охарактеризовала для себя это чувство.
В доме было непривычно тихо. Майя посидела на диване в гостиной, грея в ладонях ключ и глядя в одну точку. Она нашла для себя целый список причин, по которым ей не стоило спускаться в подвал, и ни одну — за. Но все же знала, что сделает это. Вот только соберется с духом. Наконец, Майя встала, сделала глубокий вдох и посмотрела в зеркало. Поправив волосы, она нервно выдохнула.
«Серьезно, ты прихорашиваешься перед встречей с тем, кому не составит труда тебя убить?» — усмехнулся ее внутренний голос.
И Майя велела ему заткнуться.
Напевая «Demons», она отправилась к заветной двери, за которой таилась тьма. Ее сердце грохотало в груди так сильно, что в ушах начало шуметь. Руки дрожали. Но никуда прежде ее не влекло так сильно, как в эту черную пропасть, что обещали глаза парня, и чувства, которые она испытывала, вспоминая о них, не поддавались никакому логическому объяснению.
Замок открылся.
Она отложила его на полку и взяла папин фонарик. Затем отворила дверь, за ней — оглушающая тишина.
«Там таятся мои демоны, таятся мои демоны…» — звенело в голове, и Майя ступила на лестницу. В нос ударил запах сырости, прохлада окутала ноги, и с каждым шагом прокрадывалась по ее телу все выше.
Она остановилась на последней ступеньке и направила луч во тьму. «Бах, бах, бах!» — отбивало яростный ритм ее сердце. Голова кружилась от страха. Вампиру ни к чему было щадить ее. Она знала, что он убьет ее, если только захочет, но часть ее словно желала именно этого.
— Боишься? — Раздался низкий бархатный голос.
Майя не ответила. Ее будто парализовало на мгновение, дыхание сбилось. Луч фонаря заплясал в ее руке.
— Я чувствую это. — Сказал он. — Страх пахнет особенно.
Майя чувствовала себя идиоткой, глядя в темноту. Она понимала, откуда идет его голос, но готова была к тому, что в следующую секунду парень может оказаться где угодно — даже у нее за спиной. Он мог освободиться от цепей и ожидать того момента, когда кто-то придет и откроет дверь. И вот она тут — освободила его по глупости и поплатится за это собственной жизнью.
— Подойди. — Произнес вампир.
Темная тень выросла у стены — он поднялся. Майя направила на него фонарик.
— Да что ж вы за люди. — Выдохнул парень. — Зачем каждый раз светить в лицо?
Она сглотнула и облизнула губы.
— Прости.
Луч фонарика скользнул вниз, пробежался по его плащу, но Майе почему-то очень хотелось вернуть его на лицо пленника. Она невольно поймала себя на мысли, что залюбовалась его лицом.
У него были красиво очерченные скулы и глубокие карие глаза. Полные губы выглядели соблазнительно и порочно, а красивой дуги, похожей на сердечко, на его верхней губе ей захотелось коснуться своими губами — Майя готова была поклясться, что он совсем не холодный, как пишут о вампирах в глупых книжках и показывают в фильмах. Она была уверена, что его губы горячи, как раскаленный песок в знойный день.
— Подойди ближе. — Повторил он. — Ты же не собираешься разговаривать со мной оттуда?
— Да. — Произнесла Майя и шагнула во тьму.
Сделала несколько шагов и остановилась напротив него. Теперь их разделяла всего пара метров. Ее глаза уже немного привыкли к темноте, и дыхание замерло, когда она смогла разглядеть черты его лица: вампир прикусил губу и наблюдал за ней с хитрым прищуром. Он был выше примерно на голову, и Майя чувствовала себя беспомощной, глядя на него снизу вверх.
— Где твои клыки? — Ляпнула она, не отрывая взгляда от его губ. — Или ты выпускаешь их, только когда нападаешь?
Парень поднял бровь.
— Мне не нужны клыки для того, чтобы отгрызть часть тебя. — Его слова прозвучали абсолютно без эмоций. — Ты не представляешь, на что я способен.
Страх льдом прокатился по ее венам. Вздохнув, Майя выключила фонарик — теперь она ощущала себя на равных с этим монстром.
— Ты убиваешь людей?
Внутри нее все вибрировало в ожидании ответа. Парень смотрел на Майю и ничего не отвечал, и от этого она нервничала еще сильнее.
— Сейчас я на диете. — Наконец, сказал Микке.
— Значит, питаешься животными? Или чем-то другим? Совсем не употребляешь кровь?
Он шумно выдохнул. Похоже, это была усмешка.
— Ты пересмотрела фильмов про вампиров. — Парень раздраженно поджал губы. — Они заставляют людей относиться к вампирам, как к чихуахуа, который ест собачьи консервы и забирается на колени к невзрачной школьнице.
— Я просто никогда не видела настоящего вампира и не знаю, чего ожидать. — Гордо вздернув подбородок, парировала Майя. — Но спасибо, у тебя прекрасное чувство юмора, и я сразу усвоила, что ты не Эдвард Каллен.
— Всегда пожалуйста. — Ухмыльнулся он.
— Так чем ты питаешься? — Она расправила плечи, пытаясь показать, что не боится его, хотя, сама почти заикалась, задавая вопрос.
— Кровь это жизнь. Я отбираю жизни других, чтобы продлить свою.
— Что тогда означают твои слова о диете?
— Что в последнее время я пытаюсь никого не убить. — Ответил Микке. — Отчего хреново себя чувствую, и потому… — Он дернул рукой, и зазвенела цепь. — Оказался в такой тупой ситуации.
— Значит, тебе трудно без крови. — Заключила она.
— Я пытался раздобыть немного в клинике, но кончилось плохо. — Его губы изогнулись в полуулыбке. — Твой отец держит меня на привязи, обещая помощь, но знаешь… так легко сорваться, когда перед тобой оказывается такой лакомый кусочек…
— Ты меня не тронешь. — Уверенно сказала Майя, стараясь быть смелой.
— Отчего ж? — Улыбнулся он.
— Тебе ничто не мешает сделать это прямо сейчас. — Она приблизилась к нему почти вплотную. — Но ты не делаешь. Значит — как и сказал мой отец, хочешь справиться с этим.
Микке был удивлен. Он выглядел так, будто хочет шагнуть назад, но не может. Вампир, кажется, не ожидал такой смелости от смертной.
— Ты не знаешь, кто я. — Холодно произнес он.
— Тебе обидно, что я не боюсь тебя? — Майя подняла на него взгляд.
— Ты — самоубийца, если остаешься здесь, зная, что я могу с тобой сделать. — Микке наклонился к ее лицу. — Либо хочешь этого.
— Твое сердце бьется?
