Чарли задыхается прижимает руки к животу, кашляя кровью и падая на колени. Я поворачиваюсь к Хиту.
— А ты?
— Я не причинял ей вреда. Просто связал ей запястья, чтобы она не выстрелила в меня.
— Так и было, — подтверждает Изабела. — И нам, вероятно, следует оставить кого-нибудь из твоей семьи, учитывая резню, которую мы только что устроили. — Она пожимает плечами и оглядывает трупы, устилающие белоснежный ковер.
Я смотрю на Хита.
— Теперь, когда с ним покончено, — говорю я, указывая на мёртвого брата на полу, — Что ты собирался делать с этой системой? И не надо говорить то, что я, якобы, хочу услышать. Моё терпение на исходе, счётчик лжи уже полон под завязку.
— Дружище, ты же знаешь, что многие из нас были не согласны с происходящим. У нас не было выбора. И теперь, когда он мёртв, у нас снова появились варианты. Я просто хотел всё исправить.
— Удобно, — ворчу я, но он не отводит взгляда. Он смотрит мне прямо в глаза и расслаблен. Он вполне может говорить правду, но факт в том, что я чертовски устал и вымотан. Я просто хочу убраться отсюда к чёртовой матери со своей девушкой.
— Пристрели меня, если хочешь, Нико. Но я говорю правду. Ненавижу то дерьмо, в которое он нас втянул. И если ты меня убьёшь, семья, возможно, просто продолжит следовать его правилам. Но если ты оставишь меня в живых, я смогу всё изменить.
Я вздыхаю и смотрю на Изабелу, пока обдумываю ситуацию. Она пожимает плечами, позволяя мне самому принять решение. Я почёсываю висок стволом пистолета, а затем направляю его на него, держа его в расслабленной хватке.
— Если я узнаю, что ты занимаешься этим дерьмом, я вернусь и убью тебя. Ты понял? Это будет медленной смертью без всякого оружия. Я буду играть с тобой и со всеми остальными в этой семье, пока вы не начнёте умолять о смерти. Я уничтожу всю семью, без зазрения совести.
Он протягивает руку. Я пожимаю её.
— Понял. — Он кивает.
— Я проверю.
— Меньшего и не ожидал.
Я киваю, а затем беру своего маленького монстра за руку, чтобы вывести её из этого богом забытого дома.
— И сделай что-нибудь с этим домом! — Кричу я через плечо. — Здесь как в чёртовом морге.
Я открываю входную дверь, выводя Изабелу наружу в прохладный вечерний воздух. Солнце село, и на небе проступают звёзды. Мы оба глубоко вздыхаем.
А потом она удивляет меня, прыгая мне на руки и цепляясь за моё тело, как коала. Я хватаю и крепко держу, пока её ноги обвивают мою талию. Она утыкается носом мне в шею и вдыхает мой запах, пока её пальцы зарываются мне в волосы.
Чертовски приятное ощущение. Когда я ушёл от неё днём, уже и не надеялся почувствовать это снова. Я был уверен, что смогу жить без всего этого. Но, чёрт возьми, как же сильно я ошибался.
Она нужна мне. Я жажду эту женщину. Она пробралась мне под кожу и въелась в плоть до самых костей. Быть без неё — оставить её — было самым тяжёлым, блядь, поступком с тех пор, как я покинул это дерьмовое место много лет назад.
— Больше так не делай, — шепчет она мне в шею, показывая всю свою тщательно скрываемую уязвимость.
Она отстраняется, глядя на меня своим целым глазом.
Я ухмыляюсь.
— Никогда, — обещаю я ей, прежде чем она крепко целует меня. В этом поцелуе мы выплёскиваем все свои эмоции. Всё, что мы не могли сказать друг другу, было сказано, пока наши языки переплетались.
Я прижимаюсь к её округлой попке, а она дёргает за пряди моих волос. Я не хочу останавливаться. Я хочу повернуться и прижать её к двери, трахнуть её прямо здесь, присвоить её себе. Но ей больно. Если она думает, что я не заметил, как она хромает, то она ошибается. Чарли действительно изрядно потрепал её. Потребуется время, чтобы её лицо зажило.
Я немного отстраняюсь, замедляя поцелуй и охлаждая страсть. Её руки ложатся на мою шею, и она улыбается мне сквозь боль, которую, должно быть, чувствует.
— Отвези меня домой, старик. — Она ещё раз целует меня в губы, прежде чем выскочить из моих объятий.
— Как пожелаешь, принцесса.
