внимание Алины на себя. Она отходит от Семёна и идёт ко мне. Помогает мне наклониться на бок, вытирает мне рот, а я губёнку готов надуть, только чтобы от меня не отходили и жалели. Не ожидал от себя такого. Не думал, что на такое могу пойти.
— Семён, прости, мне нужно Андрюшу накормить, он несколько дней не ел. Я пойду разогрею.
И пошла в кухню, а Семён остался со мной, сел в кресло, в котором сидела Алина.
— Андрюха, ты давай выздоравливай. Я смотрю, ты кухню уже доделал. Может, тебе рабочих подогнать, чтобы весь дом по-быстрому сделали?
Я только головой помотал. Не хочу помощи от него. Может, это просто мой бзик, успокоиться мне надо и принять всё так, как оно есть. Но пока не могу. Не могу смириться что он и Алина…
— Ну, ладно, как хочешь, — говорит он, вставая с кресла, — выздоровеешь, поболтаем. Пока.
Он пошёл на кухню, где Алина разогревает мне еду. Что они там делают? Обнимаются? Целуются?
Я отвернулся к спинке дивана, прикрыл глаза и пытаюсь успокоиться. Не моё дело. Не моё дело!
Алина принесла бульон, присела рядом и кормит меня с ложечки. Я смотрю ей в глаза, а потом на её губы, вроде бы не опухшие, не зацелованные, и мысленно улыбаюсь. Она здесь, у меня дома, рядом со мной. Я готов месяцами валяться и изображать из себя больного, лишь бы она не ушла.
Я устал, слабость такая, что даже простой бульон глотать тяжело.
— Устал? Ну, отдохни чуть-чуть. Тебе надо покушать, чтобы силы восстанавливались. Сейчас тебя покормлю и капельницу витаминную поставлю для укрепления организма.
Алина смотрит на меня, не с жалостью, нет, как-то по-другому. Если бы не знал, что она с Семёном, то подумал бы, что с любовью. Как понять её этот взгляд? Может… всё-таки надежда у меня есть? Не вовремя я заболел. А может, и вовремя. Она же сейчас со мной. Сидит совсем близко, своим бедром касается моего. Я потихоньку положил свою руку ей на коленку, она вздрогнула.
— Алина, — совсем еле слышно с хрипом произнёс я.
— Не надо, Андрюша, не говори ничего, береги силы, а то даже путём покушать не можешь. Давай, открывай ротик, ещё ложечку. Молодец.
А я кайфую.
Глава 24
АЛИНА
БОРЬБА ЗА ЖИЗНЬ
Андрей не приходит в себя, у него жар, он бредит и стонет, ему тяжело дышать. Всю ночь просидела с ним рядом, под утро уснула, но сон тревожный.
Утром ещё поставила капельницу. Сидеть просто так не могу, стала прибираться у него дома. Пыль вытерла, полы помыла. Кухню, наконец-то, рассмотрела. Очень красиво и современно. Его жене повезёт, он работящий, рукодельный. Его жене. Галина говорила, что она к нему переехать собирается, поэтому он торопится делать ремонт. Сердце опять сжалось от боли и ревности. Слёзы сами катятся, я не контролирую их. А если Галина собирается переехать к нему, то почему сейчас её нет рядом с ним. Ну ладно, днём работа, а ни вечером, ни на ночь не пришла.
Только про неё подумала, как слышу её голос возле Андрея. Села рядом с ним, за руку взяла и по сторонам смотрит, что-то выглядывает. Заметила меня.
— Почему не сказала мне, что Андрюшенька мой дорогой болеет? Трудно было прийти? Милый мой, хороший.
Гладит его по лицу, по груди. Я только глаза прикрыла и стараюсь не сорваться.
— Галина, это, вроде бы как, ты должна была сообщить, что твой мужчина умирает. Где ТЫ была, почему его только через три дня обнаружила в таком состоянии соседка?
— А ты не ори на меня, я женщина занятая, у меня бизнес. Да, Андрей мой мужчина, но мы каждый день не встречаемся. И вообще, это не твоё дело. Твоё дело — лечить, вот и занимайся. Я смотрю, и врач из тебя никакой, малолетка. Опыта нет, а всё туда же — лечить. Не вижу, что ему лучше стало, погубить его хочешь? Так я полицию приглашу, пусть тебя за убийство пациента посадят, а лучше расстреляют.
Смотрю на Галину и думаю, у неё что, с головой не в порядке? Мне даже не обидно на её слова, мне жаль её. Почему она Андрею нравиться? Или из разряда — любовь зла, полюбишь и козла. В данном случае козу. Ну, видимо, ему хорошо с ней, удовлетворяют друг друга… во всех сферах жизни.
— Галина, да вы не переживайте так, всё хорошо будет, — я в своей жизни, работая в больнице, и не таких истеричек видела. — Хотите я вам успокоительного налью?
— Не надо мне никакого успокоительного, я не хочу успокаиваться. Я хочу, чтобы тебя с моим Анрюшей рядом не было. Зараза такая, прицепилась, как клещ, не оторвать. Найди себе другого мужика, а к моему не лезь. И вообще, мне идти надо, товар разбирать, людей кормить.
Поднимается, наклоняется к Андрею и целует его в губы, со смаком так. Я отвернулась, губы поджала, глаза закрыла. Внутри всё ходуном ходит, ничего с собой поделать не могу.
— Выздоравливай, милый, — нежно так сказала, а потом повысила голос, командира добавила, — а ты лечи давай, не отлынивай, чтобы все нужные процедуры проводила, а то я на тебя жалобу напишу, если мой Андрюшенька не выздоровеет.
— Что за шум, а драки нету? — это Семён заходит в дом. — Что случилось, цветочек, что Галина шумит так, на улице слышно.
Галина отреагировала на "цветочек" с удивлением, а потом так преобразилась, аж мурашки по коже. Ласковой кошечкой к Семёну крадётся, виляя попой, лапочку свою ему на грудь положила и ласковым голоском мурлычет.
— Что ты, Семён, никто не шумит, я просто на место ставлю эту пигалицу. Лечить не умеет, а врача из себя строит. Я бы, на твоём месте, не брала её к нам в деревню фельдшером, а гнала метлой поганой, пока она у нас здесь весь люд не повывела.
И жмётся к нему теснее всем телом. Я в шоке. Только заливала про Андрея, своего мужчину, а теперь откровенно на Семёна вешается.
— Галина, я вот на своём месте и знаю, что делаю, а почему ты не в магазине, разгар рабочего дня? Я видел, у тебя машина стоит, разгружать надо. Товар-то испортится.
Отрывает её пальчики от себя и обходит по дальше. Потом идёт ко мне, целует в щёку и спрашивает.
— Как ты тут? Не спала опять? Андрюха как, ещё в себя не пришёл?
Оборачивается назад, когда слышит,
