Несколько драгоценных мгновений Турпан стоял в оцепенении, ни в силах двинуться с места. Благодаря очкам он видел, как эфир вытекает из поверженных тел и сгущается, заново обретая форму…
– Беги! – рявкнул Ваго.
Второго окрика Турпану не понадобилось.
Он легко догнал Моа. Она стояла, покачиваясь, прижав руку к старой ране в боку, которая в такие минуты давала о себе знать. Где-то поблизости раздались крики оборотней, настолько высокие, что их почти не было слышно, зато от них начинала болеть голова. К месту стрельбы спеоборотни, сотни и сотни захваченных призраками оболочек. Опасность далеко не миновала.
Турпан обхватил Моа за плечи, чтобы поддержать ее, и они, спотыкаясь, побежали по уходящей вниз улице. Моа дрожала – то ли от холода, то ли от испуга. Снова раздался выстрел из эфирной пушки, и Турпан оглянулся через плечо. Ваго пятился назад, пружинисто ступая на своих ногах с вывернутыми суставами, словно кот на задних лапах. Отступая, он стрелял в призраков, которые поднимались от лежащих на земле тел. Оружие казалось естественным продолжением его руки. Он держал пушку так, словно родился с ней, и каждое его движение было профессионально четким, как у настоящего воина.
«Ничего себе! Так вот для чего он предназначен!» – осенило Турпана.
Турпан не стал останавливаться, чтобы полюбоваться на мастерство Ваго – на вершине холма уже показались первые оборотни из тех, кто спешил на подмогу. Призраки взмыли в воздух и полетели над своими неистовыми собратьями в человеческих оболочках, которые стремительно неслись вниз по склону.
«Остается надеяться, что они набросятся на Ваго, а про нас забудут», – подумал Турпан. Он оттащил Моа под прикрытие домов. С его дрэдов и респиратора ручьями стекала вода. Турпан присмотрел подходящий переулок, обещавший убежище и защиту от вражеских глаз…
Они уже почти добежали туда, когда с неба на них обрушилась огромная волна алого цвета. Турпан прижал к себе Моа, когда красная полоса метнулась прямо на них… Но призрачная кисея промчалась в нескольких шагах в стороне, чудом не задев беглецов. Алая лента скользнула сквозь безликие металлические дома на другой стороне улицы, и на глазах у Турпана несколько домов просто исчезло, растаяло, словно сон после пробуждения. Их фундаменты остались мокнуть под дождем. Вот так. Кто знает, куда Шторм-вор забросил эти дома?
Позади раздался очередной выстрел эфирной пушки, Турпан опомнился и потащил Моа в переулок.
Безгубый рот Ваго приоткрылся, обнажив металлические зубы. Это можно было бы назвать усмешкой, но его лицо не было приспособлено для выражения веселья. Прицел в его усовершенствованном глазу фиксировал мишень за мишенью, мышцы безукоризненно выполняли команды, голем прицеливался и стрелял со сверхъестественной точностью. Впервые с тех пор, как он пробудился, он чувствовал себя правильно. Он был на своем месте. Отдача оружия, вид уничтоженных врагов, боевой азарт – все это доставляло Ваго истинное наслаждение. Оборотни мчались к нему, обезумев от ярости. Он отбрасывал их назад выстрелами из пушки, и они исчезали, превращаясь в клочья энергии.
Но даже в горячке боя он понимал, что не сможет уложить их всех. Призраки теперь возникали все быстрее и надвигались на него со всех сторон. Медленно, отстреливаясь, Ваго отступил к тому переулку, в котором исчезли Турпан и Моа. Сделав последний выстрел, он повернулся, опустился на четвереньки и побежал, плотно прижав крылья к телу. Призраки бросились за ним.
Он скакал, как трехногий пес, опираясь на свободную руку – в другой была пушка. Переулок, как и все ему подобные, был завален ржавым железом и арматурой, фонари в нем не горели – подачу энергии в захваченные районы всегда отключали. Свечение облаков окрашивало все вокруг в тошнотворные цвета. Ваго прыжками спустился по уличной лестнице, резко свернул за угол, оттолкнулся от стены и кинулся по другому переулку. Он потерял из виду Моа и Турпана, но знал, в каком направлении они убежали. Вниз по склону, туда, где доки и канал. Они не могли уйти далеко вперед, состояние Моа этого не позволило бы.
Мысль о Моа заставила Ваго бежать быстрее. Если призраки их догонят, мальчишка не защитит ее, нечего и надеяться. Ей нужен Ваго, ее голем.
Оторваться от оборотней Ваго не составило труда, но с призраками все обстояло сложнее. Они проходили сквозь стены, срезали углы, ныряли в любую твердь и выныривали из нее, словно ее для них не существовало. Голем галопом мчался сквозь ливень, лишь на долю секунды опережая светящихся тварей, которые так и норовили схватить его своими щупальцами.
Он свернул в очередной переулок, миновал его и вылетел на открытую галерею. Здесь переулки заканчивались, с галереи открывался прекрасный вид на канал и здания на противоположном берегу. Ваго понял, что ошибся дорогой. За перилами был обрыв, и никаких спусков поблизости видно не было.
Если не считать спуском свободное падение.
Призраки дышали Ваго в затылок, так что ему ничего не оставалось, кроме как бежать прямо к пропасти. Хорошо бы внизу оказалась какая-нибудь крыша, чтобы падать было не так далеко, подумал он. Искать другой путь все равно было поздно. Ваго перепрыгнул перила и полетел в пустоту.
И через мгновение понял, что совершил непоправимую ошибку. Под обрывом не было никаких домов, только мостовая. А при падении с такой высоты даже голем вряд ли смог бы уцелеть. Дальше, по ту сторону дороги, тянулись ряды складов, на крыши которых Ваго мог бы благополучно приземлиться. Но для этого он недостаточно сильно оттолкнулся. Он понимал, что не долетит до крыш, ему даже не нужна была помощь механического глаза, чтобы рассчитать траекторию.
Несколько ужасных мгновений он летел вниз по крутой дуге… а потом расправил крылья.
Он не знал, что еще с ними делать. И конечно, не знал, как ими махать. Но Ваго помнил, как они подвели его, когда он спрыгнул с моста в Западную артерию, поэтому теперь старался держать их неподвижно под напором встречного воздуха… И этого хватило, чтобы спланировать последние несколько метров. Хотя он и сам не понял, как ему это удалось.
Ваго ударился о плоскую крышу склада, прижал к себе крылья и перекатился, но сразу же вскочил на ноги и прицелился в том направлении, откуда спрыгнул. Призраки, вылетев из переулка, теперь были видны как на ладони, и он уничтожил их визжащим веером эфира.
Эхо замерло, и голем остался стоять на крыше под секущим дождем. Заряды в пушке кончились, он стянул ее с руки и отбросил прочь. Шторм завывал и вздыхал вокруг, размахивая над Орокосом разноцветными щупальцами перемен. Ваго посмотрел на бахрому темных зданий на утесе, на переулок, из которого прыгнул. Этот прыжок далеко превосходил возможности человека. Мысль об этом доставила ему странное удовольствие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
