тяжелый вздох, я, напротив, затаила дыхание. Лойд должен был запомнить мои утренние наставления.
— Однажды на приеме я услышал занимательную вещь, — протянул король. — Дамы перешептывались о вашей новой коллекции картин. Полагаю, нам нужно наверх?
Моих губ коснулась улыбка, вынуждающая опустить голову, чтобы прикрыть ее волосами. То, как испуганно смотрел на Лойда маркиз, говорило само за себя. Мы напали на след. Теперь дело оставалось за малым — цапнуть ублюдка за его старый зад.
14. По следу магических крошек
Джерте, маркизат, после полудня
«Проведи меня в последний путь, запомни меня на всю жизнь, прости, что не были знакомы».
Деревянные половицы скрипели под ногами, будто умоляя не идти по ним. Но мы шли. Шли уверенно. Лойд делал вид, что его действительно заинтересовали картины молодого художника, который сравнительно недавно стал весьма востребованным. Я слышала от других информаторов — знать боролась за эти предметы искусства, хвастая друг перед другом и тратя баснословные суммы.
Но нас, разумеется, совершенно не волновали красочные портреты и пейзажи. Петляя, я вела Лойда в заранее намеченном направлении. И чем ближе мы подходили к нужному месту, тем заметнее сипел маркиз, рассказывая об истории картин.
— Хельга.
Тихий шепот Кэролайн заставил меня замедлить шаг и потесниться к противоположной от остальной процессии стене. Подав ей знак быстрым взмахом ресниц, я дождалась, пока леди вполне естественно окажется рядом. О чем важном, по мнению чопорной аристократии, могли судачить девушки? О женихах да о детях, реже — о наваристом супе из свиной кости, моде на удушающие корсеты и заморском чае, который давно перестали поставлять. Несмотря на то, что я притворялась рыцарем, суждения подобных маркизу по этому поводу не менялись. Они полагали — рано или поздно любая женщина оставит свою работу и, несомненно, заведет мужа и семью. Я часто слышала об этом, когда собирала информацию или отправлялась на поиски реликвий. Разве что в склепах и на кладбищах мертвые не поднимали столь вздорных тем. Если подумать, они вообще никаких не поднимали.
— Узнала, — улыбнулась я уголком губ.
Кэролайн ответила мне тем же, но ее улыбка померкла так же быстро, как и появилась. Лицо маркизы сильно похудело с нашей последней встречи. Под глазами залегли темные круги, а кожа отслаивалась маленькими чешуйками со лба и носа. Скромное платье с высоким воротом скрывало ноги по самые пятки. Его грязно-бордовый цвет совсем не сочетался с нежной красотой леди. Сердце щемило от осознания плачевности состояния девушки. Она выглядела смертельно измученной. Как многократно использованная для отмывания грязи тряпка.
— Скорее, почувствовала.
Девичьи пальцы теребили потертую веревочку с кулоном из застывших в смоле еловых игл. Источник все еще был с ней, а это означало, что леди все-таки не отказалась от него даже после смутного раскрытия части правды.
— Меня пугают изменения, которые пришли в мою жизнь, — зашептала маркиза, делая вид, что показывает мне что-то на картине. — Я всеми силами пыталась выехать из поместья и рассказать вам обо всем, но отец не пустил.
— К сожалению, вы бы все равно не нашли меня в ателье.
Кэролайн недоуменно захлопала ресницами. Мы обе поймали на себе взгляд одного из слуг, и девушка раскрыла веер, чтобы за его взмахами было невозможно прочитать наш разговор по губам. Личный интерес или приказ — что движило этим зевакой не особо хотелось разбирать. Среди смешанной энергетики настройка на определенного человека отнимала слишком много сил, да и его чувства не отличались остротой. Грози кому-то опасность, ощутить ее было бы легче.
— Скажите, — я широко улыбнулась. — Слуга, который помог мне бежать, вернулся в поместье?
Кэролайн задумалась. Это стало прекрасной возможностью для небольшого спектакля. Спустя мгновенье коридор наполнил мой тихий смех. Наверное, прямо сейчас где-то в рядах бродячих труп, гастролирующих по королевству, грустил один руководитель. Грустил, ибо понятия не имел о существовании такой выдающейся актрисы, как я.
— Простите, ваш рассказ про эту собачку показался мне таким забавным, я не хотела вас обидеть!
Моя рука легла на плечо собеседницы:
— Вы очень верно подметили, такое крохотное животное без труда уместится на ладони!
Со стороны все выглядело естественно. Раньше выдавать себя за ту, кем не являлась, и играть определенные роли давалось мне с трудом, зато сейчас… При желании примерить на себя очередную маску не создавало много проблем. Все же, у меня был потрясающий учитель искусства миража и обмана. Но заигрываться с этим — означало раствориться в осколках других образов. Поэтому я старалась не использовать свои навыки слишком часто.
Наградой за представление стал проницательный взгляд Лойда. В темных глазах как будто плясали сущности. Ответив ему наигранным смущением, я в последний момент хитро улыбнулась уголком губ. Мужчины продолжили личную беседу.
— Я его не видела, — шепнула маркиза, краснея от того, что приняла мои недавние слова всерьез. — Возможно, от него избавились.
Я медленно кивнула. Почему-то предчувствие говорило иное, и от этого становилось тревожно. В памяти остались лишь отрывки того дня, а события после падения и вовсе почти стерлись. Это раздражало. Потеря контроля над ситуацией могла стоить мне жизни. Однако сейчас существовали вопросы поважнее:
— Что на счет темниц?
Леди отрицательно покачала головой. Ее глаза потемнели от одолевающих душу разочарования и вины, что тяжелым чугунным одеялом легли на тонкие девичьи плечи. Кэролайн могла больше ничего не говорить — ответ был очевиден.
— До вашего приезда меня держали взаперти и лишь сейчас отпустили, — призналась она. — Стыдно об этом говорить, но я ничем не могу вам помочь.
Девушка поникла, и даже ее волнистые локоны, казалось, задрожали в плаче. Мне захотелось ее обнять, ведь я знала, какого это — когда лишают свободы. В отчем доме мне часто приходилось сидеть запертой в чулане даже за самые маленькие проступки. Наверное, останься я в фамильном поместье после совершеннолетия, сценарий моей дальнейшей жизни бы несильно отличался от реалий Кэролайн. Мой отец всегда говорил, что мы бедны, и мой удел заработать как можно больше денег на благо семьи. А как — вопрос уже второстепенный. Скорее всего, он бы выставил меня на черном аукционе знати, где юные девы тайно продавались богатым толстосумам. Что происходило с несчастными аристократками дальше ведал только Истинный.
— Все хорошо, — твердо сказала я.
Стоило нагнать Лойда и придумать, как невзначай оступиться и упасть на гобелен, чтобы нащупать ту самую дверцу. Сделать, наконец, то, ради чего мы так долго сюда шли. Но прежде чем я успела сделать хоть шаг, меня остановила Кэролайн. От
