Когда время обучения Кроули в университете приблизилось к концу, он не стал сдавать экзамены на учёную степень. Нет, он не боялся провала: он просто не хотел тратить на это время и силы. Обладая превосходной памятью и зная, что овладел теми предметами, которые он выбрал для изучения, Кроули видел мало смысла в сдаче экзаменов. Подобно Суинберну, который отказался сдавать экзамены в Оксфорде, потому что считал — возможно, справедливо — что знает больше своих экзаменаторов, Кроули счёл экзамены бесполезным занятием. Он знал, к чему стремится. Он собирался достичь бессмертия. Учёная степень не имела отношения к его запросам, успех в которых мог быть гарантирован только умением магически управлять тайными силами природы. Он хотел быть не магистром гуманитарных наук, а магом.
Подводя итог своего трёхлетнего пребывания в Кембридже, Кроули пишет, отбросив всякую скромность:
Подобно Байрону, Шелли, Суинберну и Теннисону, я покинул университет, не получив учёной степени. Так было лучше; я не дал университету оказать мне честь; зато сам не раз ему эту честь оказывал. <…> я хотел проникнуться духом университета и сдавал [промежуточные] экзамены, чтобы иметь возможность впитать этот дух без вмешательства со стороны авторитетных людей, но я не видел смысла в уплате пятнадцати гиней [плата за выпускные экзамены] ради привилегии носить длинную чёрную мантию, ещё более нелепую, чем короткая голубая, а также в уплате семнадцати пенсов вместо четырнадцати, в случае если меня увидят в ней курящим. Я не собирался становиться священником или школьным учителем; добавление словосочетания «бакалавр искусств» после моего имени, бесспорно, являлось напрасной тратой чернил… Я чувствовал, что мой жизненный путь предопределён. В том, что касалось внешней стороны жизни, моими героями были сэр Ричард Бертон и Экенштаин как современное его воплощение. Степень бакалавра не оказала бы мне существенной помощи ни в Гималаях, ни в Сахаре. Что касается моей литературной карьеры, то здесь академические отличия положительно выглядели бы позором. А с позиций моей духовной жизни, которую я ощущал как самый глубокий из своих интересов, погоня за одобрением со стороны факультета была достойна лишь презрения… Я получил от Кембриджа то, что хотел: интеллектуальную и нравственную свободу, дух инициативы и уверенности в себе; но, возможно, прежде всего — не поддающийся определению стиль университета.
Итак, в июле 1898 года, без учёной степени, но с определённым представлением о направлении своего дальнейшего движения Кроули покинул Кембридж.
ГЛАВА 4
«Золотая Заря»
Покинув Кембридж, Кроули ощутил себя свободным человеком с большими доходами, который не обязан немедленно пускаться на поиски работы. Выражаясь его собственными словами, он в тот момент «пылал тремя увлечениями: альпинизмом, поэзией и Магией», причём каждое из них в большей или меньшей степени определяло выбранную им карьеру. Он вступил в новую жизнь с удовольствием и с довольно большим количеством, пусть не вполне управляемой им, энергии.
Всего через несколько недель после того, как Кроули освободил квартиру на Тринити-стрит, он и Экенштаин уже жили в палатке на леднике Шонбюль под вершиной Дент-Бланш, достигающей 4300 метров в высоту. Планировалось потренировать Кроули перед путешествием в Гималаи, а также проложить новый маршрут восхождения по восточному склону Дент-Бланш. Этот план был сорван ухудшившейся погодой, и тренировки Кроули свелись к жизни в высокогорном лагере и приготовлению еды. Кроме всего прочего, он изобрёл тогда приправу «ледниковый карри», заставлявшую других альпинистов выскакивать из палатки и набивать себе рот снегом после первого же проглоченного куска: Кроули всю свою жизнь славился любовью к острым блюдам. Живя на леднике, Кроули прочитал книгу «Разоблачённая Каббала» Сэмюэля Лиддела Мазерса, вышедшую в 1887 году. Он признавался, что не понимал там ни слова, но книга притягивала его, отчасти благодаря самой своей непонятности, которую Кроули решил преодолеть.
Ещё одно удерживало Кроули от занятий скалолазанием. Его здоровье ухудшилось, и он вынужден был отправиться на отдых в Церматт. Во время выздоровления Кроули посещал пивной бар, где обыкновенно толпились альпинисты. С характерной для Кроули энергией и склонностью к оригинальности он начал читать для желающих лекции по алхимии. Среди его слушателей оказался британский альпинист Джулиан Л. Бейкер, специалист по аналитической химии, начинающий маг и практикующий алхимик, который утверждал, что ему удалось добиться «фиксации ртути». Кроули не мог поверить своему счастью. Месяцами он искал возможностей получить доступ в мир магов, и вот перед ним сидел человек, который мог ввести его туда.
Когда Бейкер уехал из Церматта, Кроули последовал за ним, рассказал ему, что читал книгу «Небо над храмом» и что страстно желает найти описанный там Тайный Храм Всех Святых. Бейкер, тронутый большой заинтересованностью и искренностью Кроули, признался ему, что не является мастером в этом деле, но знает человека, который может помочь.
Между тем здоровье Кроули не улучшалось, поэтому он вернулся в Лондон, занял комнату в отеле «Сесил» на набережной, посещал врачей, писал стихи — в это время он работал над книгой «Йефтах» — и встречался с Бейке-ром, который познакомил его с Джорджем Сесилом Джоунсом.
Вспыльчивый, бородатый валлиец, невероятно похожий на типичные викторианские изображения Христа, Джоунс работал в химической промышленности, имел лабораторию в центре Лондона и дом в пригороде Бей-зингстока в Хэмпшире. Он был также очень начитан в области магии, которую изучал с любознательностью и дотошностью учёного. Кроули с огромным вниманием слушал то, что Джоунс говорил о магии, и вскоре они стали близкими друзьями, причём отношениям этим суждено было продлиться многие годы.
На этом этапе Кроули старался впитать как можно больше знаний о магии. Ему важно было понять, что она собой представляет. Для того чтобы начать что-то понимать в магии, необходимо сначала освободиться от всех своих предубеждений.
Сам Кроули определял магию как «искусство общения без использования обычных средств» — иначе говоря, при помощи силы воли; или, цитируя Кроули, «Магия — это Наука и Искусство совершать Перемены в соответствии со своей Волей». Ещё одно объяснение, которое предлагает Кроули, звучит следующим образом: «Согласно природе вещей… жизнь является таинством; другими словами, любое наше действие является магическим действием. Наше духовное сознание при помощи воли и её орудий воздействует на материальные объекты, с тем чтобы осуществить изменения, результатом которых станет рождение новых состояний сознания, к которым мы и стремимся». В качестве примера он приводит католическое богослужение, во время которого воля руководящего обрядом священника наделяет облатку и потир с вином божественными свойствами, давая тем самым физическое выражение духовной сущности. Однако мысль Кроули заключается в том, что мы все совершаем подобное своими действиями, когда задействуем в них волю. Проводя параллель этому рассуждению, можно представить себе человека, вскапывающего землю в своём саду лопатой, которую он для этого купил. Человек использует волю для вскапывания земли, поскольку деньги, которые он заработал, потратив собственную энергию, «заставляют» землю быть вскопанной: покупая лопату, он тем самым направлял свою волю на вскапывание сада.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
