?
— Что мистер Квимби сделал?
Мой голос дрогнул.
— Джоди, он бы не причинил ей вреда. Он должен был убедить её в том, что ты несла чушь.
— Чушь как например «Боже, у Джоди и правда странное чувство юмора» или «Джоди нужно запереть в дурдом»?
Он не ответил, но это было лишним. Для меня все стало пугающе ясно.
— Вот настоящая причина, по которой ты не хотел чтобы я звонила маме. Ты знал что мистер Квимби собирался поговорить с ней. Рассказать ей что её единственная дочь — сумасшедшая. Она не только думает о том, что я сбежала, теперь она думает о том, что я помешанная!
Меня прервал стук в дверь.
— Что? — крикнула я, не желая сейчас еще кого-либо видеть.
Дверь открылась и в комнату вошёл один из слуг с закрытым подносом.
— Ваша еда.
Он принёс мне еду и наши руки соприкоснулись на мгновение. Я отдёрнула руку, пролив содержимое тарелки на покрывало. Слуга немедленно начал счищать рукой с покрывала спагетти и фрикадельки. Кусочек его плоти с ладони упало на покрывало.
— Стой! — заорала я. Просто остановись!
— Я просто пытался помочь, — сказал он.
— Да, все здесь пытаются помочь. Но мне не нужна помощь. К тому же, ты единственный кому она нужна.
Сердце забилось и я почувствовала как в моих венах течёт кровь. Она закипела как только я пристально посмотрела на слугу.
