Читаем без скачивания Марьяжник - Евгений Сухов

Убийца понимал, что к нему хотят как следует присмотреться, проверить на благонадежность. С подобными приемами ему уже приходилось сталкиваться по ходу своей богатой практики.

– То есть имена интересующих вас персон, о которых вы говорили в самом начале, я сейчас не узнаю? – скорее для проформы уточнил он.

– Совершенно верно, – Цуревич позволил себе скупую улыбку. – Всему свое время, милостивый государь, всему свое время…

Далее сотрудник охранки оповестил его, в каких кругах Петербурга ему следует сделать особый упор на знакомства, подкорректировал легенду гостя из Германии, а в заключение объяснил, каким образом между ними все это время будет поддерживаться связь. Новоиспеченный господин Звонарев говорил мало. Больше слушал. А затем, совершив круг по парку, они с Цуревичем расстались возле того же самого пруда, где и состоялась их встреча. Утки успели расправиться с нежданным угощением и мирно покачивались на девственно чистой водной глади. Звонарев постоял еще немного в одиночестве, после чего, прихрамывая на левую ногу, тоже неспешно покинул территорию парка…

О том, что Корниевич в Петербурге и теперь являет собой весьма легендарную личность, он узнал через неделю. Искушение нанести бывшему благодетелю визит было слишком велико, чтобы Звонарев мог позволить себе отказать в нем. Тем более что заказчик ясно дал понять: необходимо примелькаться. А как это сделать без прежних связей? Мысль показалась удачной.

За минувшие годы бывший отцеубийца сильно изменился, чему немало способствовали и годы, и проделанные операции, однако Кирилл Александрович каким-то непостижимым образом почти сразу узнал своего протеже.

– Андрей!

– Вообще-то, нет, – со спокойной улыбкой возразил Звонарев. – Степан Германович, ваше превосходительство.

– Ну да, ну да, – Корниевич покрутил ус. – Я понимаю. Это весьма… Впрочем, хотелось бы знать, мой дорогой, что послужило причиной вашего непослушания тогда?

– Обстоятельства, Кирилл Александрович, обстоятельства. И ежели желаете, я готов немедленно вернуть вам все те деньги, которые вы вручили мне перед отъездом.

– В этом нет никакой необходимости, – небрежно отмахнулся генерал. – Значит, снова в России? Я рад, что ты вернулся. Рад! Надолго ли в Петербург?

– Это как получится.

Он не счел нужным посвящать Кирилла Александровича во все перипетии своей заграничной жизни, равно как и говорить о том, что привело его на родину. В разговоре с бывшим благодетелем, как и со всеми другими, с кем познакомил его Корниевич, Степан твердо придерживался той легенды, которую они выдумали вместе с заказчиком…

Время шло. Один месяц сменялся другим, а от Цуревича не поступало никаких новых распоряжений. Хотя он по-прежнему исправно перечислял Звонареву деньги. По большому счету, наемного убийцу подобный расклад дел полностью устраивал. Но в то же время он понимал, что такое бездействие не может продолжаться бесконечно долго. И, естественно, не ошибся в предположениях…

Цуревич объявился в конце октября. По заранее условленному каналу передал о том, что желает встретиться. На том же самом месте, что и в прошлый раз. Звонарев приехал.

– Вашей первой жертвой должен стать граф Щадилов, – все так же прямо, без экивоков, как и в предыдущую встречу, заявил сотрудник охранки. – Причем нам необходимо, чтобы все было сработано либо под самоубийство, либо под несчастный случай. Никаких подозрений со стороны властей…

Звонарев мысленно усмехнулся. Цуревич говорил так, словно он сам не имел никакого отношения к властям.

– Какой срок?

– Скажем, неделя, – немного подумав, выдал сотрудник охранки. – Управитесь?

Личность графа Щадилова была Звонареву отлично известна. Граф относился к одному из тех, кому Степан лично был представлен генералом Корниевичем. В доме Щадиловых его не раз принимали, а потому исполнение заказа, по мнению Звонарева, не обещало ему каких-либо трудностей.

– Управлюсь, – заверил он Цуревича, и на этом они расстались.

Работу удалось исполнить в три дня. Искусно подрезанная подпруга на необъезженном еще жеребце из конюшни графа Щадилова сделала свое дело. Жертва упала во время вечерней прогулки и свернула себе шею. Несчастный случай! Не подкопаешься. Заказчик остался доволен качеством исполнения. И не поскупился на вознаграждение. А еще через две с половиной недели Цуревич поставил перед убийцей новую задачу…

– Господин Доронин. Харитон Данилович. Слышали о таком?

