Что ж, остается только подкараулить его и устроить представление. Это была идея Толика, проводившего в последнее время в подвале все дни напролет. Фантазия кладоискателя зашкаливала на изощренных пытках: он предлагал облить Хомякова парой ведер оставшейся воды, после чего дать ему в руки работающий от генератора фен и облить еще раз. Юльке пришлось опускать его на землю с заоблачных высот, но в общем виде замысел ей нравился. А до этого, предположительно до трех часов ночи, им следовало приволочь в квартиру генератор. Василий Васильевич с тяжеленным прибором должен был подкрасться незаметно под окна Зои Терентьевны и трижды просвистеть соловьем. Тогда Юлька спустится и откроет ему подъездную дверь.
Проблема была в одном – Юлька сто лет не слышала, как свистят соловьи! Ну, не сто лет, конечно, в их кустах они жили, но она напрочь забыла, как поют эти романтичные птички. Отчего-то в памяти застрял образ мультяшного павлина, орущего на барона Мюнхгаузена противным голосом. От такого крика проснутся горе-строители и повыскакивают из вагончика, решив, что это просвистела пожарная тревога.
…Свист оказался вполне приятным и даже каким-то слишком легкомысленным. Но Юлька услышала в нем надрыв и смятение чувств, под конец «фьють» несмело завибрировало и словно упало на землю, приглушенное травой. И свистел Василий Васильевич не под окнами Зои Терентьевны, а под Юлькиными. Она решила, что Голубцов перепутал.
– Юля! Юля! – звенящий в полной тишине шепот показался ей слишком молодым.
– Это вы? – она выглянула в окно. Разумеется, ничего не увидела.
– Это я.
– Приволокли?!
Сергей растерялся. Он пришел к девушке с пустыми руками, а она решила, что он должен был принести букет. Приволочь, в данном случае. Или она имеет в виду что-то другое?
– Ты о цветах? – уточнил Сергей тем же шепотом, рассчитывая смотаться к клумбам коттеджа и быстро вернуться обратно.
– Я о свете! – ответила Юлька, раздумывая, Голубцов ли это стоит под ее окнами.
Сергей удивился. Он должен был приволочь какую-то Свету?! Зачем? Кто она такая? Может быть, любимая девушка требует в качестве доказательства его чувств скальп сотрудницы ЖЭКа Светланы Эдуардовны, занимающейся пропиской на вверенной ей территории? Валерия Светланой Эдуардовной называла даму, когда договаривалась с ней по телефону о регистрации Степанцова в коттедже. Других Свет он не знал.
– О какой Свете? – на всякий случай поинтересовался Сергей. Вдруг Ромашка передумает требовать от него человеческие жертвы. Она добрая и чуткая девушка. И совсем не кровожадная.
– Генератор с вами? – продолжала допытываться Юлька, вглядываясь в темноту. То, что там стоял мужчина, было понятно. Не понятно кто и с какими намерениями!
Генератор это кличка?! Сергей огляделся, никого рядом не было.
– Что вы молчите? – подозрительно поинтересовалась Юлька. – Вы готовы тащить генератор, а потом идти мочить прораба?!
Вот тебе и чуткая девушка, Степанцов! Мата Хари какая-то! Может быть, он поспешил с откровенностью? Может, ему лучше было сегодня не приходить, а остаться дома и предоставить судьбе самой решать его личную жизнь?
– Голубцов, это вы?
– Нет, это я.
К черту сомнения! Эта девушка ему нравится, очень сильно нравится, мало того, она нравится ему так, как никто и никогда до этой минуты! И он не мальчишка, чтобы торчать под окнами и выслушивать ее бред. Да, точно, она бредит! Заболела на фоне переживаний, понервничала, Сергей просто обязан ее излечить.
– Это я с Генератором! Света тоже с нами. И мы готовы мочить Прораба! Но если очень приспичило, я сгоняю за цветами!
– Ничего не поняла, – пожала плечами Юлька. – Сергей, это вы?
– Юля, мы перешли на «ты»! Помнишь?
– Мама дорогая, – обомлела Юлька. – Это ты?! – Она никак не ожидала, что к ней ночью придет сам Степанцов!
Точно, бредит, решил тот, мамой его называет. Нужно с ней ласково, спокойно, а потом вызвать неотложку. Бедная девочка!
Бедная девочка тем временем приходила в себя. Она прекрасно понимала, что должна спуститься и открыть дверь, но не могла сдвинуться с места. Зачем он пришел?! Каким-то непостижимым образом узнал об их планах и пришел помочь? Но кто тогда проболтался? Если нет, то остается второй вариант. Юльке он нравился больше, но тем не менее выглядел совершенно неправдоподобным. Сергей пришел к ней на романтическое свидание. Интересно, он принес цветы? Он что-то о них говорил. Эта мысль, ибо женское любопытство всегда выручает из самых ступорных ситуаций, придала сил. Юлька опять выглянула в окно.
– Юля, откройте дверь и включите свет, – попросил Сергей. – У вас тут слишком темно.
– У нас нет света, – прошептала ему Юлька. – Ждите, сейчас спущусь.
Сергей чертыхнулся. Так вот в чем дело! А он-то смотрел на окна и удивлялся, почему они всегда темные. В старом доме отключили электричество, но как же они там живут?
– Привет, парень, – услышал он позади себя приглушенный стариковский голос. – Хватайся за вторую ручку, тяжеленный, зараза, еле допер. Тележка на колесиках, но колеса застревают в траве. Вот незадача, – Василий Васильевич Голубцов, а это был именно он, расстроенно бормоча, шарил в темноте, – катушка с проводом выпала. Где-то за домом, раньше я проверял, она лежала тут. Слушай, будь другом, ступай, подними ее и смотай, если что. Там метров сто…
Сергей догадался, что обратившийся к нему старик припер генератор, которым интересовалась Юля. Все сразу стало ясно. Он ответил утвердительно и исчез в кромешной тьме, пытаясь осветить ее своим мобильным телефоном. Раз уж решился на откровенный разговор с Юлей, влез в ее борьбу за ветхую собственность, то отступать поздно.
– Ах, – хватаясь за сердце, пылко прошептала Юлька, распахивая подъездную дверь настежь. – Какой сюрприз! Я вас и не ждала вовсе! Но это так приятно!
– Как это не ждала?! – обиженно проворчал пенсионер. – Но то, что приятно, это хорошо.
– Вы кто?! – обомлела та.
– Здрасьте, – насупился тот, – уже своих не узнает!
– Василий Васильевич?!
– Он самый. Давай, девонька, хватайся за вторую ручку, подсоби мне. Тяжеленный, зараза, еще и катушку с проводом потерял…
– А где… – Юлька проглотила фразу и огляделась.
Разумеется, в темноте она ничего не увидела! Допрыгалась, коза, подумала она словами бугая, Сергей уже ей мерещится. Не бугай, конечно же, а привлекательный мужчина из коттеджа. Это ж надо до такой степени влюбиться, чтобы он мерещился круглосуточно! Это никуда не годится. Но какая жалость, что его здесь не было на самом деле, а Юльке казалось, что он был. Но даже в своих видениях они не понимали друг друга. Как все-таки далек Сергей Степанцов от народа! Разве он может понять, что они сидят без света, без воды и скоро будут сидеть без газа? О, скоро явится на черное дело прораб, нужно о нем думать, а не о личной жизни.
