— Как ты? — произнесла она свой обычный телефонный зачин.
Родион покосился в сторону двери: вдруг сейчас появится та, которая в ванной? Туча мыслей взвилась в его голове, будто бы на него напала стая птиц.
— В порядке, — сказал Родион. — А где ты была ночью? Я тебе звонил…
Короткое молчание. Итак, сейчас, у него дома Дарья, именно с ней он провел эту удивительную ночь. И теперь ему звонит Маша, и он должен объясниться с ней… Оправдаться…
— Я была… Это неважно, — голос Маши вдруг похолодел.
— Как это неважно! — Родион вдруг понял, что ему вовсе не надо оправдываться, а стоит даже наоборот: нападать. — Согласись, я имею право знать, куда пропала моя невеста!
— Это что — допрос? Я все-таки невеста, а не жена.
Родион смягчился.
— Не очень-то приятно знать, что у тебя есть какие-то тайны от меня.
— Да нет никаких тайн, боже! Просто…
Родион вслушался в шум воды, и он показался ему подозрительным.
— Со мной, кажется, опять случился этот приступ. Ты приедешь сейчас?
— Конечно. Только… — Родион опять прислушался: да, очень странный шум.
— Ты что же, не можешь сейчас? Скажи, когда.
— Я позвоню, как выйду. Жди, никуда не уходи.
Разорвав разговор, он кинулся в ванную. Дверь не была заперта изнутри, и он распахнул ее. Как он и понял по монотонному шуму воды, ванная была пуста. Девушка, которая провела с ним ночь, похоже, и вправду собиралась в душ, но, уже открыв кран, передумала, приняла внезапное решение и убежала из дома вообще.
Об этом говорил и общий беспорядок в ванной: мочалка и раскрытая мыльница на полу. Похоже, девушка не отдавала себе отчета в том, что делала, иначе бы она все-таки завернула кран. Или она сделала это специально, чтобы создать эффект присутствия?
6
Маша ждала его в своей комнате, она почему-то не вышла его встречать. Хозяйка, открывшая дверь, посмотрела на Родиона внимательно и неожиданно опустила глаза. Этой-то что известно?
Родион вдруг сообразил: Маша не ночевала дома, а он сам приходил вчера вечером, но не застал ее. Теперь пожилая женщина думает, что Родион — обманутый любовник.
— Маша была сегодня у меня, не волнуйтесь, — сказал он.
Хозяйка не смогла скрыть своего удивления. Почему? Что здесь опять не так?
— Мне, в принципе, совершенно все равно, — холодно ответила она.
Может быть, она просто-напросто знает, где была Маша, и видела с ней какого-то человека?
— Что вы от меня скрываете, любезнейшая? — с вызовом спросил он.
— Да ничего, — смутилась хозяйка. — Просто странные вы люди. Девушку провожать надо, тем более среди ночи. Под дождем…
С этими словами она распахнула дверь ванной и кивнула в сумеречный проем. Там, на веревке у газовой колонки, висело и сохло после стирки то самое канареечное платье.
Родион вошел в комнату Маши в состоянии какой-то эйфории. Теперь он знал наверняка, что женщина, сидящая в кресле у окна, была с ним сегодня ночью. Возможно, она ничего не помнит, и тогда возникает вопрос: стоит ли ей рассказывать все до конца? Может выйти так, что их договор целомудрия нарушен в одностороннем порядке и теперь остается в силе только для нее…
Родион подошел, нагнулся и коротко поцеловал Машу в щеку. Это был обыкновенный, дружеский поцелуй, девушка не среагировала, не притянула его к себе, как можно было ожидать. Значит, все-таки не помнила.
— Так где же ты была сегодня ночью? — бодрым голосом спросил Родион, не боясь, что его сочтут занудой.
— Шаталась по улицам, — ответила Маша. — Промокла вся.
— Одна?
— Не уверена… — Маша вдруг рассмеялась, но смех ее был неестественным, фальшивым.
— Ты что — напилась? — Родион повел разговор так, как, наверное, должен был несведущий человек.
— Да, я напилась! — с неожиданной радостью ответила Маша. — В каком-то кафе. За окном шел дождь. Я выпила рюмку водки, потом… Наверное, выпила еще…
Лицо ее стало напряженным, будто она вспоминает что-то… Вдруг ее щеки залил румянец… И тут Родион понял: Маша что-то помнит, смутно помнит, что была сегодня с мужчиной, и думает, что изменила ему. И от этого она страдает. Бедная!
Еще недавно он сам страдал от чувства вины, считая, что изменил Маше с ее сестрой, а теперь то же самое происходит с нею. Интересно, расскажет ли она ему? И как расскажет?
О том, что выпила в кафе, что у нее отшибло память… Что ее догнал на улице незнакомый мужчина, затем пошел дождь, и под внезапным небесным предлогом этот ублюдок затащил ее к себе домой и… Вот об этом она должна ему рассказать?
Получается, что нет никакого значения, кем был этот прохожий, и то, что им был именно Родион, вышло совершенно случайно.
Это сколько же надо выпить? Возможно, она и вправду зашла в кафе по пути из театра, выпила рюмку, и тут с ней случилось это непонятно что. Потом она выпила еще, вместе с ним. И теперь думает, что все это следствие алкоголя… А он стоит перед ней, молчит и ревнует к самому себе.
Родион захотел рассказать ей все немедленно, но какая-то мысль удерживала его.
Платье… В ванной висело то же самое платье, и уже нет никакого сомнения, что с ним была Маша, но… Что-то было все-таки не так. И вдруг он понял — голос.
Ну, конечно же! У той женщины был немного другой голос. Но та женщина была Машей, и это значило, что Маша специально подделывала не только стиль разговора, но и голос. Получается, что она с какой-то целью действительно вводила его в заблуждение…
— Маша, — осторожно начал Родион, подыскивая слова. — Ты говорила про татуировки у твоей сестры…
— Да? — Маша вдруг напряглась, напоминание о сестре могло быть ей просто неприятно, а может быть, дело было и в чем-то другом…
— Татуировки на спине? — спросил Родион.
— На талии. А что это тебя так интересует?
— Ну, покажи, где? Я никогда не видел таких татуировок.
— И не увидишь, потому что сестры больше нет. Эти татуировки сейчас где-нибудь глубоко в земле. Или неглубоко.
При этих словах ее лицо содрогнулось. Родион подошел к ней и положил ей руку на талию.
— Здесь?
Маша усмехнулась.
— Чуть ниже.
Родион, как бы играючи, приподнял ее кофточку и посмотрел. То, что он увидел, повергло его в смятение. Вернее, то, чего он не увидел…
7
Это уже совершеннейший бред! Значит, с ним вчера была все-таки Дарья. Хорошо, что он не рассказал Маше, как только что собирался… Но это трудно представить: почему на Дарье вчера было точно такое же платье?
Родион впервые почувствовал страх. Вот они здесь сидят, оба такие маленькие, а вокруг них, с их участием, происходит какая-то странная игра, в которой задействована Дарья, как бы исчезнувшая, умершая, и кто-то еще, неведомый и властный. И какая роль отведена Маше, и какая — ему самому? И насколько Маша в это посвящена?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
