– Ого! Рада слышать, что у тебя нет этого дурацкого ирландского акцента, – в первый раз обратилась леди Алисия к девушке. Она внимательно оглядела Меган с ног до головы, отметив про себя и детское платьице, и непричесанные волосы. – Да уж, думаю, мне немало придется поработать с тобой, но, как я уже сказала Джастину, ты очень хорошенькая. Уверена, мы быстро достигнем хороших результатов.
– Не понимаю, о чем вы говорите, миледи? Попрошу вас объяснить, в чем это мы должны достичь хороших результатов? – ледяным тоном осведомилась Меган, глядя прямо в глаза Алисии. Девушка твердо решила, что не позволит этой самодовольной даме издеваться над собой. И тут, впервые в жизни, Меган поблагодарила Бога за годы учения в пансионах для молодых леди. Там ее научили владеть собой в любых обстоятельствах, так что сейчас в разговоре с графиней она могла быть с ней на равных.
– Ну разумеется, я хочу сказать, что мы быстро найдем тебе мужа. Дорогая, я не сомневаюсь, что именно это Джастин имел в виду, когда написал, что тебя надо вывести в свет немедленно, не дожидаясь твоего восемнадцатилетия.
Меган медленно обернулась к опекуну. В ее глазах пылал гнев, и она понимала, что Джастин видит это. Лицо графа застыло, словно окаменело, но он выдержал взгляд Меган.
– Так вы это имели в виду, милорд? – спокойно осведомилась девушка. Но глаза ее были полны ярости и презрения.
– Да.
Сердце Меган тревожно забилось. Она решила, что никогда не простит ему предательства. Впрочем, сейчас было не время думать об этом.
– С вашей стороны очень мило заботиться обо мне, – обратилась Меган к Алисии. Ей больше не хотелось смотреть на Джастина.
Леди Алисия улыбнулась.
– Нам это нетрудно, – промурлыкала она. – Видишь ли, мы с Джастином очень хотели иметь детей. – Меган едва удавалось сохранять спокойное выражение лица. Понимала графиня или нет, но ее слова задели девушку. – Но видно, Господу неугодно было подарить нам своего ребенка. Зато по возрасту я почти подхожу на роль твоей матери и… – она улыбнулась, – надеюсь, что стану тебе хорошей матерью, как Джастину удалось стать твоим… отцом…
– Благодарю вас, миледи, но по возрасту вы еще не могли бы быть мне матерью, – промолвила в ответ Меган. От ее внимания не ускользнуло, что графиня нарочно заговорила о возрасте, чтобы напомнить ей, сколько лет графу. – К тому же мне уже слишком много лет, чтобы признать в какой-то женщине мать. Но все равно – спасибо вам за доброе предложение.
Некоторое время обе женщины фальшиво улыбались друг другу. Однако в глазах графини Меган видела неприкрытую враждебность. Эта женщина сразу почувствовала, что Меган может быть опасна для их брака, поэтому она была готова сражаться за своего мужа. Но Меган этого не понимала. Ведь Алисия, в конце концов, была женой Джастина, так что ей, должно быть, совсем не важно, сколько женщин побывало в его постели. От этого ничего уже не могло измениться.
– Алисия, я понимаю, что тебе не терпится переодеться и вымыться с дороги. Так что пока поднимись наверх, а мне надо потолковать с Меган в библиотеке, – вмешался в разговор Джастин. По тону было не догадаться, какая буря чувств охватила его душу.
– Не будь смешным, Джастин, дорогой, – улыбнулась мужу Алисия. – Ты же слышал, бедное дитя жаловалось на голод. Она ведь недавно болела! К тому же, признаюсь, мне и самой хотелось бы потолковать с малышкой, так что иди и занимайся своими делами, а твоя воспитанница пойдет со мной…
– Алисия… – нетерпеливо проговорил граф.
Почувствовав за спиной какое-то движение, Меган повернулась к графу. Глаза ее метали молнии.
– Ваша жена совершенно права, милорд, мне бы очень хотелось поскорее позавтракать. И что за прок нам с вами обсуждать какие-то планы на будущее, когда леди Алисия здесь и у нее есть собственные планы.
Джастин не мигая смотрел на нее.
– Как хочешь, – резко бросил он и, повернувшись, направился в библиотеку. Войдя в нее, он с треском захлопнул дверь.
– Ох, дорогая, ты должна извинить моего мужа. Временами мужчины бывают просто невыносимыми! Но надеюсь, ты еще не скоро познакомишься с их причудами. А теперь, детка, пойдем и узнаем, что там эта – как ее зовут? – экономка приготовила нам на завтрак.
Этот день принес Меган массу страданий. Ей даже не верилось, что она находится в том же мире, в котором радостно встречала такое светлое утро. Только что обретенное счастье испарилось, даже не дав девушке времени насладиться им. Если бы Джастин любил ее, он бы ни за что не повел себя так. Подумать только, он взял ее любовь (не говоря уже о девственности!), а сам был женат! Она не знала о существовании жены, да и откуда могла знать? Когда он приезжал к ней в пансион, Меган была еще ребенком, а опекун спрашивал и говорил только о ее успехах в учебе. Ни о какой личной жизни речи не было. Чарльз Стэнтон тоже и словом не обмолвился о существовании графини Уэстон. «Интересно, они нарочно это делали?» – спрашивала себя девушка. Единственное, что утешало Меган, это мысль о том, что Джастин не собирался соблазнять ее, когда вознамерился стать опекуном пятилетней девочки. Но ведь в последнее время он понял, что она полюбила его! А если не понял, то мог бы догадаться об этом. И тем не менее он переступил границы дозволенного. Вспоминая их поцелуи и ласки, Меган едва не плакала. А наслаждение, которое она получила в его объятиях?! Еще прошлой ночью она была уверена, что любима, она сама любила… Меган казалось, что воспоминания о прошлой ночи просто разорвут ее сердце. Кстати, Джастин ведь говорил ей, что все, что им обоим нужно, – это обычная плотская близость. Это она вынудила его сказать о любви. Видимо, он подчинился ей просто потому, что так лете было получить желаемое. Его даже обвинять нельзя – она хотела Джастина не меньше, чем он хотел ее. И, вспоминая, как они занимались любовью, Меган сотрясалась от рыданий. Но разница была в том, что она любила его, готова была отдать графу все, не спрашивая о цене, а он… Он использовал ее, он взял ее невинность, раздавил ее достоинство… И это в ответ на ее любовь!.. И что же осталось у нее теперь? Если только кто-то узнает, что было у них с Джастином, общество навсегда отвернется от нее. Ни один мужчина не возьмет ее в жены.
Раздумывая обо всем этом, Меган приходила в такую ярость, что убила бы Джастина на месте, попадись он ей под руку. Он сделал это с ней, лучше ее зная о последствиях своего шага. Она любила его, а он посмеялся над ней…
Этот день, казалось Меган, длится вечно. Леди Алисия дала ей понять, что приехала в Маамз-Кросс-Корт лишь для того, чтобы увезти Меган с собой в Лондон. Она не собиралась долго задерживаться в Ирландии и рассчитывала уехать через день. Это, разумеется, подразумевало, что Джастин не поедет с ними из-за больной ноги. К тому же, по словам Алисии, он бы просто с тоски умер в компании двух женщин. Она утверждала, что он вообще не любил женщин и будет только рад избавиться от непослушной воспитанницы. Меган холодно согласилась, что, пожалуй, лучше всего отправиться в Англию немедленно. А про себя подумала, что чем скорее она расстанется с графом, тем быстрее отвыкнет от него. Забыть его означало выжить, а выжить Меган хотела.
