В AMD связями с общественностью руководил Эллиот Сопкин, журналист, приехавший в Калифорнию из Атланты, чтобы работать в местной газете Окснарда, прибрежного городка к северу от Лос-Анджелеса. Сопкин жил по соседству с Эдом Тэрни, который, по его мнению, вел беспутный образ жизни. Каждое утро, уходя на работу, Сопкин встречал Тэрни. Тот в шортах прогуливался по пляжу. В руках у него всегда был телефон с неимоверно длинным проводом. Затем он садился на складной стул, держа в одной руке трубку, а в другой счетную машинку, и начинал громко договариваться с клиентами. Когда Сопкин в полночь возвращался домой, Тэрни снова был на пляже и заводил пьяные разговоры о топлесс-баре, который он только что посетил в Санта-Монике, и о сделке на 100 тыс. дол., которую он заключил с приглашенным туда снабженцем. Это было поинтереснее журналистики. Когда Сандерс приехал в Окснард и предложил Сопкину место в AMD, тот, не колеблясь, согласился.
Через шесть месяцев работы Сопкин принес Сандерсу карикатуру, опубликованную в "New Yorker", изображавшую короля Артура на троне за большим столом, окруженным рыцарями. "Круглый стол символизирует наше равенство, — гласила подпись, — А стул с высокой спинкой и смешная корона показывают, что кое-кто из нас более равный, чем остальные".
Карикатура в точности передавала стиль Сандерса; вскоре коллеги стали называть его королем. В то время как Intel была свободна от иерархии и решительно настаивала на приоритете "власти знаний" над "властью должности", у Сандерса все было иначе. Еще до того, как были получены средства, он дал понять семи своим коллегам, что предпочитает сам иметь дело с инвесторами, и затем, следуя этому желанию, исключил остальных создателей компании из совета директоров. Когда компания была сформирована, он назначил себя президентом, председателем совета директоров и главным исполнительным директором. Никто не возражал: у всех было полно своих дел, а Сандерс, несомненно, обладал способностями лидера.
Конечно, он и выглядел соответствующим образом. Он водил "Мерседес-Бенц" и носил ослепительные костюмы, сшитые на заказ. Коллеги считали его очень стильным; один из них говорил про него: "Всегда на полгода впереди модных журналов". Другие злословили, что то, как Сандерс одевается, просто свидетельствует о том, что он был бедным мальчиком, а потом разбогател. Но все сходились в одном: копна волос, из-за которой он получил прозвище "Серебряный Лис", когда в них начала появляться седина, всегда была подстрижена безупречно.
Не только Сандерс любил увильнуть от работы. Когда важное совещание в пятницу вечером затягивалось до девяти часов, его приятели — основатели фирмы начинали ворчать: "Ладно, Джерри, пойдем в "Wheel", выпьем по стаканчику".
— О'кей, — соглашался король, — собираю вас снова завтра в восемь утра.
— О господи, Джерри! Завтра же суббота!
— Простите. Ну, тогда в девять.
С королем не всегда было легко работать. Том Скорниа, генеральный юрисконсульт AMD, часто слышал, как коллеги называли председателя компании "чудовищем". Собрания руководства в AMD не были такими представительными, как в Intel. Если Боб Нойс и Гордон Мур на собраниях сидели сзади и давали другим возможность отстаивать свою позицию, Сандерс относился к собраниям персонала так, будто инструктировал эскадрилью ВВС. Ключевые персоны в AMD вызывались каждый вторник в девять утра, чтобы выслушать прогнозы, объявления, вопросы, указания. Сандерс использовал собрания для того, чтобы следить, как идет работа в подразделениях над проектами. Но он практически не давал своим коллегам возможности поднять на собраниях волновавшие их самих вопросы. Для этого он предпочитал встречаться один на один в своем кабинете.
Однако на заседаниях совета директоров особенно четко проявлялись его навыки политической интуиции. Скорниа, который был не только генеральным юрисконсультом, но и секретарем компании, стал замечать, как хорошо председатель управляет другими директорами. Чтобы обеспечить гладкое и быстрое принятие своих предложений на заседаниях, он заранее договаривался о трудных решениях с ключевыми членами совета директоров. Только однажды в первый год работы, когда он внес непродуманное предложение присоединить более мелкую электронную фирму, Сандерсу пришлось под их давлением отступить.
В 1971 году Сандерс начал перетрясать свою организацию. Как-то он вызвал в свой офис Сопкина и стал задавать ему вопросы.
— Эллиот, наша охрана дежурит весь день?
— Конечно, Джерри. Я за этим слежу.
— Нельзя ли, чтобы сегодня утром охранник находился прямо здесь наверху?
— Где именно?
— Я думаю, пусть он прогуливается от вашего офиса до моего, немного ближе к вашему.
— Во сколько?
— Около десяти.
Ровно в 10.0 °Cандерс вызвал в свой офис Фрэнка Ботта, одного из основателей фирмы, и закрыл за ним дверь. Он сказал Ботту, что тот не справляется с должностными обязанностями, и немедленно уволил его.
Через пять минут из офиса донесся сдавленный крик. Разгневанный Ботт схватил Сандерса за горло и со всей силы душил его. Охранник, о присутствии которого Сандерс предусмотрительно позаботился, с трудом разнял их.
Позднее, в 1971 году, подобная участь постигла и Джека Гиффорда, лидера первоначальной четверки, которая пришла к Сандерсу с идеей производства аналоговых схем. На сей раз жертва была безосновательно обвинена в измене. Сандерс считал, справедливо или несправедливо, что Гиффорд пытался организовать дворцовый переворот против него, чтобы самому стать председателем AMD. При помощи нескольких телефонных звонков Сандерс убедился, что директора AMD понимают, насколько важно устранить это ведущее к расколу влияние, и вскоре Гиффорд также покинул компанию.
Благодаря увенчавшимся успехом усилиям инженеров по обеспечению второго источника и непрерывной коммерческой кампании, проводимой Сандерсом, AMD смогла выпустить публичные акции менее чем через год после Intel. В ее проспекте, выпущенном в конце сентября 1972 года, показано, что компания получает прибыль — на тот момент. Но в нем было несколько сюрпризов. Поскольку Сандерс уволил Ботта без объяснения причин, а затем пытался заставить его продать свои акции AMD по 10 центов за штуку, тот подал судебный иск, и дело, оцененное в 1 млн. дол., ожидало своего решения.
Еще более интересная вещь случилась с капиталом акционеров. Не сумев сохранить стартовый капитал до момента первого публичного выпуска акций, AMD снова обратилась к инвесторам, на этот раз за 650 тыс. дол., очевидно, для того, чтобы последовать примеру лидера — Intel и, помимо базовой биполярной технологии, заняться новым направлением — полупроводниками MOS. Проспект первого публичного выпуска также показал, что баланс сил между основателями компании изменился. Первоначально семь основателей получили по 76,5 тыс. акций, а Сандерс — 102 тыс. в знак признания его более высокого положения. Однако в июне 1972 года компания предоставила ему по льготной цене еще 48 тыс. акций.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
