Читаем без скачивания Призвание – опер - Вячеслав Жуков

Нельсон сел за руль.

«Неужели это Пузо? И он, кажется, собирается уезжать…» Федор выскочил в тот самый момент, когда «Мерседес» поехал. Получилось не так, как он ожидал. Не удалось ему рассмотреть хозяина иномарки. Столько здесь проторчать и не увидеть Пузо в лицо!

Сидящий на заднем сиденье «девятки» Зубок самодовольно хмыкнул. Пока его все устраивало. С самого начала обговаривался такой вариант, чтобы Нельсон уехал. Тогда менту ничего другого не останется, как вернуться к своему убежищу. И вот тут-то понадобились двое молодых: Шнырь и Аська.

– Сейчас вы поедете за ним, – сказал Зубок бармену со Шнырем. – Проследите. И смотрите, не потеряйте мента. Головы поотрываю, – пригрозил он, недружелюбно глянув на молодых помощников, потом добавил: – А я пока пойду пожру, – и вылез из машины.

Шнырь скроил недовольную рожу, но вслух ничего не осмелился сказать Зубку. Ленчик Пузо велел во всем слушаться его. Но когда Зубок ушел, он не выдержал:

– Видал? Он будет жрать, а мы должны этого опера пасти. Как тебе?

– А ты слышал, чего он мне про кишки сказал? – в свою очередь, пожаловался Аська и опять вздохнул, только на этот раз с облегчением, потому что этот ублюдок больше не пялился ему в затылок. – Ладно, Шнырь. Поехали. Нам теперь главное – его не потерять, – кивнул он на Федора.

Тот уже подошел к остановке, но не стал ждать автобуса. Поднял руку, и возле него тут же остановилась белая «Волга» – такси.

– Не потеряем, – пообещал Шнырь, прибавляя газу. – На такой каракатице, – сказал он про «Волгу», – мент от нас не уйдет. – На всякий случай он запомнил номер той машины, в которую сел Туманов.

Шнырь не обманул. Минут через двадцать с небольшим белая «Волга» остановилась на Васильевской улице.

Как и прежде, из осторожности Федор не стал подъезжать к дому, где жила Даша. Остановился возле автобусной остановки и дальше пошел пешком. Тем более идти тут недалеко.

– Какой хитрый. Настоящий мент. Вот что, Аська, давай топай за ним, – сказал Шнырь, опасаясь, что мент заметит машину, если они будут ехать следом. И так пришлось петлять прилично, чтобы он не засек «девятку». А пешком даже лучше. В крайнем случае можно нырнуть в темноту или заскочить в первый попавшийся подъезд, с понтом – живешь здесь.

Аська выскочил из машины. А Шнырь забеспокоился. Не очень-то он доверял бармену. Пузо наказал приглядывать за ним. И он добавил:

– Только постарайся не потерять его. А то нам головы обоим оторвут.

Аська на это не ответил, и предупреждать было незачем. Не глухой, слышал, о чем базарил Зубок. И незачем Шнырю напоминать.

Ровный ряд многоэтажек вот-вот кончится и впереди уже виден перекресток, пересечение с улицей Серова, а мент все топает.

«Куда он прет?» – обеспокоенно подумал Аська, не забывая оглядываться назад. Вдруг мент заметил слежку и уводит его нарочно подальше от Шныря, чтобы где-нибудь в укромном месте прикончить? Не хотелось бы теперь Аське очутиться с ним один на один, как в прошлый раз.

Но вот мент остановился. Он бы обязательно заметил Аську, если бы тот стоял на тротуаре под светом фонаря. Но хитрый бармен петлял как заяц, стараясь идти возле самых домов, укрываясь их тенью.

И он увидел, как Туманов повернул к подъезду двенадцатиэтажного дома. Не выходя из тени, Аська продолжал наблюдать за ним, видел, как тот скрылся в подъезде. Но кинуться за ним в подъезд он побоялся.

«Ушел, сука! Ушел», – сердце тоскливо заныло. Все-таки двенадцать этажей, и попробуй теперь узнай, в какой из квартир опер обитает.

Аська топтался в нерешительности, совершенно не представляя, что ему теперь делать. Возвращаться к Зубку было не с чем. А стало быть, это ничего хорошего не сулит. И так он стоял до тех пор, пока из подъезда не вышла пожилая дама с пушистой собачкой, которую она держала на поводке. Вышла на прогулку.

Аська побежал к ней.

– Гражданочка, подождите. Одну минуту. – Он подбежал, едва не наскочив на пушистую болонку, чем здорово перепугал хозяйку. Та замерла как вкопанная, испуганно уставившись на Аську. Но на грабителя он вроде и не похож в своем шикарном костюме. Скорее на волокиту, бабника. Так решила женщина и спросила:

– В чем дело, молодой человек? Вы так неожиданно появились.

