никчемного муженька из очередной патовой ситуации. Таня даже поначалу ревновала Макса к Белле. Удивительно, что никогда не было ревности к Лине. Видимо, совсем не считала ее женщиной в том понимании, которое вкладывал в это слово ее Максим.
Таня познакомилась с ним еще в школе. Макс был старше на восемь лет. В том возрасте это колоссальная разница между мужчиной и женщиной. Она его воспринимала скорее как отца или старшего брата. Умный, начитанный, красивый, как с обложки американского журнала. Встретила его в библиотеке, а там только с кем-то приличным можно познакомиться. Со временем они сблизились, ей действительно не хватало отца и друга: Таню воспитывала одинокая мать, отца она вообще никогда не видела. Таня скрывала отношения от одноклассников, матери и близких подруг. Вначале стеснялась, что такая разница в возрасте, боялась осуждения, а потом привыкла и решила: пусть их отношения будут их маленькой тайной – это сближает.
В школе она подружилась с новенькой – Ангелиной. Решающим в этом стала информация, что Лина – дочь очень влиятельного человека. При этом маленькая, серенькая и страшненькая, что Таню в общем-то и привлекло. Она задумала взять бедняжку под свою опеку, захаживать в семью и, приблизившись к ней, как-то приподняться самой.
Потом Максим поделился с Таней своими проблемами в бизнесе. Он чего-то сделал неправильно, его поставили на счетчик местные бандиты, отобрали бизнес и чуть не убили. Таня голову сломала, раздумывая, как ему помочь. Выход подсказала Лина. Как-то, через пару лет после окончания школы, подруги разговаривали по душам, и Лина посетовала, что хочет замуж, а шансов никаких.
– Понимаешь, как мне тяжело, – Лина сидела возле окна с чашкой чая, рассуждая о трудностях своей жизни, – а так хочу замуж, но у меня никаких шансов с кем-то познакомиться нет. Все от меня шарахаются. Почему-то вокруг ценится только физическая красота. Ну не дал мне Бог грудь и ноги, только глаза. – Лина горько усмехнулась.
– Да что ты! Подожди! Рано просто еще, найдешь своего мужчину. Вот пойдем с тобой гулять куда-нибудь и встретим их – ты своего, а я – своего, – успокаивала Таня подругу.
Мысленно же в очередной раз подумала, как ей ненавистно это нытье. У Лины есть все, о чем только можно мечтать. А уж какие достались родители! А дом! Ей ни в чем не отказывали, она вообще не знала, что такое, когда не на что хлеб купить, когда ходишь в одном платье три года, когда приходишь домой, а там тебя встречает не элегантная бывшая балерина Агриппина в дорогущем шелковом халате и тапочках с меховыми помпонами, а местная пьянь Любка, по совместительству твоя мать. В подобные минуты Таня ненавидела Лину. В этот раз, пока подруга жаловалась, у Тани созрел план. Гениальный!
Максима пришлось уговаривать долго. Никак он не хотел соглашаться играть роль мужа этой убогой Линки. Потом, пораскинув мозгами и поняв наконец выгоду для них обоих от предстоящей авантюры, согласился. Дальше дело техники. Пляж, альбомы и красавец Макс под старой ветлой. Только оба не предполагали, что все так сильно затянется – на долгие десять лет. Ну ничего, скоро конец. Еще пара дней – и у них будет все.
– Нет, ну что же он не пишет! – Таня в очередной раз проверила телефон и решилась-таки написать сама.
«Максик, ну как там дела, доехали? Целую и скучаю, мой пупсичек!» – напечатала она, чуть помедлила и нажала кнопку отправить.
* * *
Вопреки прогнозам синоптиков, ветер поменял направление и дул с гор. Морская гладь зарябила мелкими барашками, отгоняя воду от берега. Над горными пиками повисли мрачные тяжелые грозовые тучи. Первые капли ударили по многовековым камням, потревожив стадо горных козлов. Животные метнулись в сторону в поисках спасительного укрытия. Самый старый не удержал равновесие на мокрых острых камнях, поскользнулся и с протяжным криком полетел вниз, увлекая за собой груду тяжелых камней, которые сбивали все на своем пути и лавинообразно увеличивали каменный водопад, сливающийся с дождевыми потоками. Через несколько метров большой валун выбросил козла в сторону. Тот чудом восстановил равновесие, встал и побрел догонять своих под грохот набирающего силу селевого потока.
* * *
Он так и держал руку на ее колене. «Любил ли я когда-нибудь Лину? Что за глупый вопрос? Откуда ты его вообще взял! Сейчас нужно думать о том, что ты ее не любил, иначе у тебя, идиот, ничего не выйдет. Будь нежным, чтобы она ничего не заподозрила, и доведи дело до конца!» – Максим вел непрерывный мысленный диалог с собой. Нервничал. Раздалось звуковое уведомление. На телефон пришло сообщение. Он потянулся, чтобы взять аппарат в руки и прочесть, как в этот момент, на достаточно крутом повороте, который он прозевал, пребывая в размышлениях, его подрезал другой автомобиль. Красный француз вел себя странно: автомобиль петлял, практически сталкиваясь с другими участниками движения, словно потерял управление или за рулем сидел пьяный. Макс посмотрел в зеркало заднего вида и заметил еще одну машину, петляющую по дороге. «Шахматисты чертовы!»
– Вот же! – Он ругнулся, выправляя машину на шоссе, резко выкручивая руль и следя за тем, чтобы избежать столкновения со встречным потоком. Телефон выпал из рук Макса в ноги Лине. Она наклонилась и, поднимая его, случайно прочла на экране имя автора сообщения и сам текст, адресованный мужу. Прочитанное пронзило Лину банальной правдивостью. В голове словно сложилось все то, о чем она долгие годы, где-то внутри себя, подозревала, но, оправдывая мужа и подругу, не желая причинить боль родителям и изничтожать саму себя, отказывалась верить.
– Макс… – произнесла Лина протягивала мужу телефон, когда машину резко кинуло в сторону, сработали тормоза, выбросились подушки безопасности, больно ударив в грудь и лицо, ремень больно впился, словно перерезал тело, голова врезалась о подголовник. Произошло что-то страшное. Она не сразу поняла, что именно. Помнила какой-то внезапный удар и металлический звук сзади, визг тормозов, бешеный взгляд Максима. Сейчас же все затихло. Она вроде жива. Сидит, прижатая ремнем и подушкой. Рядом муж, тоже жив и оценивает ситуацию. Лина попробовала пошевелиться и осмотреться. Она выглянула из-за белого облака подушки, перекрывшего обзор. Перед ней только небо.
– Не шевелись! – приказал Максим. – Мы висим над обрывом. Одно движение – и рухнем. – Он говорил приглушенным полушепотом, словно боясь, что от звука голоса, от вибрации воздуха машина может упасть с трассы.
Макс анализировал ситуацию. Кабриолет чуть не слетел с трассы вниз. Их спасли современные тормоза, достаточно низкая скорость во время аварии и его опыт вождения. Сейчас же они буквально висели над обрывом, и малейшее движение могло привести к тому, что дорога под ними
