— Вы были больны, леди, — пролепетал парнишка, испуганно отступая.
— Он мог подождать.
Мальчику хватило ума промолчать. Она махнула рукой, отпуская его, и предалась своему горю. Она осталась совсем, совсем одна на всем белом свете!
Горечь потерь была нестерпимой, но Имоджин понимала, что не имеет права сдаваться. От нее зависела судьба слишком многих людей. Она выкинула из головы все мысли об утратах и заставила себя сосредоточиться на восстановлении родного дома.
Она решила узнать, нет ли в замке брата Патрика. Может быть, ей поможет еще одна порция бальзама?
Вскоре служанка привела к ней монаха. Он наложил на раны бальзам и настоятельно рекомендовал как можно дольше не вставать с постели.
Имоджин пришлось с ним согласиться. Но чтобы ее люди не забывали, кто здесь хозяйка, она управляла замком из своей спальни.
Она узнала, что большая часть замковой прислуги выжила, успев скрыться во время резни, и что теперь им на помощь пришли люди Фицроджера. Имоджин отправила во все ближние деревни подростков, чтобы весть о ее возвращении разошлась как можно скорее. Узнав, что она снова владеет своим замком и все здесь идет по-прежнему, сбежавшие слуги обязательно вернутся, а деревенские старосты начнут посылать в замок провизию.
Кэррисфорд всегда был добр к своим людям, и теперь Имоджин надеялась, что они ответят ей тем же.
Маленькие гонцы рассказали Имоджин, что бочки в винном погребе разбиты и вино пропало и что лорд Фицроджер (к ее досаде, они упорно именовали его хозяином) уже доставил кое-что из Клива и ждет оттуда еще один обоз с продуктами и вином.
Сердито хмурясь, она старательно делала заметки на вощеных табличках, составляя список своих долгов этому человеку. Ничего, пусть только у нее заживут ноги, а уж тогда она найдет способ незаметно проникнуть в сокровищницу и вынести оттуда достаточно денег, чтобы с ним расплатиться.
Она захватит оттуда не только деньги, но и кое-какие драгоценности. Это собьет с него спесь. Пусть не думает, что Имоджин из Кэррисфорда какая-то нищая попрошайка. Она была и осталась высокородной леди!
К счастью, зерно не сожгли, а просто высыпали из ларей. Слугам удалось собрать большую его часть, и в пекарне уже пекли свежий хлеб, но самые дорогие продукты были либо испорчены, либо расхищены. Правда, удалось пустить в дело мясо зарезанных животных.
Затем ей сообщили, что Фицроджер отправился на охоту. Пока не было съедено все мясо, в дичи не было ни малейшей нужды. Имоджин сердито закусила губу. В замке дел невпроворот, а он решил поразвлечься!
И в то же время она была неприятно удивлена, узнав, что Фицроджера нет в замке. При нем она постоянно была начеку, ожидая очередной попытки добиться ее руки. Но вот он уехал, и вместе со свободой она ощутила свою беззащитность. А вдруг вернется Уорбрик?
Свобода или безопасность. Рано или поздно ей придется сделать выбор.
И она тут же решила, что выберет свободу, но с содроганием вспомнила о потайном ходе. А вдруг Фицроджер забыл его заложить? Эту работу он мог поручить кому-нибудь из своих людей, не подвергая себя пытке тесным подземельем. Слишком неприятно было думать о том, что потайной ход перестал быть потайным и теперь открыт для любого злоумышленника.
Ее драгоценный запас специй пропал вместе с резной шкатулкой, в которой он хранился. Содержимое ее собственных сундуков с одеждой и отрезами тканей — шелк, бархат, кружева и парча — было разбросано по двору и втоптано в грязь. Проклятый Уорбрик! Однажды она полюбуется на то, как его казнят за все его злодеяния.
Каждый раз при виде разбитого окна и ободранных стен у нее болезненно сжималось сердце. Но в то же время в ней крепло желание отомстить Уорбрику. Впрочем, этим она займется позже. Пока что ей следует подумать, как пережить надвигавшуюся зиму.
Но чтобы чувствовать себя уверенно, она отправила мальчишку проверить, есть ли стража на башнях и восстановлены ли укрепления. Он вскоре вернулся и заверил ее, что все в полном порядке. Никто не сидит без дела, и у всех хватает оружия. Те, кто не занят в карауле, чинят амуницию.
Она могла бы и сама догадаться, что Фицроджер не оставит замок без присмотра. Она вспомнила то время, когда его солдаты ворвались в Кэррисфорд и остались без командира, но тем не менее действовали четко и слаженно. Выучке его войска можно было только позавидовать.
А без командира они остались потому, что в эти минуты их вождь на руках у своего лейтенанта извергал из себя остатки темного ужаса, испытанного в тесном потайном проходе.
Имоджин постаралась отогнать от себя это видение. Мысль о том, что и у Фицроджера есть свои слабости, может поколебать ее волю, а это опасно. Он не постесняется воспользоваться любым преимуществом. А после того, как он начал огрызаться, стоило ей упомянуть об этом, так и вообще не стоило его жалеть.
Ей необходимо выжить этого типа из Кэррисфорда как можно скорее, пока он не успел обосноваться здесь навсегда.
Однако сделать это без помощи короля невозможно. Но тогда она уже не сможет отвертеться от скорой свадьбы со ставленником Генриха.
Она знала, что Красавчик Генрих завладел английским троном всего год назад, но Имоджин понятия не имела, что это за человек и чего от него можно ждать. Фицроджер как-то раз намекнул ей, что король продаст ее по самой высокой цене, а ведь Бастард считался другом короля и знал, о чем говорил. Права короля Генриха на английский трон оспаривал его старший брат, а вместе с ним в стране сеяла смуту свора алчных баронов, подобных Беллему. Наверняка король не побрезгует купить преданность кого-то из тех дворян, что еще не сделали выбор.
Но он же не опустится до того, чтобы покупать Роберта Беллема или его братьев?
У Имоджин возникло ощущение, что ее мысли движутся по заколдованному кругу. Если она не желает подчиниться воле короля, у нее остаются две возможности. Она может предложить себя одному из прежних женихов, скорее всего Ланкастеру, или принять предложение Фицроджера, когда он его сделает.
Она откинулась на подушки и в который уже раз принялась гадать, какой из вариантов лучше. Было слишком рискованно делать ставку на короля, а она никогда не любила азартные игры.
Значит, Ланкастер.
Ланкастер был намного старше ее, но большая разница в возрасте была делом обычным, и ее не следовало принимать во внимание. Она хорошо знала, в чем заключается долг леди Кэррисфорд. У нее нет права думать о собственных удовольствиях, поскольку прежде всего она обязана найти надежного покровителя для своих людей.
Став женой Ланкастера, она переедет в его родовой замок на севере страны. В Глостершире она будет появляться лишь изредка. Между прочим, Ланкастер владеет Бридоном, расположенным неподалеку от Кэррисфорда, но почти не бывает там. Он и теперь не заглянул туда, когда направлялся в Кэррисфорд, чтобы сделать ей предложение.
