собственном смысле этого слова и начать свою работу по расширению и переустройству человеческого мира.
Но как бы высоко мы ни расценивали этот результат, он все же был куплен ценой бесконечной нужды и духовной деградации миллионов трудящихся. И это была не единственная темная страница в развитии тех условий, которые способствовали прогрессу науки.
Принудительный труд масс способствовал развитию науки и искусства, но на нем же вырос и класс, который жил только охотой и войной, получал огромные доходы от войны, и был, благодаря этому, источником все новых и ужасных опустошений.
Но этого мало. Там, где, вытесняя свободный труд, начинают преобладать рабство и крепостное право, там понижается производительность труда, уменьшается и беднеет население, исчезают города, и все общество вырождается или становится жертвой соседних народов, среди которых еще господствует свободный труд.
Почти все культурные народы древности проделали этот процесс, а многие нации пережили аналогичное развитие в новейшее время под влиянием феодализма. Напомним об Испании, Южной Италии, Турции.
В былое время полагали, что для государств, как и для людей существует естественный закон развития, согласно которому они от юности переходят к возмужалому возрасту, затем стареются и, наконец, умирают. На самом же деле, явление «старости» вызывается исключительно принудительным трудом. Возьмем, напр., Китай. В нем никогда не было рабства, и он никогда также не знал сильного развития феодализма. В нем господствовал свободный труд. И Китай не погиб вместе со всем античным миром, как не погиб и вместе с феодальным миром новейшего времени.
Но его свободный труд на основе всеобщей частной собственности на орудия производства мешал его переходу к крупному производству. Китаец, как свободный рабочий, не имеет в себе ни следа «лентяйства», это самый прилежный работник в мире. Но китайский способ производства дошел лишь до сильно развитого разделения труда и высокого развития ручного ремесла. Дальше он не пошел и застыл на мертвой точке. Китай не погиб, как погибли все другие государства древности, но он окаменел.
Для того, чтобы перейти к более высокой ступени развития, необходимо было появление наемного труда свободных рабочих.
г) Наемный труд
Мы вынуждены были бы зайти слишком далеко, если бы захотели обрисовать здесь развитие ремесла. Да и это уже столько раз было сделано другими, что мне не остается сказать ничего нового.
Наемный труд в течение последних трех столетий становится массовым явлением во всех европейских государствах. Процесс этот начался в Западной Европе, в которой наемный труд еще в средние века развился в форме ремесленного подмастерства, а в XVI столетии получил сильное развитие в горном деле. Наемный рабочий является свободным рабочим, так же, как и тот первобытный свободный рабочий, о котором мы говорили до сих пор. Тем не менее, между ними очень большая разница. Первобытный свободный рабочий является обладателем своих средств производства, либо один, либо же в компании с другими частными владельцами. Нынешний же наемный рабочий не имеет сам никаких орудий производства; последние принадлежат другому — капиталисту, которому рабочий продает свою рабочую силу, на фабрике которого он работает, и которому достается продукт его труда.
В этом отношении он приближается к рабу, отличаясь от последнего, однако, тем, что у него имеется собственная семья, что он вне фабрики — свободный человек, по крайней мере, по отношению к управляющему фабрикой, и что он имеет право менять по своему усмотрению, как ту фабрику, в которой он работает, так и место своего жительства.
Благодаря всем этим различиям, производство со времени появления массового наемного труда могло получить такое развитие, которое, с одной стороны, предохраняет от того вырождения, в результате которого погибли государства древности, а в новейшее время феодальные государства, а с другой стороны, устраняет возможность застоя по образцу Китая. Наоборот, современное производство получило возможность, благодаря непрерывному техническому и экономическому развитию, подняться из глубины феодального прозябания на сказочную высоту.
Правда, в начале этого процесса наемный пролетариат находился в худшем положении не только до сравнению с самостоятельным свободным рабочим (ремесленником), но и с крепостным и даже с рабом. Последний, за исключением редких случаев особого изобилия и особой дешевизны рабов, представлял собою для своего обладателя определенную ценность, и последний был заинтересован в том, чтобы, — как это делается по отношению к рабочему скоту, — кормить своего раба и не доводить его до полного истощения, для того, чтобы он не погиб раньше времени. По отношению к свободному пролетарию хозяину не было необходимости обо всем этом заботиться. Он мог его рабочее время увеличивать до бесконечности, а плату уменьшать до самого голодного минимума.
Раба хозяин должен был, опять-таки, как и рабочий скот, кормить даже тогда, когда у него для него не было работы, наемного же рабочего можно просто-напросто выбросить на улицу, когда для него нет работы, и предоставить ему там умереть с голоду.
Тем не менее, в свободе наемного рабочего был заложен зародыш будущего развития, которому суждено было поднять и его самого и тот способ производства, в котором он был занят, на все более высокую и высокую ступень. Этому развитию способствовали не только те свободы, которые отличали наемного пролетария от раба и крепостного, т. е. право передвижения, свобода выбора профессии и фабрики, но и та «свобода», которая была для него ощутительнее всего, и которая состояла в том, что он был свободен от всякого имущества. Имущий свободный рабочий связан в свободе своего передвижения своим имуществом. Так, крестьянина прикрепляет к месту его клочок земли, а ремесленник не может уйти от своего собственного дома в городе. Пролетарий же свободен идти туда, где он надеется лучше всего устроиться, и где с него меньше всего шкуру дерут, — т. е. он экономически свободен. Я оставляю в стороне паспортные затруднения и т. п. прелести, которые порождены не современным способом производства, а войной.
Пролетарии могут концентрироваться большими массами в промышленных центрах, где их нельзя контролировать вне стен фабрики, и где они имеют возможность организоваться и развить свои силы. В этом им способствует та тенденция к демократии, которая появляется вместе с капитализмом, и которая приносит пользу всем трудовым элементам, имущим и неимущим, — крестьянам, ремесленникам и наемным рабочим, но последним больше всего. Таким образом, им удается постепенно сократить нечеловеческий рабочий день, повысить заработную плату, развить свои умственные способности, приобрести силу и сознание своей силы и, наконец, даже добиться участия во власти экономической и еще больше — политической.
Подъем рабочего класса оказывается полезным не только для него самого, но и для