– Извините, – начал Аська с любезностей. – Я, кажется, напугал вас?

Дама на этот вопрос решила не отвечать. Вопросительно смотрела на высокого длинноволосого молодого человека.

И Аська, улыбнувшись, спросил:

– Вы в этом подъезде живете?

Женщина попыталась угадать, к чему этот дурацкий вопрос, если она только что вышла из этого подъезда. «Наверное, ищет кого-то», – подумала она и ответила:

– Да. А в чем дело? Может, объясните? Подбегаете, вот так ни с того ни с сего… Довольно странно.

– А вам сейчас мужчина попался? – спросил Аська, выставляя себя перед дамой не лучшим образом. Ведь не ответил на ее вопрос. Сделал вид, как будто не услышал, о чем она спросила.

– Попался. Я из лифта, а он в лифт, – ответила женщина.

Аське захотелось расцеловать эту пожилую даму. «Вдруг она знает, в какой квартире живет мент?» – подумал он, мысленно благодаря небеса за то, что послали ему эту собачницу. И спросил:

– А вы не знаете, в какой квартире он живет?

Женщина подозрительно уставилась на Аську. Чужие дела ее не интересовали. Она какое-то время колебалась, сказать или нет. Посчитала, что ничего такого предосудительного в этом нет, если она скажет. На грабителя и тем более на бандита этот молодой человек не смахивает. И решила сказать.

– В сто восемнадцатой.

– Спасибо вам большое, – поблагодарил Аська и направился к двери подъезда, делая вид, что собирается войти.

– Шестой этаж, – проговорила женщина и зашла за угол дома, где обычно выгуливала своего четвероногого питомца.

Аська тут же повернулся и бегом к остановке, где его дожидался Шнырь. Теперь есть что доложить Зубку. Увидев его довольную рожу, Шнырь догадался, что на этот раз Аська не оплошал.

– Я узнал! Узнал, Санька. Едем в «Уралочку» к Зубку.

Шнырь тоже был доволен. Только вел себя более сдержанно.

Глава 27

– Ну, как дела? – задала Даша традиционный вопрос, едва Федор вошел. Хотя, только взглянув в его лицо, догадалась: дела, скорее всего, дрянь. Потому и видок у него такой унылый.

– Дела не очень. Машину видел. А того, кто сидел в ней, рассмотреть не получилось. Но ничего, в следующий раз повезет больше, – не теряя оптимизма, проговорил Федор.

Вот что в нем особенно нравилось Даше, он никогда не унывал, даже когда было не до веселья. Таким и должен быть настоящий мужик, считала Даша, восхищаясь им. Не нытик он.

Она подала Федору трубку сотового.

– Минут сорок назад тебе звонил какой-то Костя. Он сказал, что ты знаешь, и просил тебя перезвонить.

Костя был тот человек, которому Федор звонил насчет пистолета. Теперь нужно было срочно с ним связаться, кое-что выяснить.

Туманов извинился перед Дашей, взял трубку и вышел в другую комнату. Скрывать от подруги ничего не собирался, но и посвящать ее во все тонкости сугубо мужского разговора не хотел.

Потом вошел на кухню, где Даша подогревала ужин. Подошел сзади, убрал свисавшую прядь ее волос и поцеловал в шею.

– Извини, Дашка. Я сейчас должен уехать…

– Что, вот прямо сейчас? – сердито спросила она. Наверное, в ней взыграло самолюбие старательной жены, у которой муж всегда должен быть сытно накормлен, тем более что ужин на столе.

– Разве нельзя хотя бы нормально поужинать?

Федор покачал головой.

– Этот человек сейчас мне привезет оружие. Мы должны встретиться на Курском вокзале.

– Он что, не москвич? – спросила Даша. И в голосе ее помимо недовольства было и удивление.

– Нет. Он живет в пригороде, и ему надо обратно успеть на последнюю электричку, – сказал Федор, глянув на сковородку, где дышала жаром свинина, обильно посыпанная сверху зеленым лучком. – Ничего не поделаешь. Надо ехать. Он будет ждать меня.

Туманов не вытерпел, схватил вилкой один кусочек жареного мяса и отправил в рот. Почти не жуя, проглотил вкуснятину и сказал:

– Надеюсь, мне что-нибудь останется?

– Это все тебе. Я уже поужинала, – сказала Даша, накрыв сковородку крышкой. Она не выносила, когда он принимал пищу вот так урывками. Не раз напоминала про его больной желудок, который страдает из-за неправильного питания.

– Раз собрался ехать, поезжай. Но разогревать еще раз я тебе жаркое не собираюсь, – сказала она строго, но тут же сменила гнев на милость и попросила: – Федор, возвращайся поскорей. Я так волнуюсь за тебя…