Сердце падает в пятки.
Арина: «Набери, пожалуйста, как проснешься. Я домой вчера вернулась раньше всех. И меня сморило. Только глаза открыла».
Меня начинает трясти еще сильнее. Так неудержимо выходит скопившееся напряжение.
Блокирую телефон, на рефлексах зажимая корпус в кулаке. И прикрываю глаза. С ней все в порядке. С ней всё в порядке, Господи… спасибо.
За эту бессонную ночь я осознал многое.
Я не смогу отвернуться, забыть и сделать вид, что ничего не было. Просто так уехать и понимать, что ее жизнь продолжает и дальше течь в размеренном ритме. Без меня. Я понимаю, что меня проклянут ее родственники. Я понимаю, что очень эгоистично вырывать Арину из налаженной жизни… и все же… принял предложение инвесторов. От такого не отказываются. Через два месяца я обязан все разрулить дома и притащить свою задницу в Штаты. Хотя меня очень настоятельно просили сделать это раньше.
Если сначала я тешил себя иллюзией, что мы с Ариной сможем в разлуке протянуть какое-то время, чтобы дальше уже принять более взвешенное решение, то теперь отчетливо понимаю: расстояние нас убьет. И сделать правильный выбор невозможно. Невозможно отказаться что от Арины, что от заграничных перспектив. Сейчас или все, или ничего. Других шансов просто не будет.
Как все объединить? Сложный вопрос. И обсуждать его придется помимо Арины еще и с ее отцом. Мне не нужно благословение. Мне нужно, чтобы ее родные не настраивали Арину против меня. Я не такой наивный, чтобы не понимать, что именно может произойти, когда меня не будет рядом.
Максимум, что я сумею в ближайшие месяцы: мотаться к ней на выходные. И это будет ощутимо бить меня по карману. В будние дни я смогу разве что ближе к ночи приползать в новое жилье и падать на кровать от усталости. Все. Другого мне сейчас не светит.
Конечно, для Арины лучше будет находиться в привычной обстановке там, пока я здесь стану загонять себя до полусмерти. И пока меня не будет рядом… это место будет свободно для кто-то другого.
С моей стороны нечестно звать Арину с собой. С моей стороны нечестно вообще было отвечать на ее звонок, искать встречи. Нечестно…
Вновь тру глаза от усталости, мозг не успел отдохнуть и перезагрузится.
Но я все же должен озвучить Арине свое решение. И предложить поддерживать связь, пока меня не будет в стране. А немногим позже… я заберу ее. Да, я буду эгоистично уговаривать Арину переехать ко мне. Потом. Когда войду в колею и смогу правильно распределять свое время. Кто знает, когда получится вернуться обратно.
Но та разлука, что ждёт нас впереди… это дамоклов меч.
— Я волновался.
Это первое, что я произношу, когда она берет трубку и в динамике раздаётся ее взволнованное дыхание. А я не могу остыть. Лава внутри. В жилах. Бурлит. Кипит. Заставляет корчиться в агонии.
— Нил…
— Пожалуйста, не делай так больше. Чуть с ума не сошел. Все самое страшное передумал.
— Прости, я просто вырубилась.
— Я уже чего только не представил. Ты правда одна дома была?
Голос мой звучит глухо. Далеко. И вообще словно мне не принадлежит. Аж во рту пересохло. Я никогда не чувствовал себя настолько бессильным.
— Нил…
— Просто ответь как есть. Я все приму.
— Да, я спала, милый.
Крепко зажмуриваю глаза. В какой момент ее «Милый» превратится в «Я тебя ненавижу! Ты мне всю жизнь испортил!»…
— С шести вечера? До самого утра? Арин, ну…
Замолкаю.
Знаю! Нельзя давить! Нельзя! Но я почти что с катушек слетел!
— Я понимаю, что это странно звучит. Но я себя очень плохо чувствовала. Даже уехала раньше. Не дождавшись основной части праздника.
Голос ее слаб. И только тут прилетает первый звоночек. Если она не обманывает и действительно была дома…
— А что случилось? — подозрительно уточняю я.
— Я отвратительно себя чувствую последнее время. Меня ужасно тошнит. И сил нет ни что. Постоянно в сон клонит.
Ее… Что?
Вся краска стекает с моего лица. А Арина продолжает, сжигая меня заживо:
— Я беременна, Нил.
Глава 22
АРИНА
— Ты слышал, да?
Я с содроганием растворяюсь в холодной тишине динамиков. Вокруг даже как будто потемнело.
— Слышал, да, — напряженно выдыхает он. — Я… осознаю.
— Даже не спрашиваю, рад ты или нет... неожиданно, конечно.
— Ариш, я не могу сказать, что не рад. Просто… Да, это чертовски неожиданно.
«И вносит новые коррективы», — так и витает в воздухе.
— Когда ты узнала?
— Недели полторы назад. Я хотела рассказать тебе, когда вернёшься. Но... представляю, что ты напридумывал себе вчера. Поэтому… вот так.
— У врача была? — его голос звучит настороженно.
— Еще нет.
— Сходим вместе. У тебя… ничего не болит? Кроме сонливости и тошноты — все в порядке? — обеспокоенно интересуется Нил, согревая этим мое продрогшее за полдня сердце.
— Нет...
— Что такое?! — тут же реагирует он. Бурно. Взволнованно.
— По тебе очень скучаю еще.
— А черт! Арина! — напряженно бросает он и расслабленно смеется. — Точно? В остальном все хорошо?
— Ну да. Не болит ничего. Да я не знаю даже, на что внимание обращать. Иногда просто как будто тяжесть внизу живота. Но это от усталости. Силы быстро заканчиваются.
— Запишись, пожалуйста, на прием как можно скорее, но чтоб я уже вернулся. Нужно проконсультироваться. Что точно все нормально. Да и занятия твои… Ариш. А ты можешь пропустить
