К начальнику милиции вызвали Журавлева. Интересно когда и куда отправятся грузовики? Успеет ли он убедить Боцмана организовать нападение и поверит ли ему уголовник? Столкнувшись на этаже с заместителем Деменкова и лейтенантом ГБ, он уже знал, что заезжие парни будут ночевать в милицейском общежитии и продолжат свой путь лишь завтра, значит, у него было время.
Папироса из пальцев Столярова спланировала в пепельницу и одним легким движением превратилась в бесформенное тело, отправив напоследок под потолок комнаты редкий сизый дымок. Бутылка водки в умелых руках «Боцмана» выплеснула свое содержимое в расставленные в кружок граненые стаканы, издавая во время касания с краями посуды характерный звук. Засевшие на «малине» уголовники потянулись за новой порцией спиртного, когда стоящий у окна «на стреме» Серега Хорьков, по кличке Хорек, тревожно сообщил: «Шухер, менты!»
Компания моментально переместилась к окну, чтобы, не открывая тюли посмотреть во внутренний двор. Подельники Столярова устроились на втором этаже деревянного двухэтажного дома, в квартире Марии Иващенко, бездетной вдове, промышлявшей скупкой краденного. Отсюда был отчетливо виден одинокий мужчина в кожаной куртке, который внимательно осматривал их дом.
— С чего ты взял, что это мент? — поинтересовался один из присутствующих.
— У меня на них нюх. Кто это еще может быть, если не мент? — озвучил свою железную логику «Хорек».
— А почему один? На облаву не похоже, — продолжал высказывать свои сомнения его оппонент.
— Это точно лягавый, — авторитетно заявил «Боцман».
— Он с уголовки. В 1940 пытался упечь меня на нары. Вынюхивает что-то. Если облава, ты «Хорек» с «Совой» уходите через черный ход, я с Яшкой пойду через чердак, по крышам, — распределил роли главарь. Кочетков покрутив головой по сторонам, уверенно зашагал к подъезду. Поднялся по скрипучей деревянной лестнице и постучал в дверь квартиры. Хозяйку подтолкнули к входу.
— Кто там? — попыталась Маня придать своему голосу беззаботный тон.
— Милиция, открывай, — потребовали с той стороны.
— Какая такая милиция? Участкового я знаю, а тебя вижу впервые, — непроизвольно сдала саму себя Мария. Если видит впервые, значит, наблюдала из окна.
— Открывай и заодно познакомимся.
— Ты сначала документ покажи. Мало вас тут таких ходит. Может ты грабитель какой-нибудь? — артачилась Иващенко.
— Открывайте, гражданка Иващенко. У меня к вам несколько вопросов и лучше, если я их задам у вас дома, а не у себя в отделе, — громко сказал Кочетков, скорее даже не для нее, а чтобы услышали соседи, а затем чуть тише добавил: «- Мне с «Боцманом» поговорить нужно».
— Нету у меня ни какого «Боцмана», — залепетала хозяйка. Столяров подал знак своим людям, и они все переместились по соседним комнатам, достав из-за пояса стволы. Получив разрешение от Виктора, Мария взялась за дверной замок. Василий Петрович шагнув за порог, отстранил в сторону женщину и четко произнес в сторону открытых дверей смежных комнат: «- Я пришел просто поговорить и поэтому желательно без глупостей!»
Столяров хмыкнул и шагнул в дверной проем, держа в руках револьвер.
— Проходи, коль пришел.
За спиной Кочеткова щелкнул дверной замок, отрезая ему пути отхода. В коридорчике появились и остальные вооруженные члены банды. Василий распахнул полы куртки, показывая наличие за поясом пистолета «ТТ». Главарь кивнул в сторону гостя, и Яшка обезоружил милиционера. Они прошли в комнату, где трапезничали парни с уголовным прошлым. Столяров вальяжно уселся на стул и предложил место напротив Кочеткову. Хорьков снова занял место у окна, наблюдая за подходами к дому. Остальные мужчины стали за спиной своего вожака.
— И о чем ты хотел со мной поговорить? — задал вопрос Виктор, опорожняя налитый стакан с водкой. Он медленно отправил в рот щепотку соленой капусты и кивнул на бутылку, как бы предлагая гостю присоединиться к нему.
— Не за этим пришел, — отказался Кочетков.
