– Я проспала весь полет? Похоже, сегодня ночью я не сомкну глаз.
– Я не буду возражать. – Взгляд, который Дима бросил на Дженну, сказал, что у него были вполне определенные планы на следующую ночь.
Дженна рассмеялась и покачала головой:
– Я бы спросила, что ты имеешь в виду, но я знаю, о чем ты думаешь. Мне очень понравилось наше время на яхте.
– Мне тоже, Дженна. Мы с тобой очень хорошо подходим друг другу.
– И я хочу, чтобы это всегда было так.
Глаза Дмитрия расширились от удивления, его тело дернулось в шоке, как будто ее согласие ошеломило его. Затем он нахмурился.
– Ты имеешь в виду, что хочешь вечного отпуска? Вечных отношений не всерьез?
– Нет, я вовсе не это имела в виду.
Дмитрий встал как вкопанный.
– Мы приземляемся через тридцать минут.
Затем он вышел из спальни.
Что только что произошло? Дженна не знала, но ей не нравилось ощущение, что она упускает что‑то элементарное. Она приняла душ, хотя и очень быстро, и оделась соответствующим образом для Абу‑Даби, прикрыв плечи и повязав на шею повседневный шарф, который при необходимости можно было использовать в качестве головного убора.
Королевский особняк был огромным. Здание площадью семь тысяч квадратных метров, окруженное пальмами и каменным забором, увенчанным декоративным кованым железом, произвело сильное впечатление на Дженну.
– Здесь есть бассейн олимпийского размера, который отлично подходит для плавания, но я предпочитаю наш маленький бассейн для отдыха, – сказал Дмитрий.
– И не только отдыха, – поддразнила Дженна, желая вернуть теплого, улыбчивого Диму.
Этот задумчивый альфа‑самец был очень сексуален, но он заставлял ее грустить, и она не знала почему.
– Я никогда не приводил сюда другую женщину, – его тон подразумевал, что он находит саму мысль непристойной, – я не привожу любовниц в дом моей семьи.
– Я исключение?
Потому что она определенно была его любовницей.
– А ты сомневаешься? – спросил Дмитрий со странной интонацией.
Дженна сомневалась очень во многом. После того, как она смогла признаться самой себе в чувствах к Дмитрию, определенности в ее жизни почти не осталось.
Они продолжили осматривать дом. Из фойе через арочные проемы можно было попасть в три разные комнаты. Одна представляла собой большую гостиную, другая – столовую, где за столом легко могли разместиться шестнадцать, если не двадцать человек. Третья комната была библиотекой. Красивая мебель из темного дерева украшала каждую комнату, обивка отличалась оттенками заката. Это было впечатляюще и роскошно.
– Это напоминает мне о проектах Пайпер Никос, но я думала, что она занималась только объектами, разработанными компанией ее мужа.
– Ты хорошо разбираешься в моде. Никос занималась декором этих комнат, когда еще руководила своей частной дизайнерской фирмой.
– Интерьер так хорошо выдержал испытание временем? – Дженна была впечатлена. – Эта библиотека… это место не похоже на помещение, используемое для деловых встреч.
– Это было любимое место отдыха моей матери.
И он привел Дженну в этот явно очень уединенный семейный оазис?
– Ты редко упоминаешь о ней, – мягко сказала она, положив руку ему на плечо. На красивом лице Димы отразилась застарелая печаль.
– Я был ребенком, когда мы потеряли ее, но я до сих пор помню ее улыбку.
– И это больно?
– Да.
– Спасибо.
Он повернулся к ней лицом.
– За что?
– За то, что не играешь в стоического мужчину. Делишься со мной своими настоящими эмоциями.
– Похоже, я просто не умею скрывать их от тебя, несмотря ни на что.
– Я знаю тебя лучше, чем большинство людей, – сказала Дженна утешительно.
Дмитрий взял Дженну на вечернюю прогулку на каяке по мангровому лесу. Это было удивительно и волшебно, запах мангровых зарослей смешивался с ароматом воды, изобилующей дикой флорой и фауной. Звуки ночной жизни в заболоченном лесу были совсем не тем, что она ожидала здесь услышать. Когда они вернулись на причал, Дженна нисколько не удивилась, обнаружив, что у Димы есть планы поужинать в одном из самых популярных ресторанов города.
Официант проводил их к столику. Дженна увидела на нем букет ирисов и почувствовала, как слезы жгут ей глаза.
– Они прекрасны.
– Их получатель еще красивее.
– Если бы я не знала тебя, я бы подумала, что ты ухаживаешь за мной, мой принц. – Она наклонилась к нему, но не настолько близко, чтобы шокировать других посетителей: – Мне хорошо с тобой.
Его ровные белые зубы сверкнули в великолепной улыбке, а серые глаза пылали, как расплавленный металл.
– И мне хорошо с тобой, милая.