Он слышал. Доронин также принадлежал к числу близких знакомых Кирилла Александровича. Равно как и ныне покойного графа Щадилова. Фигура не самая заметная в петербуржских кругах, особенно учитывая тот факт, что сам Доронин не был уроженцем столицы, но многие, в том числе и сам Корниевич, относились к нему с подчеркнутым уважением…

– Срок? – снова уточнил Звонарев.

– Прежний.

На этот раз он провозился с исполнением заказа чуть дольше. Пять дней. Но результат оправдал затраченное время. Ни у кого не возникло ни малейших сомнений относительно того, что Доронин собственноручно свел счеты с жизнью. Всем были известны финансовые проблемы Харитона Даниловича, немало тяготившие его в последнее время, а найденная рядом с телом предсмертная записка, исполненная рукой покойного (вот тут-то и пришлось изрядно потрудиться), и вовсе поставила жирную точку в этом деле.

– Мы вами крайне довольны, милостивый государь, – расщедрился на скупую похвалу Цуревич. – Настолько довольны, что… Одним словом, для вас есть более крупный заказ. Но я не имею права распространяться на эту тему лично. Увы, не уполномочен.

– А кто уполномочен?

– С вами желает встретиться одна высокопоставленная особа, – Цуревич невольно понизил голос до шепота, и в этот самый момент холодный ноябрьский ветерок взлохматил его седую шевелюру. – Она вам все и объяснит. Самым надлежащим образом. Так что здесь, милостивый государь, – он виновато развел руками, – мои полномочия заканчиваются. А вам желаю удачи.

Он словно хотел было добавить: «Приятно было познакомиться», но не сделал этого. Втянув голову в плечи, Цуревич резко развернулся и зашагал прочь.

А тремя днями позже Звонареву была назначена встреча с той самой высокопоставленной особой, о которой и говорил сотрудник охранки. Без каких-либо колебаний Степан отправился на это рандеву…

– Генерал Корниевич? – спокойно переспросил Звонарев, осознав вдруг, что молчит довольно долго, а князь выжидательно смотрит ему в лицо. – Он – заговорщик?

– Вне всяких сомнений, – грустные глаза великого князя, казалось, стали еще грустнее. Он словно сожалел о том, что действительность выглядела именно так. – И я вполне могу понять ваши колебания, господин Звонарев.

– Неужели?

– Да. Представьте себе. Задача не из легких, – на самом деле князь истолковал все по-своему. – Подобраться к Корниевичу гораздо сложнее, чем к тому же Щадилову или Доронину. Генерал почти круглосуточно окружен несметным количеством адъютантов. А уж если попытаться обставить его смерть как несчастный случай, что, собственно, нам и требуется, господин Звонарев, то… В общем, я все понимаю. Но, во-первых, мы надеемся на ваш профессионализм, а во-вторых, вы же вроде как уже состоите в близких отношениях с Корниевичем. Именно по его рекомендации вам удалось войти в определенный круг людей, что и позволило в итоге подобраться к двум предыдущим персонам…

– Да, все это так, – предпочел оборвать рассуждения собеседника Звонарев. – Но вы, надеюсь, понимаете, какой резонанс может вызвать смерть генерала?

– Понимаю. Однако несчастный случай, надеюсь, подобного резонанса не вызовет. Мы хотим, чтобы все выглядело естественно… А обезглавленная группа заговорщиков, в свою очередь, уже ничего не сможет сделать. Ваша работа в России на этом завершится, господин Звонарев, вы будете щедро вознаграждены и сможете вернуться обратно к себе в Германию. Ну, или в любую другую страну, куда захотите…

Возвращаться в Германию он был не намерен. На этот счет у Звонарева давно уже созрели вполне конкретные планы. Но убийство Кирилла Александровича!.. Нет, угрызений совести или чего-то в этом роде Звонарев не испытывал. Он знал, что это непозволительная роскошь для наемного убийцы. И вчерне он уже имел представление о том, как можно без особого труда выполнить поставленную перед ним задачу. Несмотря на все то, что сказал великий князь, сложностей в данном вопросе Степан не видел. Однако он чувствовал себя немного неуютно…

– Когда я должен осуществить заказ?

Князь развел руками:

– Чем скорее, тем лучше. Впрочем, мы ни в коей мере вас не торопим, господин Звонарев. Результат важнее, чем сроки.

Аудиенция была завершена. Звонарев поднял с пола саквояж, а затем встал и сам, слегка припадая на левую ногу. Князь вежливо встал. Степан не мог не оценить бравой военной выправки великого князя. Заметил он и то облегчение, которое испытал его собеседник, осознав, что их встреча завершена. Звонарев усмехнулся. Ему было не привыкать к тому, что люди чувствуют себя в его обществе неуютно. Причем люди любого «калибра». Любого социального положения.