Читаем без скачивания Беспредел - Игорь Бунич

Примечание американского издателя

Интересно отметить, что генерал Беркесов, хотя и писал эту книгу без всякой надежды ее когда-нибудь опубликовать, тем не менее не мог избавиться от самоцензуры, столь свойственной каждому, кто жил при советской системе, и особенно людям его профессии. Все было не совсем так, как он описывает в этих двух главах. Видно явное желание прикрыть некоторых людей из тогдашнего руководства КГБ, которые до конца оставались прямыми и непосредственными начальниками Беркесова.

В частности, полковник Климов никак не мог в тот момент находиться в Дуброво, поскольку (а мне это известно доподлинно) срочно вылетел в Берн на совещание, на котором присутствовал и я.

Отчет времени я веду по делу священника Николая Гудко, которое общеизвестно.

Общеизвестно также, что священник выступил с телевизионным покаянием, а подполковнику Сергею Бондаренко Верховный суд СССР заменил расстрел 15-ю годами заключения. Он вышел на свободу, кажется, после августовского путча. Добиться отмены смертного приговора было очень нелегко, и, поскольку я чувствовал себя морально ответственным за судьбу этого человека, то помог ему перебраться на Запад. В настоящее время Бондаренко живет в Мюнхене. Он предложил ряду европейских издательств свою книгу под интригующим названием "КГБ уничтожил Советский Союз". Я эту книгу не читал, хотя, судя по журнальной аннотации, она будет очень эмоциональна, но интересна.

Д. М. Макинтайр

Часть 3

VIII

Эшелоны с ракетными комплексами для Саддама Хуссейна, между тем, прибыли в Петербург, где были перехвачены людьми Беркесова и загнаны в тупик. О чем мне Беркесов сообщил рано утром. Что не утро, то какая-нибудь неожиданность, хотя никакой неожиданности в этих эшелонах не было. Их давно ждали. Но почему-то я совсем не обрадовался. Что-то, возможно, давний опыт, мне подсказывало, что и тут все будет не так, как мы планировали.

И я не ошибся.

Когда мы подъехали к товарной станции, где были остановлены эти проклятые составы, Беркесову прямо при выходе его из машины доложили, что охрана никого к платформам не подпускает. Охраны много, у всех автоматы Калашникова, пистолеты и даже армейские гранаты.

— Разберемся, — сухо отреагировал Беркесов и сказал несколько слов майору Шепелеву. Тот нырнул обратно в машину и стал нажимать какие-то красные кнопки на радиотелефоне.

На трех параллельных путях стояли ряды платформ с контейнерами для перегрузки на морские суда. Они были длинные, как автомобильные пробки на Тайм-сквер в часы пик. Создавалось впечатление, что из страны вывозится весь ее ракетный потенциал.

К Беркесову подскочил молодец в армейском полушубке без знаков различия, перепоясанный пистолетом. За его спиной маячили двое с автоматами. На платформах (мне показалось, что чуть ля не на каждой) стояли такие же парни в полувоенной форме с автоматами.

Саддам Хуссейн, видимо, денег не жалеет, подумал я, все делает с размахом, чуть ли не с помпой. Не хватало бы еще на платформах повесить транспаранты с надписями типа: "Привет героическому иракскому народу от доблестных ракетчиков бывшего СССР!".

Я позволял себе мысленно ерничать, не подозревая какие меня ожидают сюрпризы.

— Начальник группы охраны груза Белов, — представился молодец в полувоенной форме с пистолетом. В воздухе повеяло букетом из дешевого портвейна и технического спирта.

Беркесов назвался и предъявил постановление о задержания и проверке груза.

— Что проверять-то? — удивился Белов. — У меня все в накладных сказано. Все, как положено.

Мы прошли в небольшой домик, где находились какие-то конторы сортировочной станция.

— Что везете? — поинтересовался Беркесов, рассматривая предъявленные ему накладные.

— Металлолом, — засопел Белов. — Все ж написано.

— В контейнерах?

— Не моя забота, — огрызнулся начальник охраны. — В чем погрузили — в том и везу.

— Хорошо, — согласился Беркесов. — Сейчас вскроете мне выборно несколько контейнеров. Посмотрим, что у вас там за металлолом.

— Своей рукой пристрелю, — вдруг заорал Белов, вытаскивая из кобуры пистолет. — Только подойди к платформам!

Оставив накладные у Беркесова, он выскочил из помещения с пистолетом в руке. Но тут же влетел обратно уже без пистолета, сопровождаемый какими-то страшными людьми в касках, бронежилетах в с автоматами, очень похожими на израильские "Узи".

