Читаем без скачивания Взрывы в Стокгольме - Якоб Пальме

Они почувствовали усталость, после такой продолжительной прогулки давали себя знать ноги.

— Тут приходится подыматься в гору,— объяснил Эрик.

— Мне кажется, туннель здесь отвратительный,— сказал Леннарт.— Какой-то тесный, что ли.

— Там, наверху, будет получше,— откликнулся Эрик.— Там пошире и посветлее.

Они поднялись по ступенькам. Идти было неприятно, ступеньки стояли слишком широко, поэтому приходилось делать неодинаковые шаги. Кроме того, ступеньки были засыпаны песком. И это тоже затрудняло подъем.

— Нам бы только вон до той двери дотопать, вон наверху, видишь,— сказал Эрик.— А там мы уже будем на месте.

Они прошли через дверь, потом еще немного, до новой маленькой «площади», опять же в полу был бассейн с насосной станцией.

— Еще один колодец, смотри,— сказал Эрик и показал на потолок.— Только я бы, пожалуй, назвал его дымовой трубой. Здесь нам нужно забраться наверх, к внешней системе туннелей.

— А можно нам здесь остаться? — спросил Леннарт.— Они нас тут не найдут? Здесь люди не ходят?

— Ходят, но не везде,— ответил Эрик.— Есть еще и боковые туннели, только ими больше не пользуются. Подожди, я, кажется, теперь понял, куда нам идти.

Они поднялись в туннель с бетонными стенами.

— Тихо,— сказал Эрик.— Слышишь, как идет поезд? Линия метро проходит совсем рядом.

Они и в самом деле услышали какое-то отдаленное грохотание. Эрик повел Леннарта еще дальше по туннелю.

Неожиданно им пришлось переползать через какое-то возвышение на полу туннеля, приблизительно в метр высотой.

— Что это? — спросил Леннарт.

— Да старый туннель,— ответил Эрик.— Он был здесь задолго до того, как начали строить новые туннели. Поэтому они так и пересекаются друг с другом.

— И давно он построен, этот старый?

— Не знаю. Знаю только, что самый старый туннель здесь существует с тысяча девятьсот двенадцатого года... Давай сюда.

Они стали подниматься вверх по деревянной лестнице и оказались под большой трубой. Пришлось согнуться в три погибели, чтобы проползти под самой трубой и пролезть еще через небольшое отверстие в стене.

— Вот здесь, внутри,— сказал Эрик.

Леннарт протиснулся следом. Тот туннель, к которому привел их проем в стене, был всего метра два высотой. Здесь оказалось темно. Пол был засыпан песком, перемешанным с битой штукатуркой. По одной стене тянулось несколько труб.

— Этот туннель один из самых старых. Сюда почти никто никогда не заглядывает. Иди за мной.

Они продолжали свой путь и в конце концов повернули в маленький туннель, он вел в тупик метра четыре глубиной.

— Тихо,— сказал Эрик.— Прислушайся.

Они услышали какой-то шуршащий звук, то нарастающий, то становящийся тише, а то вовсе исчезающий.

— Что это? — спросил Леннарт.

— Это автомобили,— сказал Эрик.— Автомобили на Кунгсгатан. Мы всего в нескольких метрах от поверхности земли.

— Неужели мы теперь уже у самой Кунгсгатан?

— Конечно.

— Знаешь, небольшой, точно направленный зарядик динамита...

— Нет, здесь мы взрывать ничего не будем,— сказал Эрик.— Здесь мы будем жить. Как тебе тут нравится?

— Темно и душно,— ответил Леннарт.— И холодно.

— Мы можем провести сюда тепло,— сказал Эрик.— И освещение. Сюда никто никогда не заходит. Возьмем несколько кабелей, где-нибудь в другом месте, сделаем отвод от распределительного щита. Здесь кабелей навалом, никто и не заметит, стало одним кабелем больше или меньше.

— Только здесь ужасно неприятный какой-то пол. И грязный.

— Ну, натаскаем досок,— предложил Эрик.— И настелим чистый.

— Ты это серьезно?

— Вполне.

— Но это же отлично!

— Что именно?

— Полиция с ног сбивается, нас разыскивают, машины с рациями рыскают по всему городу, а мы себе здесь полеживаем внизу, у них под ногами...

— Конечно. А ты как думал?

— А ты совершенно уверен, что нас здесь никто не найдет?

— Да. Абсолютно.

— Я устал,— сказал Леннарт.

— Давай завалимся спать,— сказал Эрик.— Конечно, постели у нас не сказать чтобы роскошные. Но к следующей ночи организуем что-нибудь получше.

В результате всех треволнений последнего дня и последней ночи ребята никак не могли заснуть. Но в конце концов они погрузились в сон, тесно прижавшись друг к другу на полу из бетонной крошки.