Глава 29
ИЗАБЕЛА
Несколько дней спустя…
Я лежу на своём любимом диване в кабинете и читаю горячий любовный роман, когда Нико стучит в дверной косяк. Я поднимаю глаза и улыбаюсь ему. Он хорошо выглядит, одет во всё чёрное, а волосы зачёсаны назад. Место, где он вытатуировал след укуса, покалывает, когда он облизывает губы.
— Привет, — говорит он своим хриплым сексуальным голосом.
— Привет. — Я просто расцветаю от его внимания. Всё моё тело моментально реагирует, а бёдра сжимаются. Меня уже возбудила сцена секса, которую я читала. — Мне сейчас очень повезло. — Говорю я ему.
— Почему это? — Он опирается на дверной косяк, скрестив ноги в лодыжках и сложив руки на груди.
— Ну, — тяну я, откладывая книгу, чтобы можно было подойти к нему. — Я просто читала эту горячую сцену в своей книге, а потом появился ты, как моя сексуальная фея-крестная.
Он напрягается.
— Я же вдвое старше тебя, Изабела. — Он стонет. — Может мы будем называть меня твоим крёстным отцом?
Я смеюсь и поднимаюсь на цыпочки. Мой рот завис рядом с его.
— А я думала, тебе нравится, когда я называю тебя папочкой.
Его мышцы расслабляются, и из его восхитительного рта вырывается самый сексуальный стон. Он разгибает руки и обхватывает меня за шею, позволяя своим пальцам обхватить мои волосы на затылке.
— Мы в твоём доме, Изабела, — шепчет он, его рот чертовски близко к моему.
— Но эта комната звуконепроницаема, — отвечаю я, улыбаясь, когда его глаза закрываются, как будто он подумывает о том, чтобы сдаться. — И встреча состоится через пятнадцать минут. Я совершенно уверена, что ты сможешь заставить меня кончить за это время.
Его глаза распахиваются, а руки крепче сжимают волосы. Толкая меня назад в кабинет, он захлопывает дверь и целует меня. Боже, как же я скучала по нему. Я не видела его с тех пор, как мы покинули Ирландию, и он не был внутри меня с той ночи. У меня настоящая ломка по телу Нико.
— Как заживает твоя татуировка? — Спрашивает он, поднимая меня на стол.
— Хорошо. Хочешь посмотреть?
Мы оба задыхаемся, когда он опускается передо мной на колени, подтягивая моё маленькое платье. Когда он видит, что на мне нет трусиков, его голова падает мне на бедро, глаза закрываются, а ноздри раздуваются. Я смеюсь.
— Изабела, где твои трусики?
— Я слышала, что ты придёшь. Не думала, что они мне понадобятся. — Я пожимаю плечами, а он просто смеётся мне в лицо.
— Ты — катастрофа. С тобой столько проблем.
А потом он ещё больше раздвигает мои ноги и исчезает между ними. Он целует огрубевшую кожу там, где заживает моя татуировка, и мой клитор пульсирует от желания. Я откидываюсь на руки и закидываю ноги ему на плечи, подталкивая его в нужном направлении.
— Такая нетерпеливая. Эта татуировка делает из меня дикаря, мой маленький монстр. Видеть, что ты помечена как моя на всю оставшуюся жизнь. Этого достаточно, чтобы я сразу кончил в трусы.
Я чувствую его лёгкое дыхание на своей щели. Он дразнит меня. А у нас нет на это времени.
— Если ты хочешь намочить свой член, — ворчу я, — Тебе, наверное, стоит поторопиться.
Это его заводит. Следующее, что я помню — его язык просовывается между моими складочками и кружится вокруг моего клитора. Слава богу, эта комната звуконепроницаема, потому что исходящие от меня звуки будут слышны по всему чёртовому дому. Он ест меня, как голодающий, как будто он скучал по мне так же сильно, как и я по нему.
— Да, Нико, — стону я. — Вот здесь, милый.
Его язык погружается внутрь, пробуя на вкус меня, в то время как его руки обхватывают мои бёдра и удерживают меня открытой для него. Его сильные руки впиваются в верхнюю часть моих бёдер, и мне приятно осознавать, что завтра я увижу там небольшие синяки.
Эти чертовски идеальные губы смыкаются вокруг моего клитора и всасывают его, заставляя меня чуть не спрыгнуть со стола. Но он держит меня крепко и не отпускает. Он знает, что у него мало времени, и полон решимости заставить меня кончить, прежде чем он меня трахнет.
