такую рань. Видимо, стряслось что-то серьезное, раз он даже письмо не стал посылать.
Проведя рукой по лицу, я останавливаю лошадь и спешиваюсь возле палаты общин. Быстро взлетев по крыльцу внутрь, замечаю, что служащих еще нет на своих местах: коридоры были пустые, и звук моих шагов гулко разносился по помещению.
Сразу же направился к нужному кабинету: гонец сказал, что Флавий будет ждать меня там. В кабинете увидел только бургомистра и Грегора. Оба, с озабоченными лицами, сидели в креслах и о чем-то спорили.
— Приветствую! — сказал я. — В чем такая срочность?
— Джон, у нас проблемы, — тут же обернулся ко мне Флавий. — Что у тебя там приключилось с инфернианцами? Я слышал, что ты продал их корабли, но не думал, что ты напал на них специально. Все обстоятельства нам с Грегором неизвестны.
Я вкратце обрисовал им обоим произошедшее в море. Они понимающе кивнули. Еще бы! Ведь это не я первый напал на инфернов, а наоборот, попытался им помочь.
— Мы на твоей стороне, Джон, — немного подумав, произнес Грегор. — Я верю твоим словам. Но королевство Инферния — это не тот враг, с которым нам хотелось бы конфликтовать, особенно сейчас. Они нередко одерживали победы в морских битвах. Это очень воинственный народ, который легко воспламеняется от любой искры. Хотя они способны на переговоры, но чаще всего настаивают на своем.
— К чему ты клонишь, Грегор? — спросил я спокойным тоном.
— Сюда флот инфернианский движется. Им командует граф Рагнар. Он требует выдать ему человека, причастного к нападению на его корабли и людей. А это, как мы все знаем, — ты! В противном случае, граф окружит наши торговые пути в море. Нам будет обеспечена блокада, — объяснил он с печальным видом. — Но ведь мы только начали набирать силу для борьбы с арданцами и инкастерианцами. Прекращение торговли затормозит все наши успехи. Сейчас, например, Рагнар направляется к нам с флотом из тридцати кораблей. Но, в случае чего, могут подтянуться и другие.
— Нам нужно решить, как быть, Джон. Может удастся с ним как-то договориться и вернуть часть трофеев, — высказался Флавий.
— Нет, — мотнул я головой. — Это исключено! Я свои трофеи не возвращаю. Так что можете выдать меня графу: я готов уплыть отсюда с ними. Только весточку в мой замок отправьте, чтобы меня там сильно не искали.
Услышав мои слова, бургомистр и главный стражник опешили.
— Джон, ты сбрендил? — часто моргая глазами, выдал Грегор. — Ты ведь понимаешь, что можешь больше не вернуться назад?
— Как это, я не вернусь? — улыбаюсь ему. — Куда же я денусь? Я человек ответственный. Меня дома дела ждут. Енотов кормить кто будет? Да и мои напарники, без присмотра, замок сожгут к чертям, — отвечаю в шутку.
— Понимаю, что ты силен, Джон, но всему есть предел, — заметил Флавий. — Инфернианцы сейчас явно ненавидят тебя. А нам бы, уж точно, не хотелось тебя терять. Одумайся, пока не поздно. Не стоит сразу принимать такое радикальное решение.
Флавий не может понять меня. Если я отдам свои трофеи, то сам себя уважать перестану. К тому же, я поговорю и объясню всю ситуацию Рагнару. Если он окажется тем, кто захочет взять меня в плен или убить, то разговаривать с ним буду уже не так вежливо.
— Это не радикальное решение, — отвечаю бургомистру. — Это мой обычный будничный день. Вопрос закрыт: вы передадите меня им. А что будет дальше — посмотрим. Главное, — чтобы блокады не было. Торговля нам всем действительно важна.
Поставив точку в разговоре, я поторопил Флавия и Грегора со сборами в порт. Скоро должны прибыть инферны, и медлить с этой встречей не нужно.
Спустя двенадцать часов
В доме бургомистра
Шаркая тапками по полу, Флавий в ночном колпаке бродил по залу, время от времени бросая взгляд на Грегора, который сидел в кресле возле камина.
— На кой черт ты меня вызвал? — недовольно ворчал главный стражник. — Ночь на дворе, а я должен выслушивать твои причитания.
— Заткнись, Грегор, сейчас не до сна! Нам не следовало отдавать им Джона! — огрызнулся бургомистр. — Если его ещё не убили, нам нужно что-то предпринять. Может, отправить отряд магов ему в подмогу?
— Флавий, ты в своём уме? — Грегор покрутил пальцем у виска. — Инферния — сильное королевство. Если мы туда сунемся, все наши враги разорвут нас в клочья. И вообще, я уверен, что с Джоном ничего не случится. Этот из любой передряги выкрутится.
— Не знаю, у меня предчувствие плохое, — пропыхтел Флавий и налил себе немного вина в кубок. — Джон собирался просто поговорить с ними. Но его уже столько часов нет, да и увезли они его, зачем-то. Неужели здесь нельзя было поговорить?
— Что сделано, то сделано, — развёл руками Грегор и закинул ногу на ногу. — Нам всё равно, было не остановить Джона. Будто ты его характер не знаешь?
— В том-то и дело, что знаю! — резким тоном выдал бургомистр и сделал два глотка из кубка. — Он точно на неприятности нарвётся.
— Вот и порадуемся за него, — улыбнулся Грегор. — Он их любит. И поверь мне на слово, Флавий, мы ещё увидим Джона.
Однако эти слова мало успокаивали бургомистра. Он пребывал в раздражённом состоянии из-за того, что ничего не мог изменить. Флавию было предельно ясно, что сотрудничество с Джоном приносит немало пользы их региону. Ему совершенно не хотелось терять такого ценного союзника, на которого можно положиться в случае серьёзных проблем. Флавий старался обсудить ситуацию с Грегором, надеясь, что совместными усилиями они смогут понять, как помочь Джону. Однако главный стражник свёл все его мысли к бездействию.
Бургомистр уже почти смирился с тем, что ничего нельзя исправить, когда в дверь гостевого зала постучали.
Ни Флавий, ни Грегор, погружённые в свои мысли, не обратили внимания на этот стук. Помощница бургомистра, не дожидаясь ответа, сама отворила дверь.
— Господин бургомистр, — произнесла она своим нежным голоском, — к вам срочный посетитель: барон Джон Кракен.
Едва она это сказала, как в зал вошел сам Джон. Его вид был слегка потрёпанный: на одежде были заметны следы от ожогов и порезов, но лицо выражало полнейшее счастье.
Заметив его, Флавий и Грегор на мгновение впали
