А Леся ничего не сказала. Она пыталась понять, что с ней происходит. А происходило явно неладное. Красномордый господин Бадякин с автоматом не внушил ей ровным счетом никакого страху. Вместо страха ей почему-то стало жаль мужика. И хотя Леся сама себе отдавала полный отчет, что жалеть его глупо, но поделать со своими чувствами ничего не могла.
На следующий день подруги отправились в город. У них было два направления, в которых следовало поработать. Во-первых, родственники Виктора Степановича Лаврентьева. Вдруг они в самом деле следили за Светкой и подослали к ней убийцу? И напрасно тогда бывшие одноклассники с опаской косятся друг на друга. Убийца мог подкарауливать Светку на улице. И, увидев ее, направляющуюся к лесу, догнать и сделать свое черное дело.
Правда, в этом случае было не совсем понятно, за что же пострадал Витька. Но подруги решили, что сейчас они будут заниматься Светкой. А Витьку оставят на потом. В конце концов он мог стать свидетелем убийства Светки. И его устранили просто как опасного свидетеля.
А во-вторых, подругам не давало покоя письмо Олега к его подружке Нине. Письмо обязательно надо было вручить или вернуть обратно адресату. Так как место нахождения Ниночки подругам было неизвестно, а с Олегом все равно следовало поговорить, к нему они и поехали.
Его телефон они раздобыли у той трепетной подружки Ниночки, которая передала им письмо. Звали ее, как оказалось, Милой. Милая Мила. И сначала дамочка изображала полнейшую наивность и неосведомленность, но потом все же вспомнила, что номер Олега у нее в телефоне есть. Накануне своего бегства Ниночка звонила с ее телефона Олегу, чтобы услышать голос любимого.
— Со своего телефона Ниночка звонить не могла, — пояснила подругам Мила. — Муж постоянно контролировал все ее звонки. И даже завел специальный тарифный план, чтобы по нему точно сверять, сколько денег Ниночка тратит на свои звонки.
— Зачем?
— Ну, как же! Допустим, позвонит Ниночка Олегу — своему любовнику, а потом возьмет и сотрет его телефон. И вообще из памяти удалит. Но баланс так просто не сотрешь! Там четко указано, какому оператору она звонила и сколько разговаривала.
— Не проще ли было заказать распечатку звонков?
— И это он делал, — кивнула Мила. — Только распечатку каждый день не будешь требовать. А Ниночкиному мужу каждый день отчет требовался. Вот он и высчитывал, совпадает ли оставшаяся сумма на счете с теми звонками, которые сделала Ниночка.
— Ужас!
— А я вам о чем говорю! Не повезло Ниночке с мужем, что и говорить!
Однако повезло или не повезло Нине, было делом десятым. Главное, телефон Олега у Милы все-таки нашелся. И подруги немедленно позвонили ему.
— Конечно, с радостью с вами встречусь, — произнес мужчина, едва услышав, кто ему звонит. — Простите, что я так внезапно исчез. И еще чужие вещи прихватил.
— Зато вы оставили свой брелок от машины с ключами.
— Так я его у вас посеял?! — обрадовался Олег. — И вы мне его вернете? Боже! Ужасно вам благодарен! Вы просто мои ангелы-хранители!
И вот теперь ангелы ехали к Олегу. Им было необходимо лично поговорить с ним и расспросить про то ночное нападение. Они договорились встретиться с ним в городе. В одной из многочисленных кофеен, которые в последнее время расплодились со страшной силой, вытеснив даже миленькие пивнушки, где так весело было пить пиво и закусывать его сухариками и соленой рыбкой.
Теперь в этих бывших пивных кабачках все пили кофе и изо всех сил делали вид, что им это нравится. Заведение, где Олег назначил подругам свидание, находилось на углу Невского и Малой Конюшенной. Обычная фирменная кафешка, тут вкусно пахло корицей, мускатным орехом и, само собой разумеется, благородными сортами кофе.
Олег уже ждал подруг за столиком.
— Взял на себя смелость и сделал заказ за вас! — воскликнул он, приподнимаясь и приветствуя подруг.
— Что вы! Мы ничего не хотим.
— Нет, вы столько для меня сделали! Позвольте же хотя бы таким образом отблагодарить вас!
Олег прямо-таки лучился жизнерадостностью. О былой покусанности напоминали только несколько полосок лейкопластыря, наклеенных чьей-то заботливой рукой. И рубашка с длинными рукавами, которую Олег надел, несмотря на жаркую погоду.
