– Нет. – Он взглянул на нее упор. – Не выйдет.
– А если я не хочу?
Мало ли, что она хочет! Хасим не привык к отказам. Он всегда получает желаемое, всегда выходит победителем.
– Похоже, – произнес он с плохо скрытой угрозой, – ты хочешь, чтобы я обо всем сообщил твоему отцу?
– Хасим, ты не посмеешь!
– Да что ты? Хочешь проверить? – От его зловещей улыбки у нее все похолодело внутри. – Интересно, что скажет отец, когда я распишу ему в подробностях нашу сегодняшнюю встречу?
Ромульду словно обухом по голове оглушили. Если отец обо всем узнает, она обречена. Что он может сделать? Ведь в Бахраме простой и ясный кодекс чести. Девушка лишилась целомудрия до свадьбы, а значит, остается один выход – стать женой любовника. Тем более что тот обеими руками за.
– Он заставит меня выйти за тебя, – вымолвила она.
– Не заставит. Он с радостью благословит наш брак. Именно этого он хотел для тебя.
О Господи, как отец мог так поступить с ней? Обещать ее этому варвару, бесстыднику, негодяю.
– Ах ты мерзавец! – вырвалось у нее.
Хасим лишь ухмыльнулся в ответ.
– Мне нравится, когда ты начинаешь ругаться. Так ты меня еще больше раззадориваешь. В конце концов, ты все равно сдашься. Твоя покорность будет для меня лучшей наградой. Да нет, не только для меня… Для нас обоих.
– Для нас обоих? Как ты можешь говорить такое? Ведь ты никого не ценишь, кроме себя! От остальных ты требуешь только подчинения?
– Почему же? Ты ведь хотела равноправия? Оно у тебя будет. Мы станем равноправными партнерами в сексе. И ты познаешь истинные наслаждения любви.
Нет, не любви, а секса. О любви речи не идет. Он вынуждает ее заключить с ним сделку, своего рода деловой контракт. Она станет его женой, женщиной, с которой он может делать что угодно. А в обмен он поможет ей сохранить ее доброе имя.
Что же станет, когда она ему надоест? Хасим познал стольких женщин, нелепо предполагать, что, женившись, он вдруг остепенится. В один прекрасный день он скажет ей, что дела призывают его в Рим. Когда его самолет приземлится, он пересядет в роскошный лимузин и поедет в особняк своей любовницы.
Сможет ли она терпеть его измены?
Как ответить на этот вопрос, если у нее все равно нет выхода? Ведь она не в силах заявить отцу, что потеряла невинность, но ей плевать на это и она возвращается в Чикаго. Он умрет от горя!
А что, если Хасим увяжется за ней в Америку или подошлет своего шпиона? И ему станет известно про отношения Сусанны и Боба?
Нет, разве может она приносить их счастье в жертву событиям, виновницей которых является она сама!
Итак, у нее не остается выбора. Придется покориться судьбе.
– Хорошо, твоя взяла, – сказала она с мрачной решимостью. – Я буду твоей женой. Но никогда – слышишь, никогда – я не буду твоим партнером в сексе! И знай: мне будет противно лежать с тобой в постели! Ты мне отвратителен!
Хасим сжал кулаки… Но нет! Сначала свадьба. А потом… Поживем – увидим.
– Неужто, Ромульда, ты забыла: ничто не доставляет мне такого удовольствия, как преодоление препятствий. Клянусь, ты еще пожалеешь об этих словах, ты будешь снова и снова произносить мое имя, будешь просить, чтоб я дал тебе еще и еще.
– Ни за что!
– Посмотрим. – Он распахнул дверь. – Пошли. Пора порадовать твоего отца. Исполнилась мечта всей его жизни.
6
– Султан ожидает вас, госпожа.
Казалось, что Ромульда живет в двух мирах – своем, внутреннем, мире и в том, который навязал ей Хасим.
Она не беременна.
Обнаружив это, она не удивилась. Итак, она не носит в своем чреве ребенка Хасима, но разве от этого легче? Если бы у нее должен был родиться ребенок, были бы хоть какие-то основания, хоть какое-то оправдание брака с человеком, который ее не любит и не ценит. А так… Свадьба становится бессмысленной.
Ночами она беззвучно рыдала в подушку, хотя здравый смысл и подсказывал ей, что так даже лучше. Как ни странно, когда она сообщила Хасиму, что не беременна, он не слишком расстроился и не слишком обрадовался. Она вообще не поняла, как он отреагировал. Лишь кивнул безучастно и сказал:
– Значит, такова воля Аллаха.
Узнав, что у нее будет ребенок, по идее он должен был обрадоваться. Ведь так он будет знать, что род аль-Пахлеви не прервется, у него будет наследник.
– Идемте, госпожа.
Ромульда заставила себя вернуться в реальный мир. Но, глядя в зеркало, она видела не ту Ромульду, которой себя считала. Из зеркала на нее смотрела женщина, достойная стать женой султана.
Ее голову украшала роскошная корона, весившая не меньше трех килограммов. За несколько недель, прошедших после ее возвращения в Бахрам, волосы немного отросли. Она не укорачивала их, и вовсе не потому, что Хасим бросал неодобрительные взгляды на ее длинную изящную шею, не прикрытую локонами. Просто в Бахраме женщины ходили с длинными волосами. А она, Ромульда, теперь становится главной женщиной в Бахраме.
Ее лицо оттеняли рубины, изумруды, сапфиры и бриллианты. На пальцах красовались тяжелые перстни. Вероятно, из-за них ее руки дрожали… Или из-за волнения. Поскольку день, которого она так боялась, день их с Хасимом свадьбы, наконец настал.
В столицу, Гвабону, слетались отовсюду политики, бизнесмены, кинозвезды, знаменитые фотомодели, друзья и знакомые человека, который был для нее совсем чужим. Газеты провозгласили предстоящее событие свадьбой года. Журналисты не отставали от нее, умоляя дать интервью. Но Ромульда отказывалась. Ей меньше всего хотелось говорить с ними о браке, которому суждено было сделать ее несчастной. К тому же журналисты наверняка пронюхали бы своим дьявольским чутьем, что она совсем не рада предстоящему событию. Еще не хватает, чтобы в газетах появились домыслы и сплетни на этот счет!
Ей и без того нелегко. На церемонию стечется народ, желающий поглазеть на счастливую избранницу султана. Ах, если бы они знали, как она несчастна! За эти полтора месяца они – будущие муж и жена – почти не разговаривали. Какие уж там нежные признания!
Лишь однажды, в присутствии отца, Ромульда собралась с духом и спросила у Хасима:
– Став твоей женой, какую роль я должна играть?
Хасим нахмурился и посмотрел на нее.
– Во всем помогать возлюбленному мужу, что же еще?
– В Америке я изучала юриспруденцию. Став женой султана, я могла бы применить свои знания.
Она увидела, как рассмеялся ее отец, а за ним и Хасим.
– Вряд ли, когда ты выйдешь замуж за султана, у тебя останется много свободного времени. – Хасим кивнул и встал, давая понять, что разговор окончен.
Вот так. Остальные их беседы происходили неизменно в присутствии посторонних. Они обсудили свадебное меню, список приглашенных. Наконец, Хасим спросил у нее, где она хочет провести медовый месяц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