Первое, что увидел Леннарт, когда проснулся поутру, был сталактит на потолке.

— Сталактит,— сказал он.— А я думал, они бывают только в пещерах.

— Туннель больно старый,— отозвался Эрик,— за такое время здесь уже и сталактит вырос.

— Странно только, почему здесь не сыро? — спросил Леннарт.— Почему не капает?

— Когда прорубали туннели, снизили уровень грунтовых вод,— ответил Эрик.— Поэтому теперь здесь сухо. А сталактиты с тех пор так и остались.

— Под землей какое-то особое настроение. Знаешь, здесь можно устроить отличную уютную комнатку.

— Конечно, можно,— согласился Эрик.— Надо сегодня поторопиться и как следует все устроить. Завтра понедельник, все пойдут на работу, и днем нам нельзя будет носу высунуть.

— Откуда же мы возьмем себе нужное барахлишко? — спросил Леннарт.

— Из одного туннеля в районе Вэрта. Там сейчас прокладывают еще один туннель, широченный, по нему уложат трубы отопления для всех центральных районов Стокгольма, с теплоцентрали около Рупстена. Там строительного материала всякого хоть завались.

Когда наступил вечер, все было устроено самым наилучшим образом. Теперь у них имелся пол, имелись стены, лампа на потолке и даже несколько старых подушек, они совершенно случайно на них наткнулись и немедленно приспособили как матрас. Весь день они усердно трудились. Входили, выходили, возвращались опять и наконец запаслись на несколько дней провизией.

— Но у нас ведь нет плиты,— сказал Леннарт.

— Дело поправимое,— сказал Эрик.— Завтра же достанем.

— Нет, просто великолепно,— сказал Леннарт.— Мы можем с тобой жить здесь сколько захотим.

— О чем и речь,— ответил Эрик.— «Таинственные мародеры с динамитом из подземелья». Можем остаться жить здесь хоть навсегда. Возьмем у них все, что нужно, устроим здесь большущую пещеру, у нас может получиться настоящая квартира. И главное, никто ничего не узнает. А полиция так и останется с носом, да еще с каким длинным носом! А у нас здесь, внизу, есть даже плавательный бассейн.

— Нет, вода в нем, наверное, жутко холодная!

— Не везде. Там, немного дальше, где идут туннели для центрального отопления, от горячих труб идет столько тепла, что вода теплая, приятно будет в ней поплавать.

— Знаешь, вчера вечером я себя чувствовал таким одиноким, покинутым,— произнес Леннарт.— Думал, всему конец. А теперь, оказывается, так все отлично устраивается.

— И потом, у этих ослов-фараонов нет ни единого шанса справиться с нами.

— Еще бы! — поддержал его Эрик.— Сейчас бы нам нужно было закатить пир и отпраздновать начало нашей новой жизни — жизни в подземелье. Надо будет раздобыть себе какую-нибудь маскировочку, чтобы выходить на свет божий, когда пожелаем, и чтоб никто нас не узнал.

— «Мародеры из подземелья готовятся к бою против социал-бюрократов! — провозгласил Леннарт.— Подобно молниям, они появляются на миг из своих таинственных катакомб, закладывают заряд динамита и перед самым взрывом исчезают опять».

— Здорово,— сказал Эрик.

— Конечно, здорово,— согласился Леннарт.— Мы вне общества, вне закона, настоящие короли в собственном подземном королевстве.

— Блеск! — заключил Эрик.— Теперь давай хватанем апельсинового сока за наше новое будущее.

24

Петер Сюндман тем временем повидался с родителями обоих мальчиков. Но у него не сложилось определенного мнения, где они. Поэтому он поехал в школу, где они учились, полагая, что их школьные товарищи помогут ему разобраться.

Сюндман выбрал долговязого парнишку, смекалистого по виду. Он учился в том же классе, что и исчезнувшие ребята.

— Они всегда у нас держались особняком, и Леннарт и Эрик,— сказал он.— На школьный двор выйдем, а они на самый дальний конец уйдут. Им хватало общества друг друга, они как будто в союзе каком состояли... Стоят всегда вместе в углу двора и о чем-то болтают, болтают, а иногда вдруг засмеются. А если к ним кто подходил, так у них там сразу будто стена, никого туда не пускают — не захочешь, да уйдешь. Воображалы, и больше ничего,— заключил он.

— Ты им завидуешь?

— Что вы, чего завидовать! Нет уж, не хотелось бы мне сейчас оказаться на их месте.

— Ты и после уроков встречал их вдвоем?

— Конечно. Сколько раз. И всегда мне казалось, что у них тайна какая-то интересная, но никто другой о ней не должен знать. И не додумался бы никогда, что их тайна — динамит.