заперлась в своей гримёрке через две двери от Паолини, когда прогремел выстрел. Фабрис был в своей комнатушке на другом конце коридора. Дрейпер куда-то ушёл, Иббс не знал, куда именно. А касаемо Неда Винчестера разве было известно хоть что-то?
Единственным, кто обладал действительно надежным алиби на момент убийства Паолини, был осветитель Уилл Коуп. Он был на помостах с Флинтом и Спектором, показывал им рубку и давал показания о своей мимолётной встрече с Винчестером. Конечно, с момента выстрела Иббсу уже было наплевать, как Миклош Варга незаметно оказался в ящике. Теперь это было последней из его забот.
Но всех остальных людей в театре покрывало то, что называлось «презумпцией невиновности». Сержант Хук находился в коридоре возле гримёрки Паолини в момент выстрела. Если бы в тот момент кто-нибудь выбежал из комнаты, он был бы мигом пойман. Это определённо не играло на руку Иббсу.
* * *
Гримёрная, где был убит Паолини, была самой большой комнатой среди всех закулисных помещений Гранатового театра. Конечно, это мало о чём говорило. В ней была одна единственная дверь – ведущая в узкий коридор, где сержант Хук, сам того не зная, нёс караул и мог подтвердить, что никто не входил в комнату и не покидал её. На улицу вели два зарешёченных окна. Но даже если бы решёток там не было, окна всё равно надёжно запаяла ржавчина. Чтобы твёрдо убедиться в этом, Флинт собственноручно попробовал открыть обе створки несколько раз. Они не поддались ни на дюйм. Но даже если бы окна были открыты, выстрел явно был произведён практически в упор. Другими словами, слишком близко, чтобы пуля могла влететь в комнату снаружи.
Рядом с местом преступления находилась ещё одна гримёрка, значительно менее просторная и пустая. В отличие от гримёрки Паолини в ней была смежная дверь, которая вела прямо в гримёрную Марты. Хотя это едва ли имело хоть какое-то значение: дверь была заперта на массивный металлический замок, к которому явно никто не притрагивался.
– Надеюсь, вы не станете возражать, – обратился Спектор к Марте, уставившись на замок, – нам стоит проверить эту штуку.
– Он не поддастся – можете сами попробовать. – Она дёрнула ручку и жестом попросила Спектора сделать то же самое. Он сделал.
– Надёжно застопорился, – заметил он в никуда. Затем без каких бы то ни было причин он опустился на колени и заглянул в замочную скважину. – В скважине с другой стороны нет ключа… но, конечно, он и не нужен. Дверь не открылась бы даже с ключом.
– Что ты говоришь? – спросил Флинт. – Почему это, позволь спросить? Мне кажется, это вполне обычный замок.
– О, вовсе нет! – ответил Спектор. – Это замок Чабба.
– Что?
– Замок Чабба, – объяснил Спектор, поднявшись на ноги, – это замок, сделанный по системе двоих мастеров с Темпл-стрит, Джереми и Чарльза Чаббов. По всей стране он прославился как «невзламываемый» замок. Это настоящий шедевр инженерии. Хотя конкретно эта модель значительно старше тех, что используются в быту сейчас. Как будто об этой двери по какой-то причине совершенно забыли.
– Я могу объяснить по какой, – вмешался Сидни Дрейпер. – Видите ли, в этих «замках Чабба», или как вы их там называете, есть какой-то механизм, который безнадёжно заклинивает, если попытаться взломать замок. Похоже, задумка в том, чтобы ставить владельца в известность, если в замке ковырялись отмычкой. И нужен специальный ключ, чтобы открыть его после такого. Но этот ключ пропал давным-давно. Держу пари, ещё десятилетия назад. А какому-то умнику взбрело в голову побаловаться с этим замком, так что теперь он надёжно заперт.
– Почему этот замок не заменили вместе с остальными? – удивился Спектор.
– Мистер Тизел не любит раскошеливаться в тех случаях, когда этого можно не делать. И, в конце концов, от этой двери между гримёрками нет совершенно никакого проку.
– Верно, – согласился Спектор. – Но в свой время мне доводилось сталкиваться со множеством различных замков, и должен заметить, этот – один из лучших. У меня есть все основания верить, что бриллиант «Кохинор» находится под замком Чабба.
В конце коридора со стороны гримёрки Марты была небольшая будка, где обычно сидел Альф, и, помимо этого, служебная дверь, ведущая в переулок. Хотя Хук не мог увидеть служебную дверь, слоняясь по коридору, он, скорее всего, услышал бы, как она открывается, если бы кто-то попытался войти. Но даже если бы этого не произошло, разве можно было проникнуть в гримёрку Паолини, где были заперты и окна, и дверь? В этом не было никакого смысла.
С самого начала смерть профессора Паолини казалась проблемой, имеющей только одно решение. Место преступления, по сути, представляло собой запечатанный ящик. Окна – как и окна любой другой комнаты в этих проклятых театральных застенках – были узкими и находились на большой высоте. Рамы были толстыми и крепкими – их было не под силу выломать обычному человеку.
Что касается Неда Винчестера, то, когда раздался выстрел, его никто не видел. Он вдруг ускользнул из-под надзора людей Флинта. В течение двух минут офицеры обыскивали здание в поисках неуловимого великана. Он обнаружился в переулке у служебной двери, сидящим на мусорном баке и курящим сигарету.
– В чём теперь дело?
– Вы не могли бы пройти с нами, мистер Винчестер?
– Зачем? Что такое? Я устал во всём этом участвовать.
– Пройдите внутрь, мистер Винчестер, – велел Флинт, чей силуэт величественно окаймлял проём служебной двери.
С неохотой выбросив окурок, Винчестер послушался.
Когда все снова собрались внутри, Флинт решил сделать объявление. И что за потрясающее зрелище это было!
– Дамы и господа, сегодня вечером было совершено второе убийство. Профессора Паолини застрелили. – Раздался всеобщий ропот ужаса. – Нам снова придётся всех допросить. Я настоятельно прошу вас – подчёркиваю – не покидать театр.
– Ну и кто же это сделал? – спросил Винчестер. – Застрелил человека прямо у полиции под носом?
– Это был Иббс, – тихо сказал Сид Дрейпер. – Только непонятно зачем.
Иббс слышал их разговор за стеной, но не мог ничего разобрать. Он сидел, уставившись на наручники на своих запястьях, пытаясь понять, что произошло. И в этот момент Джозеф Спектор привел Неда Винчестера в комнату.
– Надеюсь, я не сильно потревожил вас, мистер Иббс? – проговорил старый волшебник. – Я подумал, что мне стоит поговорить с мистером Винчестером наедине.
Винчестер оглядел адвоката с ног до головы.
– Ну и ну, – проворчал он, – выходит, дядя Сид был прав! С трудом верится.
– Я ничего не сделал… – возразил Иббс, но Спектор воздел руку, требуя тишины. Он вновь сосредоточился на деле.
– Что вы делали в переулке, мистер Винчестер?
