Между прочим, эти «законы» революции понимал не только Ленин. За 10 лет до того Павел Николаевич Милюков писал, что если бы английский абсолютизм во время революции XVII века «мог добросовестно подписаться под требованиями конституционной монархии тогдашнего парламентского большинства, логическое развитие английской революции остановилось бы на торжестве просвитериан; не дошло бы дело до торжества республиканских тенденций индепендентов, ни до борьбы Кромвеля». Точно так же и во времена Французской революции «логическое развитие событий едва ли привело бы к тем же последствиям — республике и военной диктатуре, если бы возможно было честное соглашение между Людовиком XVI и конституционными монархистами» 63.
То есть тогда, в 1906 году, Милюков понимал, что стабилизация невозможна без удовлетворения требований революции. Тогда он все еще оставался историком, а не только политиком. Теперь, в 1917-м, он стал министром. И был убежден, что уступать напору масс — нельзя. Но ведь ясно было, что и удержать их невозможно…
Складывался таким образом исторический парадокс: те, кто громче всех твердил о своем стремлении предотвратить смуту, избежать междоусобия и распада, по существу, вели именно к такому исходу. А те, кого обвиняли в подстрекательстве, в подталкивании страны к анархии — на самом деле предлагали путь, который давал шанс избежать и хаоса, и распада, и широкомасштабной гражданской войны.
И обращаясь к большевикам, Ленин писал: «Поймем же и мы задачи и особенности новой эпохи. Не будем подражать тем горе-марксистам, про которых говорил Маркс: "Я сеял драконов, а сбор жатвы дал мне блох"»64.
Позднее партийные эрудиты вспомнят, что Ленин выступил с «Апрельскими тезисами» 400 лет спустя после того, как Мартин Лютер в 1517 году приколотил к дверям виттенбергской Замковой церкви свои знаменитые 95 тезисов против догматов католицизма. Энгельс заметил, что эти тезисы послужили сильнейшим толчком к революции, оказав на общественное сознание такое же действие, как удар молнии по бочке с порохом.
Весной 1917 года об этом случайном совпадении никто не вспомнил. Было не до исторических аналогий. К тому же все твердо знали, что «нет пророка в своем отечестве». Нет и быть не может.
Примечания:
1 Бонч-Бруевич В.Д. Воспоминания о Ленине. Изд. 2-е. М„1969. С. 66.
2 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. М„1990. С. 154.
3 Яковлев Б.В. Ленин. Страницы автобиографии. М„«Молодая гвардия», 1967. С. 43–44. Верстка книги, запрещенная цензурой, хранится в РГАСПИ: ф. 71, оп. 51, д. 94
4 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 11. С. 428.
5 Журнал «Красная новь». 1922. № 6. С. 178–179.
6 Цит. по статье В.Бушуева в журнале «Свободная мысль» (2004. № 1. С. 128); Палеолог М. Царская Россия во время мировой войны. М., 1991. С. 172–173.
7 Пайпс Р. Струве. Биография. Том 2. Струве: правый либерал. 1905–1944. М., 2001. С. 296.
8 Станкевич А.А. Февраль, год 1917. Харьков, 1967. С. 108–109.
9 Пайпс Р. Струве. Биография. Том 2. Струве: правый либерал. 1905–1944. С. 300.
10 Лапшин В.П. Художественная жизнь Москвы и Петрограда в 1917 году. М., 1983. С. 73, 74,76.
11 РГАСПИ. Ф. 134, on. 1, д. 272, л. 102.
12 Булдаков В.П. Красная смута. М., 1997. С. 125
13 Исторический опыт трех российских революций. Кн. 2. М., 1986. С. 241.
14 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 163.
15 Из глубины. Сборник статей о русской революции. М., 1990. С. 187, 216–217.
16 Платтен Ф. Ленин. Из эмиграции в Россию. С. 126.
17 Анин Д. Революция 1917 года глазами ее руководителей. Рим, 1971. С. 156—
18 Островитянов К.В. Думы о прошлом… М„1967. С. 164.
19 См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 1, 16; Т. 32. С. 246; Т. 34. С. 76.
20 Шульгин В.В. Дни. Белград. С. 183.
21 Исторический опыт трех российских революций. Кн. 2. М., 1986. С. 189, 190.
22 Революционное движение в России после свержения самодержавия. Документы и материалы. М., 1957. С. 429–430.
23 Воспоминания о В.И.Ленине. В пяти томах. Изд. 3-е. Т. 1. М., 1984. С. 442.
24 Там же.
25 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 113, 131.
26 От Февраля к Октябрю (Из анкет участников Великой Октябрьской социалистической революции). М„1957. С. 205.
27 См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 24, 182.