— Садитесь, — спокойно сказал Белову Беркесов. — Что вы вскочили?

И подняв голову на вошедших, приказал:

— Всех разоружить. Проверить документы.

У каждого персонально. Потом решим, что с ними делать.

Беркесов всегда был педантом и законником. Если бы он жил в Европе, ему бы как начальнику полиции цены не было.

— Разрешение на оружие есть? — спросил он Белова.

— Попался бы ты мне в Афганистане» — зло засопел Белов. — Я б тебе разрешение показал…

— Значит, разрешения нет, — резюмировал Беркесов. — Понятно. А при вскрытия контейнеров присутствовать будете?

— Полковник! — вдруг снова завопил Белов. — Тебе что, жить надоело? Ты вот эту бумагу посмотри. Это разрешение на вывоз без всякого досмотра. Ты видишь, чья эта подпись?

Под документом с печатью стояла размашистая подпись Руслана Хасбулатова.

— Вы так и будете мне по одной бумаге предъявлять? — спокойно спросил полковник. — Давайте уж все сразу.

Белов молчал.

— Обыскать! — приказал Беркесов.

— Меня?! — снова заорал Белов. — Ах ты, сука! Тварь!

В воздухе повис в спиртовом выхлопе тяжелый мат.

Спецназовцы Беркесова молча и быстро обыскали начальника охраны.

Откуда-то из-под полушубка вывалился еще один пистолет, а из бокового кармана пачка бумаг вперемешку с долларами в сотенных купюрах.

— Падло! — рычал Белов. — Пидар! Ты меня еще вспомнишь!

— Если не успокоитесь, — пообещал Беркесов, — прикажу надеть наручники.

Он просмотрел бумаги.

— Что же вы мне эту не показали? — спросил полковник Белова. — Здесь же более высокая подпись, чем на той?

— Посмотрим, что ты запоешь потом, — задохнулся от злости Белов. — Когда отправитель узнает, как ты здесь изгалялся!

— У меня такими бумагами, — разъяснял Беркесов, — два сейфа забиты. Вы нам еще поможете установить, кто их фабрикует.

Он обернулся к своим людям.

— Отправьте его на Каляева. Оформите задержание и протокол личного обыска. И личность заодно установите. Сдается мне, что он такой же Белов…

Мы вышли на пути. Спецназовцы уже согнали охрану к каменному забору и прохаживались между платформами. Один из них с погонами капитана подошел к Беркесову.

— Вскройте парочку контейнеров на ближайших платформах, — приказал полковник.

В этот момент я услышал шум автомобильных моторов. Я взглянул на дорогу. Около наших машин и автобусов спецназа остановились роскошный "мерседес” и микроавтобус "фольксваген". Из "фольксвагена" высыпали милиционеры в форме, а из "мерседеса" вышли двое и быстрым шагом прямо через железнодорожные пути направились к нам.

Я узнал их, как только они вылезли из машины. Видимо, назревал громкий скандал, поскольку одним из приехавших был лично мэр города Александр Топчак, а вторым — его заместитель из бывших авиационных генералов.

На суровом генеральском лице открыто читалось возмущение, но старая закалка заставляла его сдерживаться, то есть помалкивать.

Но эмоциональный профессор права не счел нужным скрывать свои эмоции, поскольку не видел для этого никаких причин.

— Василий Викторович! — закричал он» задыхаясь от быстрой ходьбы. — Что вы себе позволяете?

И не слушая ответа продолжал:

— На каком основании, я вас спрашиваю, вы задерживаете лицензированный груз и срываете график его доставки? Разрешите поинтересоваться, кто будет платить за простой океанских судов? Известно ли вам, что вы срываете всю программу социальной защиты малоимущих, которая…

Но тут мэр заметил меня и осекся.

В глазах его мелькнули тревога и удивление, а лицо автоматически расплылось в лучезарную улыбку.

— Майк! — воскликнул он. — Вы-то здесь какими судьбами?

— Хочу абонировать пару контейнеров, — ответил я. — Чтобы отослать домой коллекцию бриллиантов, собранную за время пребывания в вашей стране. Да никак не могу подобрать нужного размера. Все они какие-то маленькие.

— Вы все шутите, — еще шире заулыбался Топчак и, взяв меня под руку, отвел в сторону от Беркесова. — Вы мне обещали прийти сегодня в Аничков дворец. Там будет прием по случаю создания нового русско-американского торгового банка. Вы мне обещали. Тем более, что есть несколько дел, Майк, которые только вы можете разрешить к нашей взаимной выгоде. Придете?