Кстати говоря, на безупречно белоснежной рубашке виднелся след помады кораллового цвета. Казалось бы, пустяк? Но в сочетании со счастливым, прямо-таки сияющим видом Олега это наводило на определенные размышления. А именно, не обошлось тут без женщины. Ой, не обошлось!
В это время принесли их заказ. Официантка с трудом удерживала тяжело нагруженный поднос. С помощью другой официантки она переставила многочисленные вазочки, стаканы, чашки и блюдца с разнообразными десертами с подноса на столик.
Глядя на ломящийся от изобилия стол, подруги постепенно проникались уверенностью, что Олег им в самом деле благодарен.
— Мы все это не съедим!
— Что не съедите, то возьмете с собой. Я распоряжусь, девушки все мигом вам запакуют.
— Мы на диете!
— К чему вам диета? Вы же обе стройные красавицы! Впрочем, если не хотите есть сами, поделитесь с друзьями.
И подруги поняли, что смертельно обидят Олега, если не попробуют его угощения. Собственно говоря, на диете сидела одна Леся. Но сидение это приобрело у нее уже хронический характер. И потому она считала, что раз острого приступа потолстения у нее в данный момент не наблюдается, то одно пирожное ей не повредит.
А если положить руку на сердце и быть совсем уж откровенной, то не повредит ей одно пирожное и вон тот миленький десертик. Очень уж соблазнительно выглядят красные прозрачные вишенки, плавающие в золотистом желе. И эти пышно взбитые белые сливочки сверху. Ну, не могут они быть такими уж вредными.
Именно такие мысли вертелись в голове у Леси. И еще она думала о том, что девушка-официантка особо подчеркнула, что в их кафе используют только самые легкие кремы. И минимум сахара. Так что, пожалуй, можно будет запить все эти вкусности кофейным напитком, в котором красиво смешаны три слоя и все обильно засыпано горьким тертым шоколадом.
Пока Леся вела торг с собственным обжорством, равнодушная к сладкому Кира вела переговоры с Олегом:
— Видим, что вам уже гораздо лучше. Выглядите прекрасно!
— Да! Спасибо! И повторяю, если бы не вы, то та тварь загрызла бы меня. Вернулась бы потом и прикончила! И сожрала бы! Кстати, вы ее нашли?
— Хм… — пробормотала Кира. — Ну, как вам сказать, вообще-то нашли.
— Ужас, правда?
— Да. Страшноватая зверюга. Но знаете…
— Коричневая шерсть! — перебил ее Олег. — Такая густая и лохматая, что я даже сначала подумал, что на меня напал медведь.
— Лохматая коричневая шерсть? — изумилась Кира. — У собаки?
— Да! Да! И морда такая зверская! А шерсть очень густая и длинная, как у медведя!
— Вы в этом уверены?
— В чем?
— М-м-м… В качестве шерсти!
— Ну, разумеется! На всю жизнь запомню это жуткое ощущение, когда сзади на меня напала эта зверюга. И главное, подкрался зверь ко мне совершенно бесшумно. Зарычал уже потом, когда я стал отбиваться. А набросился без всякого предупреждения.
— Сзади?
— Вот именно, сзади и сразу же укусил за плечо. Да так сильно, что рука у меня практически сразу же отнялась!
— За плечо? — переспросила Кира. — И вы при этом стояли?
— Естественно, стоял.
— Не на четвереньках, а на ногах?
— Странные вопросы вы задаете, — даже слегка обиделся Олег. — С чего это мне стоять на четвереньках среди ночи в диком лесу?
— Но позвольте, какого же размера тогда должна была быть эта зверюга?! — воскликнула Кира. — Вы мужчина далеко не маленького роста, даже высокий. И плечо ваше находилось на весьма приличном расстоянии от земли.
Некоторое время Олег изумленно таращился на нее.
— Вы знаете, а ведь верно! — произнес он наконец. — Надо же! А я только сейчас сообразил!
— Может быть, этот зверь на вас прыгнул?
— Откуда?
— Сверху. С дерева. Или с большого камня.
— Нет! Не было там ни деревьев, ни камней поблизости. Это случилось на открытом пространстве. Только кустарник, в котором вы меня потом и нашли.
Кира кивнула. Та местность в самом деле высокими деревьями не была избалована. Значит, сверху на Олега никто спикировать не мог. Разве что у напавшего на него чудовища были еще и крылья. И Кира тут же помотала головой, отгоняя видение совсем уж мифического существа с когтями, огромными крыльями и напоминающего огромную дикую собаку.
— Тьфу ты! — произнес Олег. — Выходит, на меня в самом деле медведь напал. Это он на задние лапы встает, когда хочет напугать противника.
— Медведь?
— Но я готов был поклясться, что морда у него была самая что ни на есть собачья.
