Они повернули назад и снова подошли к Лаура-Плейс. Майор Киркби довел Серену до дома и постоял у двери, держа ее руку в своей.
— Когда я могу навестить тебя?
— Когда захочешь, — улыбнулась в ответ она. Гектор крепко сжал ее кисть, потом склонился и поцеловал руку. Наконец он выпустил пальцы Серены из своей ладони и быстро зашагал прочь, словно боялся, что не выдержит и обернется.
Через минуту Фанни встретила Серену, издав вздох облегчения.
— Я так рада, что ты наконец пришла. Я боялась, что произошло несчастье, — так долго тебя не было! Бог мой, что случилось? Ты выглядишь так, словно на тебя с небес свалилось наследство.
— Не наследство! — Глаза молодой женщины ярко сверкали, на губах порхала улыбка. — Лучше, чем наследство, да еще так неожиданно! Я встретила… своего старого знакомого.
— Да нет, тогда бы ты так не выглядела. Пожалуйста, дорогая, будь посерьезнее.
— Не могу, извини меня. Фанни, ты давно не ощущала себя девочкой, только что выехавшей в свет? Клянусь, это восхитительнейшее ощущение! Я сказала ему, что он может нас посетить. Умоляю, постарайся быть к этому человеку подобрее. Представляю его лицо, когда он тебя увидит, — он воображает тебя в тюрбане, Фанни!
Ее мачеха уронила платок.
— Он… — Лицо ее внезапно оживилось. — О нет, Серена, не хочешь ли ты сказать, что снова встретила того молодого человека — единственного мужчину, которого ты когда-то любила?
— Я так тебе говорила? Да, это он.
— О, Серена! — восторженно вздохнула Фанни. — Как я рада! Это так романтично! По крайней мере… Но он еще не женат?
— Конечно, нет. Хотя я забыла спросить его, но нисколько не сомневаюсь в этом. Интересно, когда он сочтет приличным навестить нас? Надеюсь, не придется ждать очень долго.
Долго ждать ей не пришлось. Майор Киркби нанес визит вежливости на следующий же день. Он прибыл в Лаура-Плейс после ужасной грозы. Либстер снял с него промокшее пальто и шляпу, послал мальчика-слугу принести кусок кожи, чтобы вычистить красивые ботфорты майора, и принялся с чрезвычайным интересом разглядывать раннего гостя, которого не остановила ненастная погода. Дворецкого предупредили, что ее светлость ожидает майора Киркби, однако он и представить не мог, что этот необычный визитер окажется тем самым неизвестным майором. Если бы Либстер удосужился накануне поразмышлять, кто такой этот майор, то мысленно представил бы себе типичного жителя Бата средних лет. Однако когда он открыл двери высокому, красивому, опрятно одетому джентльмену не старше тридцати лет, то испытал сильное потрясение и мгновенно сделал абсолютно верные выводы. И пока мальчик вытирал грязь с щегольских сапог, а майор поправлял на себе накрахмаленный шейный платок, Либстер окинул его быстрым взглядом знатока и за несколько секунд успел убедиться, что длиннополое голубое пальто пошито из прекрасной ткани первоклассным портным, что у майора отличный жилет и что он умеет модно завязывать шейный платок. У гостя были широкие плечи, и узкие панталоны хорошо сидели на ладных ногах. Лицо мистера Киркби — не такой уж важный, по мнению дворецкого, объект — удостоилось лишь мимолетного взгляда, однако Либстер с одобрением успел заметить, что черты его были правильными и вид майор имел представительный.
Он повел гостя по лестнице в гостиную. Тот последовал за стариком, даже не подозревая, какие мысли вызвала его внешность у многоопытного дворецкого. Дверь быстро отворилась, имя его было объявлено, и Гектор вошел в элегантно обставленную комнату, единственным обитателем которой оказалась изящная хрупкая дама в черном, сидевшая за письменным столом.
Застигнутая врасплох Фанни быстро подняла взгляд, все еще продолжая держать в руке перо. Майор замер на пороге, уставившись на нее. Глазам его представилось очаровательное зрелище — огромные добрые голубые глаза, рот, тронутый застенчивой улыбкой, золотые локоны, выбившиеся из-под кружевного чепца, удивительное ощущение юности и уязвимости. У Гектора мелькнула мысль, что он по ошибке попал не в тот дом. Майор смущенно пробормотал:
— Прошу прощения! Я подумал… я пришел… Наверное, я ошибся адресом. Но я спросил вашего дворецкого, сможет ли леди Спенборо… И он проводил меня наверх…
Фанни положила перо, встала и подошла к нему, покраснев от смущения.
— Я — леди Спенборо, — сказала она, засмеявшись. — Как вы поживаете?
Майор взял протянутую руку и непроизвольно воскликнул:
— Вдовствующая леди Спенборо? Но вы ведь не можете быть… — Он сконфуженно умолк, потом сам засмеялся: — Простите меня. Я представлял себе совсем другую женщину.
— В тюрбане. Серена мне говорила. Нехорошо с ее стороны иронизировать над вами, майор Киркби. Садитесь, прошу вас. Серена вот-вот спустится вниз. Она попала под этот ужасный дождь, промокла до нитки и должна переменить одежду.
— Гулять в такую погоду? Надеюсь, она не простудилась? Это было очень неблагоразумно.
— Нет, она никогда не простужается, — безмятежно ответила Фанни. — Серена всегда ездила с отцом верхом в любую погоду. Она прекрасная наездница, причем совершенно бесстрашная!
— Охотно верю, хотя сам никогда не видел ее в седле. Наша… наше знакомство состоялось в Лондоне. Вы с ней теперь живете здесь? Ах, нет! Она сказала мне, что вы приехали сюда на время.
— Да, после смерти лорда Спенборо мы обе жили в Милверли, в моем Вдовьем доме.
— Стало быть, ей не нужно было покидать свой дом? Я помню, она была к нему так привязана. — Он тепло улыбнулся вдове. — Когда я прочитал о смерти лорда Спенборо, то испугался, что Серена будет вынуждена жить с женщиной… с кем-то, кто ей не подходит… Уверен, с вами, мадам, она счастлива.
— О да! То есть это я очень счастлива! — простодушно ответила Фанни. — Она так добра ко мне. Просто не знаю, как бы я жила без нее.
В этот момент в гостиную вошла Серена. Ее рыжие локоны были еще влажными. Затворив за собой дверь, она озорно произнесла:
— Какое несчастье, что вы, сэр, явились, когда меня не было здесь, чтобы представить вас моей мачехе. Надеюсь, она не напугала вас?
Гектор вскочил, кинулся ей навстречу, взял ее руку и на мгновение задержал в своей.
— Нет, несчастье в том, что вам пришлось пригласить меня в гости! — парировал он, улыбаясь и глядя на нее с таким восторгом, что у Серены замерло сердце и румянец залил щеки.
— Но я просто не могла сопротивляться. Теперь ты понял, что она испытывает ко мне поистине материнские чувства?
— Серена! Ты никогда так обо мне не говорила! — с возмущением воскликнула Фанни.
— А это не я сказала. На это очень надеется майор Киркби.
Гектор подвел Серену к креслу рядом с камином. Когда она села, он положил ей за спину подушку, и молодая женщина поблагодарила его.
