Читаем без скачивания Он свое получит - Джеймс Чейз

Они спорили и обсуждали все за и против, совершенно позабыв о Глории, которая сидела и молча слушала их. Она слабо разбиралась во всех этих вещах, и ее пугало то возбужденное состояние, в котором пребывал Гарри. Таким она его еще никогда не видела.

Доставив их в мотель, Джоан сказала, что они непременно должны увидеться завтра и продолжить обсуждение.

– Я и сама мечтаю заняться этим бизнесом! – воскликнула она. – Уверена, мы станем достойными конкурентами.

Гарри усмехнулся.

– А может, партнерами? – шутливо заметил он. – И нам не придется рвать друг другу глотки.

– Надо подумать. В любом случае, вы должны взглянуть на тот клочок земли, о котором я говорила. Заеду за вами в полдень. Договорились?

Гарри сказал, что будет ждать. Она кивнула Глории и умчалась. Гарри проводил машину долгим взглядом. Похоже, он был очарован не только ею, но и ее идеями.

Он разделся и лег в постель, не обращая никакого внимания на молчавшую Глорию. И только когда она сказала: «А я думала, мы едем в Европу», Гарри уставился на нее с таким видом, словно видел первый раз в жизни.

– Давай, ложись спать, – коротко бросил он и погасил свет. – Не знаю, как ты, а я лично устал, как собака.

…Тоненько прозвенел звоночек – сигнал, что кофе готов. Он наполнил чашку, и тут вдруг Глория села в постели, рассеянно проводя рукой по темным волосам и оглядывая комнату.

– Знаешь, Гарри, все это стоит чертовски дорого…

– Да что ты разнылась, в самом деле! – отрезал он. Ему не хотелось вступать с ней в разговор. Предстояло обдумать целую кучу разных вещей и больше всего хотелось побыть хоть час одному, спокойно выпить свой кофе, поваляться в постели, не слушая бесконечную трескотню Глории. – Выпей лучше кофе, если желаешь. Все готово.

Сердце у Глории замерло. «Вот оно, началось. Все признаки налицо». Мужчины, с которыми ей доводилось иметь дело, вели себя именно так перед тем, как бросить ее. Эти хмурые скучающие глаза. Весь этот вид, словно говоривший: да делай ты что хочешь, только оставь меня в покое! «Какая же я идиотка, что познакомила его с этой блондинкой! Наверное, сейчас он думает о ней…»

И Гарри действительно думал. О том, что будет делать в случае, если Джоан и вправду решится вложить деньги в его бизнес. «Надо все же постараться сохранить независимость. Я не намерен терпеть над собой какой бы то ни было контроль или начальника, не устающего отдавать приказы. Конечно, она права. Двух самолетов явно недостаточно – работы невпроворот, а доход – мизерный. А как замечательно было бы работать бок о бок с такой девушкой, как она!

Но всерьез ли она говорила о деньгах? Похоже, что да. А вдруг она все-таки сумеет заинтересовать этим делом папашу? У него же миллионы…»

– Гарри…

Он вздрогнул. Голос Глории подействовал на него, как удар хлыста.

– Ну что?

– Надо обсудить, что делать дальше. Долго здесь оставаться нельзя.

Он приподнялся на подушках и уставился на нее с притворным изумлением.

– Почему нет? Я думаю, как раз очень даже можно.

– Это небезопасно. Борг нас найдет.

Гарри напрочь забыл о Борге. И вдруг почувствовал прилив злобы и раздражения.

– Не станет же он рыскать по всей стране! Здесь не более опасно, чем в любом другом месте. Он ведь потерял наш след, разве не так? Откуда ему знать, что мы здесь?

– Это мы его не видели, но я уверена: нас-то он видел прекрасно. Я знаю его Гарри. Иначе он не приехал бы в Оклахома-Сити. Он знал, что я встречаю тебя в аэропорту. И уверена: он видел, как мы улетели на самолете мисс Грейнор.

– Ну и что, даже если это так? Теперь-то он нас потерял.

– Но, Гарри, эта девушка – личность довольно известная. Да любой из аэропортовских служащих мог сказать ему, кто она такая и откуда. И тогда он будет знать, где мы. Поэтому мы должны уехать. Сегодня же!

– Сегодня?! – Гарри повысил голос. – Да ты спятила! Не слышала, что сказала Джоан? Сегодня днем мы с ней встречаемся. Неужели ты не понимаешь, что значит для меня, если она сумеет уговорить своего папашу вложить в мое дело деньги? У него же миллионы! Только подумай! Двадцать пять самолетов! Как раз то, о чем я мечтал!

– Гарри, умоляю тебя, будь благоразумен! Неужели ты всерьез думаешь, что она сумеет убедить отца? Да она же еще совсем девчонка!

– Вот тут ты не права. Может, она и выглядит, как девчонка, но она очень, очень умна. Голова у нее светлая. И я ничуть не удивлюсь, если ее папаша выложит денежки. У меня сложилось такое впечатление, что уж если она завелась, то и бронзовую статую сумеет уговорить расстаться с деньгами.

Выражение неистовой веры в его глазах ввергло Глорию в ярость.

– Да с чего ты взял, что он собирается тебя финансировать?! А ты подумал о том, что он, как серьезный деловой человек, прежде всего наведет о тебе справки? И как, по-твоему, будет реагировать, когда узнает, почему ты потерял работу?