— Дело у меня к тебе. Канонаду слышишь? Скоро здесь будет немец. Надо подумать, как будем жить при новой власти, — издалека зашел Василий Петрович.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А мы — то тут при чем? Это тебе волноваться надо. Кого первого к стенке поставят? Мы в органах не служили, за Советскую власть пуп не рвали. Чего нам бояться? Вот ты, другое дело. И чего это ты на эту тему заговорил? У тебя одна дорога, умереть за родимую власть. Чего тебе ждать новых хозяев? — не понимал Столяров направленности беседы. Уж не в добровольцы его же пришел записывать милиционер?
— А если я умирать не собираюсь и хочу еще пожить? — с прищуром посмотрел на собеседника Кочетков.
— Думаешь, немцы тебя простят?
— Если не простят, то можно и откупиться будет, — неожиданно заявил начальник ОББ.
— Как это? — не совсем понял Столяров.
— Золотом. У меня есть наколка на крупную партию золотишка.
— Постой! — мотнул головой «Боцман».
— Ты пришел к нам, чтобы дать наводку? Но, ты же мент!
— Я, по-моему, четко дал понять, что не собираюсь подыхать в окопах. Когда немец подойдет к Дорогобужу все милиционеры окажутся в сводном батальоне, а при этом раскладе, это билет в один конец, — еще раз озвучил свою позицию Василий Петрович.
— То есть, ты собираешься остаться? — не верил своим ушам Виктор.
— Не просто остаться, а с хорошим кушем. В этом деле только вы сможете мне помочь. Я дам наводку, а вы сделаете все остальное.
— И кто же эта несчастная бабушка? В городе не осталось серьезных организаций, которых можно ограбить. Одни старики и евреи, и те наверное уже сбежали, — ухмыльнулся главарь.
— Из-за бабушки я бы не пришел. Разговор идет о пяти грузовиках с золотом и серебром, — озвучил тему визита Кочетков. От этих слов Столяров подался вперед, а его подельники замерли с открытыми ртами.
— Я не ослышался? — переспросил «Боцман»
— Нет. Именно пять грузовиков. Я знаю, где они и куда поедут.
Столяров переглянулся со своими дружками. Глаза его загорелись.
— Сдается, ты нас решил провести. Зачем это тебе? Хочешь выманить нас на дело и там всех положить? — не верил такой информации «Боцман».
— Чтобы вас положить не надо идти на малину. Стоит взять «ястребков» окружить ваше кодло и по законам военного времени, без суда и следствия пустить в расход. Только, что мне из этого? Медальку все равно не дадут, да и зачем она мне сдалась? А насчет золота верняк. Это можно будет и проверить, — гнул свою линию милиционер.
— В город прибыл конвой с ценностями Смоленского банка. Охрана всего десяток человек солдат внутренних войск. Соберешь людишек, а такие у нас есть, и можно будет устроить засаду. Куш весьма впечатляет.
— Чего ты хочешь? — по-деловому спросил Столяров.
— 30 процентов. Остальное ваше, — озвучил размер своей доли начальник ОББ.
— Как проверить, что ты не врешь? — начал конкретизировать свои вопросы уголовник.
— Машины будут находиться во дворе милицейского общежития. Если есть возможность, проверьте. Только учтите, что без меня у вас ничего не получится. В городе операцию не провернешь, а за город вас без меня не выпустят, — определил Василий Петрович важность своей особы.
— Звучит заманчиво, но смущает лишь только то, кто делает такое предложение, — все еще колебался «Боцман», пытаясь предусмотреть возможные риски.
— Если решитесь, то найдете меня. Времени у вас в обрез. Завтра конвоя в городе не будет, — предупредил присутствующих милиционер.
— Сколько говоришь у них охраны? — еще раз переспросил главарь.
— Десяток солдат.
«Боцман» погладил подбородок. Заманчивое предложение!
— Жди весточки, — пока воздержался Столяров от конкретного ответа. Кочетков встал из-за стола и, посмотрев в сторону Яшки сказал: «- Пистолет верни».
Уголовник положил на стол «ТТ».
— Такой шанс бывает только раз в жизни. Это тебе не касса в Усвятье, — на прощание резюмировал Василий Петрович. Понятное дело, что бандиты будут совещаться. О грузовиках они узнают, это точно. Вряд ли «Боцман» упустит такую возможность. Лишь бы они его не оставили в стороне, переживал Кочетков.
