способности подавились и не раскрылись снова до сих пор. Он утратил абсолютно всё и никто не может выявить столь резку причину: ухудшились тренировки, Аластор не понимал почему то, что легко давалось на ранних этапах — не получается спустя столько лет. Он пытался поговорить с мальчишкой и отправить его к местному лекарю, которому было больше лет, чем самой Вселенной, но его убили накануне визита Люцифера.
Аластор не мог сдаться, поэтому научил Люцифера пыткам с разным оружием: скальп, ножи, ножницы, веревки, нитки, серп, топорики и даже гвозди с молоточками. В момент, агрессия юного Люцифера брала верх и он терял контроль, демон мог убить заключенного только потому, что не мог остановиться и палач брал вину на себя перед его отцом. Он воспитал в нём мужчину, научил ничего не бояться, но с годами Люцифер становился мягче и терял дьявольские силы подаренные палачом. Аластор отправлялся пару раз в Ватикан, пытаясь выяснить причину, но вся литература по таким проблемам — была безвозвратно утеряна. Конечно, до палача уже дошло, что здесь пахнет магией. Только помочь ему не мог — все попытки не венчались успехом, а потом и вовсе прекратились после аудиенции с Сатаной.
— Этого ещё не хватало… — Люцифер щёлкнул пальцами, отправляясь прямо в кабинет своего отца. Сейчас у него не было настроения кого-то пытать, его мысли были заняты танцами Виктории и их отношениями с Асмодеем. К когда-то лучшему другу, демон испытывал ненависть и злость.
Кабинет отца Люцифера никогда не был мрачным, как его обычно себе представляли все, кому удавалось побывать у него на аудиенции. У Короля были панорамные окна, которые пропускали достаточное количество света. В Аду тоже есть солнце. Ещё один сложный закон системы. Более высшей — Вселенной. Солнце светит всем одинаково. В каждом мире есть своё солнце, свой день и ночь. Только вот в аду намного жарче.
Огромное количество книг различных лет и даже веков. Удобные кожаные кресла, мини-бар с полюбившемся земным алкоголем и большой дубовый стол за котором восседал Король на своём троне с заточенными ножками.
— Отец. — Люцифер выпрямился перед своим родителям и приподнял подбородок вверх, словно на воротнике его рубашки была иголка, как у военного и если он опустит голову хоть на миллиметр, то она обязательно воткнётся ему в шею.
— Люцифер! Мне нужна твоя помощь в пыточной. — Сатана выдвинул нижний ящик своего стола и достал спортивную сумку с различными кинжалами и лучшими оружиями для пыток.
— Кончено, когда мне явиться? — Люцифер незаметно закатил глаза, пока его отец искал что-то ещё. «Ну конечно, для чего я нужен, если не для пыток?».
— Никогда. Мы будем делать это сейчас. — Сатана поднялся со своего трона и кинул сумку в руки Люцифера, которую он моментально поймал.
Отец и сын долго шли, проходя бесконечное количество коридоров и тоннелей адской тюрьмы. Вокруг было настолько темно, что даже факелы висящие на стенах не спасали ситуацию. Иногда им приходилось наступать в вязкую, алую кровь тех, кто не смог пережить Судную Ночь в этих клетках. Люцифер и Сатана не могли телепортироваться, чтобы избежать этих мерзостей, поскольку все коридоры были защищены рунами. В адской тюрьме были не только умершие люди, но и высшие ведьмы, колдуны и прочая нечисть.
В пути они не проронили ни слова. Люцифер не любил пустые разговоры, а его отец не знал, что ему сказать. Когда демон был подростком, иногда случалось, что им удавалось поговорить, но это было слишком редко. Слишком редко для того, чтобы пытаться говорить сейчас.
— Мы пришли. — Сатана подошёл к самой большой пыточной и начал отпирать дверь сначала ключом, а затем читая какое-то длинное заклинание. Люцифер успел спеть несколько песен и даже рассмотреть ущербность клеток и коридора в целом. Наконец-то Король закончил нашептывать заветные слова и приглашающим жестом позвал за собой сына.
Войдя внутрь, их встретила кромешная темнота и лишь капли воды разбавляли звуки такого мрачного помещения. Король Ада хлопнул в ладоши, от чего лампочки на потолке начали загораться одна за одной, издавая противный скрежет, который заставил Люцифера поморщится и прикрыть глаза от яркого света. Привыкнув к яркому освещению, демон увидел подвешенное тело под потолком: руки и ноги были прочно закованы в толстенные цепи. Маленькие гвоздики уже были вбиты в нежные ноги. Под потолком была девушка, определенно.
— Я уже попробовал развлечься, но утратил интерес, потому что она не могла прийти в себя! — Сатана нахмурил брови и посмотрел на своего сына.
Мешок на голове служил финальным украшением данного таинства. Наряд безумно напоминал чей-то образ, но Люцифер никогда не зацикливается на таких мелочах. Ему дали задание — пытать. Он пришёл сюда лишь за этим. Потом, он отправится к себе в комнату, расспрашивать Вики, как прошла её вечеринка и натанцевалась ли она с Асмодеем и не ахуела ли она?
Сатана подошёл ближе к подвешенному телу и достал из своего внутреннего кармашка высеченный в самом сердце Ада клинок. Обойдя тело кругом, он сделал первый надрез на бедре, но висящий в цепях никак не отреагировал. Отцу Люцифера такая реакция не понравилась, поэтому воткнув нож прямо в живот пленнику, провернул его несколько раз и получил желаемую реакцию — цепи звякнули в знак протеста и тело нервно дернулось.
— Ура! Сучка всё-таки бессмертна! — сумасшедший оскал украшал лицо Сатаны, а его сын не понимал, от чего он ведет себя, словно сошел сума, ещё и привел его с собой, хотя начал делать всё сам.
Король адских земель любил разыгрывать спектакли и делать из пытки целое искусство. Вытянув из живота нож, он провёл им в зоне шеи и декольте, испачкав кожу собственной кровью пленницы.
Enemy — Tommee Profitt, Beacon Light, Sam Tinnesz
— Скажи мне, ангелочек, нравится служить Кроули? — Сатана на этот раз воткнул ножик в бок пленного. — Нравится кружить голову Адмирону и делать доносы? — он вытащил нож и поменял траекторию лезвия, вонзив его прямо под сердце несчастной. Цепи издавали противный лязг, а тело дергалось в несчастных попытках выбраться. Громкое мычание разнеслось по помещению и сразу же стихло.
— Ах, моё опущение! У тебя же во рту занятно, возможно скоро я буду пытать тебя собственным хуем! — Дьявол срывает мешок, вытаскивает кляп и Люцифер кидается к отцу, оттаскивая от тела, которое он успел заставить мучаться. Руки демона тряслись, а его отец брыкался как непослушный ребёнок с воплями: «Ты что вытворяешь, щенок?!».
— Отец! Нет! Виктория демон! Какой ангелочек?! — кажется ещё минута и у сына самого