В ту же секунду она пожалела о своих словах.

Лицо Гарри окаменело. Он взглянул на нее, и она прочитала в его глазах откровенную злобу и неприязнь.

– Хватит ныть, слышишь, ты? Не можешь предложить ничего дельного, заткнись! Поняла?

Глория испугалась. А вдруг он пойдет дальше и закатит ей настоящий скандал? Ведь он может, стоит только его завести. Что тогда делать? Денег у нее нет, по пятам идет Борг, а она окажется одна…

– Прости меня, дорогой… Прости. Мы должны более трезво смотреть на вещи, – сказала она, испуганно глядя на него. – Я тоже стараюсь помочь тебе. Изо всех сил. Он обязательно будет наводить о тебе справки, если предложение его заинтересует. И надо как следует обдумать, что ты ему скажешь.

– Да, наверное, ты права. Тип вроде этого самого Грейнора под микроскопом будет меня разглядывать, прежде чем расстаться со своими бабками.

– А тебе не кажется, что лучше придерживаться нашего первоначального плана? Уехать в Лондон подальше от Борга? Ведь не потащится же он за нами в Англию.

– Да пошел он ко всем чертям! – воскликнул Гарри и встал с постели. – Он и сюда не потащится. И хватит каркать! Ни в какой Лондон мы не едем. Можно найти более разумное применение деньгам… Пойду-ка я, пожалуй, пройдусь немножко. Хочу спокойненько все обдумать. И знаешь что, Глория, лучше мне сегодня встретиться с Джоан одному. Предстоит серьезный деловой разговор. А ты только под ногами будешь путаться. Может, поспишь еще чуток? Вид у тебя кошмарный. А я к ленчу вернусь.

Он схватил одежду, сложенную на стуле, и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Через несколько секунд она услышала, как он напевает в ванной, под душем.

«Только под ногами будешь путаться… Вид у тебя кошмарный… Почему не сказать прямо: ты мне надоела, нашел другую, она не выглядит старой, усталой и жалкой, как ты. Почему не сказать прямо так? Ведь именно это он имел в виду…»

Она почувствовала соленый привкус во рту и только тут поняла, что плачет…

В двенадцать с минутами Гарри увидел огромный серо-голубой «бентли», мчавшийся по шоссе вдоль пляжа. Он вышел из-под пальмового дерева, где сидел в тени, и махнул рукой.

…Утром, покинув мотель, он сел в автобус и поехал в город. Побродил по улицам, съел роскошный и дорогой завтрак в фешенебельном ресторанов с видом на море, потом купил себе плавки и примерно час плавал. Обсохнув и позагорав, заглянул в бар, чтобы убить оставшееся до встречи время, потом позвонил Глории.

– Могу задержаться, – сказал он. – Так что к ленчу меня не жди. У тебя все в порядке?

Тихим ровным голосом, что почему-то особенно раздражало его, она сказала, что «да, все в порядке». Он попрощался и повесил трубку. Сел в автобус и поехал вдоль пляжа до развилки, где сел под пальму и стал ждать.

С утра он передумал о многом. Глория права: если Джоан действительно настроена на серьезные деловые отношения, ему не следует особенно распространяться о своем прошлом. Вообще, чем меньше он скажет, тем лучше. Несомненно, ее отец наведет о нем справки. И если узнает, за что и при каких обстоятельствах его уволили из компании, все пропало.

Еще одна загвоздка – Глория… Джоан называла ее миссис Гриффин. Значит, эта идиотка сказала Джоан, что она – его жена. Боже, ну и дрянь! Ну и кретинка!.. Нет, конечно же, Глория далеко не кретинка, совсем нет. Все дело в красоте Джоан. Представляясь как миссис Гриффин, она просто решила себя обезопасить. Нечто вроде самообороны – дескать, он мой, руки прочь! Зря! До добра это ее все равно не доведет. Впрочем, ситуация с Глорией его не слишком беспокоит. Уж с ней как-нибудь разберется. Он твердо решил, не без некоторого, впрочем, сожаления, что им надо расстаться, не желая сам себе признаться, что решение это прежде всего связано с Джоан. «Скорее всего, – убеждал он себя, – Джоан не приедет. И я ее больше не увижу. Но с Глорией лучше разойтись. Прежде всего – из-за Борга. Так будет безопаснее для обоих. В конце концов, не считает же она, что из связь будет тянуться вечно. К тому же она на пять или шесть лет старше. Вряд ли она станет так уж сильно противиться. Он выложит все карты на стол и скажет правду. Им было хорошо вместе, но всему приходит конец. Она должна это понимать. Он даст ей денег. Пять тысяч. На первое время вполне хватит. Потом она подыщет какую-нибудь работу. Пять тысяч… – он нахмурился. – Пожалуй, это все же многовато. Пять тысяч пробьют основательную брешь в его капитале, а если Джоан всерьез включится в игру, следует экономить каждый цент. За глаза хватит и двух. Но, конечно, же, надо поговорить и все объяснить ей. Она поймет! Она всегда все понимала. Это главное достоинство Глории – с ней всегда можно было поговорить по-человечески. Так что здесь все обойдется. Гораздо большая проблема – авиакомпания. На втором месте – Борг.