Читаем без скачивания Завет Христа - Ульрих Хефнер

— Рафуль!

— С тех пор как мы нашли эту могилу, он изменился. Он превратился в озлобленного и упрямого старика.

— Разве он не всегда таким был?

Аарон небрежно бросил пустую бутылку из-под воды на землю и снова влез на землечерпалку.

— Поехали дальше. Уже немного осталось, — крикнул он и запустил двигатель. Гремя гусеницами, он покатил по направлению к склону, где его ждала одна из трех оставшихся свай. Мошав проследил за ним взглядом. Трое рабочих, мускулистые и загорелые, в одних шортах шли за желтой рабочей машиной. Внезапно раздался страшный грохот, и там, где еще несколько секунд назад была землечерпалка, Мошав увидел яркий огненный шар, а потом ударная волна швырнула его на землю.

Мюнхен, управление уголовной полиции Баварии, отдел 63…

— Выжидать и пить чай — ничего лучшего не приходит тебе в голову? — сердито спросила Лиза Герман.

— Нужно набраться терпения, — ответил Буковски. — В конце концов, мы охотимся на самого дьявола. Дьявола, который убивает священника, а перед тем пытает его. Дьявола, который в темноте проникает в церковь и идет по трупам, когда его застают на месте преступления. Дьявола, который разъезжает в «мерседесе» с французскими номерами и хладнокровно сосет конфету после всего, что совершил.

Лиза села и посмотрела в окно. По синему небу проплывали белые облака, уносясь вместе с ветром на восток.

Буковски задумчиво уставился в потолок.

— Если исходить из того, что священник церкви в Висе был первой жертвой, то значит, преступник что-то искал. Нечто такое, что, по мнению преступника, принадлежало священнику. Когда он не нашел того, что искал, то достал ключ к церкви. Кроме того, он приложил много усилий чтобы убийство выглядело как несчастный случай. При втором убийстве — монаха в монастыре — он оставил труп как некий знак. Он применил к своей жертве жесточайшие пытки, а затем распял ее вниз головой. Раньше так обращались с предателями. И этот знак должны были непременно обнаружить.

Лиза провела рукой по губам.

— Но для чего?

— Не «для чего», — возразил Буковски. — Вопрос в том — кто должен был получить предостережение? Его собратья, друзья, знакомые или вся церковь в целом?

— И что ищет наш убийца?

— Он, по крайней мере, решил, что эта вещь находится в церкви, потому и проник туда — но наткнулся на пономаря.

— Он еще не нашел того, что ищет, — сделала вывод Лиза.

Буковски хлопнул ладонью о стол.

— Теперь ты нашла решение. Так все и было. За священником церкви в Висе и монахом стоят другие люди. Союзники, сообщники, единомышленники. Эти двое были не одиноки, и наш убийца знает это.

Лиза испуганно приоткрыла рот.

— Но это значит…

— Что?

— …что могут произойти следующие убийства.

— Ты хитрая девчонка, — кивнул Буковски. — Наш дьявол пока что здесь, на земле, среди нас. Он не нашел того, что искал. Он нанесет еще один удар.

— Но что же он ищет? — спросила Лиза.

Буковски подтащил себе стул.

— Вспомни, у двух братьев по вере было нечто общее. Они оба занимались церковной археологией. Оба владели древними языками. Вероятно, это и есть ключ.

— Что в этом может быть такого плохого, что их обоих убил?

— Вопрос в том, чем они занимались незадолго до смерти? Мы снова едем в монастырь. Мы должны восстановить события последних недель перед гибелью обоих священников, тогда и поймем, что нужно искать.

— А как же преступник? Теперь мы опубликуем фоторобот?

— Мы ищем «мерседес», а фоторобот только спутал бы нам все карты. Все-таки человек с такой рожей не может не бросаться в глаза.

— Вот именно, — согласилась Лиза.

— Если у него есть сообщники, то он определенно исчезнет. Он не знает, что нам известно, как он выглядит. Это наш козырь.

Иерусалим, раскопки у дороги на Иерихон…

Мошав растерянно смотрел на покореженную груду железа, которая недавно была маленькой землечерпалкой типа «тягач». Он промокнул кровь на лбу платком. Это было непостижимо. Между тем пожарная команда доставала четыре тела. Троих тяжелораненых помощников повезли в близлежащую больницу. Двое из них боролись со смертью. Мощным взрывом им оторвало ноги.