28 См. там же. С. 49, 105, 161.
29 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31 С. 50, 63,73,143
30 См. там же. С. 36, 114,147.
31 Известия Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. 1917. 3 марта
32 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31 С. 243.
33 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31 С. 40, 109, 110, 151, 163.
34 См. там же. С. 4, 108, 147, 180.
35 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31 С. 44, 45.
36 См. там же. С. 44, 56, 168.
37 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 31 С. 110, 115,116,136, 167, 202; О. Владимире Ильиче Ленине. Воспоминания. 1900–1922. М., 1963. С. 269.
38 См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 159, 167, 168.
39 Там же. С. 156.
40 Там же. С. 157.
41 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 124, 159.
42 См. там же. С. 158, 160,243
43 Там же. С. 160.
44 См. там же. С. 105, 107,160.
45 См. там же. С. 159, 242.
46 См. там же. С. 103; Т. 32. С. 19.
47 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 31. С. 105
48 См. там же. С. 104, 107,108.
49 См. там же. С. 138, 147.
50 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31 С. 264.
51 См. там же. С. 67, 73,161.
52 См. там же. С. 57–61.
53 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 28.
54 См.: Иоффе Г.З. «Белое дело». Генерал Корнилов. М., 1989. С. 40, 45,46,47; Политические деятели России. 1917. Биографический словарь. М., 1993. С. 160, 266.
55 См.: Старцев В.И. Революция и власть. М„1978. С. 89.
56 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.2. С. 539.
57 Журнал «Красная новь». 1922. № 6. С. 195–196.
58 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 56.
59 См. там же. С. 44, 56, 92, 123, 124.
60 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31 С. 42, 163,164.
61 Там же. С. 143.
62 «Речь». 1917. 19 октября.
63 Милюков П.Н. Год борьбы. Публицистическая хроника. 1905–1906. Спб., 1907. С. 350.
64 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 181.
«ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ»
Когда политическая борьба достигает особой остроты, нередко проявляется определенная «закономерность»: политические лидеры, оппонируя друг другу, не только перестают понимать, но и слушать противника. Они просто не воспринимают любые идеи, не укладывающиеся в принятую ими схему. Диалог сменяется яростными монологами, при случае переходящими в брань, а то и в «рукопашную». И что любопытно, особые страсти зачастую возбуждают не главные, коренные явления реальной жизни, а сюжеты либо побочные, либо сугубо доктринальные.
Но 4 (17) апреля, закончив выступление перед большевиками и меньшевиками, участниками Всероссийского совещания Советов, Ленин все-таки надеялся, что дискуссия развернется по существу тех проблем, которые он поставил. Шансов на это было мало. Меньшевики преобладали в зале. И, судя по всему, с самого начала настроились на скандал. Сидевший рядом с трибуной меньшевик Борис Богданов буквально неистовствовал: «Ведь это бред, — прерывал он Ленина, — это бред сумасшедшего!.. Стыдно аплодировать этой галиматье, — кричал он, обращаясь к аудитории, бледный от гнева и презрения, — вы позорите себя! Марксисты!»1 Но, как ни странно, надежду на деловое обсуждение подал другой инцидент. В тот момент, когда Владимир Ильич излагал свои тезисы о войне, один из фронтовиков, сидевших в зале, подскочил к трибуне и, как пишет Бонч-Бруевич, стал ругаться «самым отчаянным образом». Ленин выждал, пока «страсти улягутся» и продолжил: «Товарищ излил свою душу в возмущенном протесте против меня, и я так хорошо понимаю его. Он по-своему глубоко прав… Он только что из окопов, он там сидел, он там сражался уже несколько лег, дважды ранен, и таких, как он, там тысячи… За что же он проливал свою кровь, за что страдал?.. Ему все время внушали, его учили, и он поверил, что он проливает свою кровь за отечество, за народ, а на самом деле оказалось, что его все время жестоко обманывали… Да ведь тут просто с ума можно сойти! И поэтому еще настоятельней мы все должны требовать прекращения войны…»2
Этот фронтовик был не согласен с «Тезисами». Но он спорил «по делу» — о способах окончания войны. И спустя несколько дней, видимо, под впечатлением этого выступления, Ленин напишет: «Массовый представитель оборончества смотрит на дело попросту, по-обывательски: "Я не хочу аннексий, на меня «прет» немец, значит, я защищаю правое дело, а вовсе не какие-то империалистические интересы". Такому человеку надо разъяснять и разъяснять, что дело не в его личных желаниях, а в отношениях и условиях массовых, классовых, политических, в связи войны с интересами капитала… Только такая борьба с оборончеством серьезна и обещает успех — может быть, не очень быстрый, но верный и прочный»3.