Армейские грузовики и полицейские машины в таком количестве ездили по району раскопок, что от них дрожала земля. Мошав едва сдерживал слезы. Он смотрел пустыми глазами на бело-синюю оградительную ленту, которая трепетала на ветру. Яара стояла рядом с ним. У нее в глазах блестели слезы, когда она дала Мошаву еще один платок. Аарона больше не было. От жаркого пламени он расплавился вместе с пластмассой и металлом землечерпалки.

— Я… я не понимаю… — заикался Мошав. — Это место проклято.

— Идем со мной, я заберу тебя отсюда, — ответила Яара.

Мошав покачал головой.

— Я хочу знать, что произошло.

Яара кивнула с пониманием. Когда вдали перед палаткой остановился белый пикап «тойота», она обернулась. Она узнала Тома, который вылезал с пассажирского места.

— Жди меня здесь! — приказала она Мошаву, прежде чем сбежать вниз по склону. Когда Том узнал ее, то побежал навстречу. Она кинулась в его объятия и заплакала навзрыд.

Том ошеломленно смотрел на скопище пожарных, полицейских машин и военных автомобилей, выстроившихся у района раскопок. В небо все еще поднимался тонкий столб дыма.

— Ради Бога, что здесь произошло? — спросил Том.

— Аарон мертв, — всхлипнула Яара. — Никто не знает, что произошло. Есть убитые и тяжелораненые. Землечерпалка просто взорвалась.

Том погладил Яару по голове. Постепенно она успокоилась и стала оглядываться.

— Где профессор?

— Он в консульстве. Джина мертва. Она была убита.

— Нет, о Господи!

Яара снова расплакалась. Том крепко прижал ее к себе. Только когда кто-то положил ему руку на плечо, он снова открыл глаза и обернулся. За спиной у него стояли Жан Коломбар и какой-то полицейский чин.

— Они наткнулись на мину, — сообщил Жан без лишних слов.

— Мину?

— Противотанковая мина — это советская дисковая мина с полным зарядом, — подтвердил полицейский. — Стандартная штука с высокой пробивной способностью.

— Это была мина? — озадаченно спросил Том. — Но как мина могла оказаться на этой территории?

— Землю здесь насыпали только несколько месяцев назад из-за работ у Храмовой горы. Мы полагаем, что мины попали сюда вместе с землей. Прискорбный несчастный случай.

— Несчастный случай? — повторил Том.

— Этот прискорбный несчастный случай стоил жизни вашему коллеге, — еще раз подтвердил полицейский. — В то время происходили беспорядки. Мы считаем, что радикальные группы хотели помешать строительным работам. Но в тот раз мины, похоже, почему-то не сдетонировали. Мне действительно жаль.

Полицейский отдал честь и развернулся. Том смотрел ему вслед, пока тот не исчез в большой палатке.

— Вы узнали что-нибудь о Джине? — спросил Жан.

Том провел рукой по мокрым глазам.

— Джина мертва. Ее убили.

Жан ахнул:

— Это ужасно.

— Да, ужасно. Мы должны сообщить профессору.

Иерусалим, недалеко от русского квартала…

Гидеон сунул руку в карман пальто и вытащил мобильный телефон. Это был камерофон нового поколения.

— Нам повезло, — заявил он, предъявляя фотографию района раскопок. На нечетком снимке можно было разобрать высокую стену огня.

— Четыре трупа и несколько раненых, как передают в новостях, — кивнул Соломон Поллак.

— Если бы мина взорвалась хотя бы на несколько минут позже, я бы тоже пострадал. Я больше ни за какие коврижки не пойду на раскопки.

— В этом нет необходимости, — возразил Поллак. — Раскопки приостанавливаются до дальнейших распоряжений. Будет проводиться расследование.

— Это был несчастный случай. Земля, которая образовала холм, попала туда с Храмовой горы. Мины, очевидно, остались от запланированного теракта, который не удался.

— Тогда я приглашаю тебя сегодня на пиво. Думаю, тебе стоит считать сегодняшний день своим вторым днем рождения.

— Мне повезло.

— А с другой стороны, — наоборот.

Гидеон вопросительно посмотрел на Поллака.

— Я больше не нуждаюсь в твоих услугах, и потому у тебя пропадает хороший источник дохода. К тому же ты теряешь и работу на раскопках.

— У меня есть еще одна новость для тебя.

— Ну, так давай, выкладывай.

Гидеон заговорщицки огляделся, но в маленьком переулке не было видно ни души.

— Сколько заплатишь? — спросил Гидеон, растянув губы в улыбке.

— А новость важная?

— Я бы сказал, она стоит минимум пять сотен.

Соломон Поллак сунул руку в карман куртки.

— Мне уже не терпится услышать ее, — заявил он и достал пачку банкнот.