Жорж цинично усмехнулся. — Практически можно определить разум как уровень, на котором сознательный организм задает вопрос: «А какая мне в этом выгода?» — Он продолжал. — Мардж, насчет покупки у тебя одной чудесной свежей яйцеклетки, наверное, я должен попытаться объяснить тебе, какая в этом выгода для тебя.
— Не слушай его, — потребовала Дженет. — Он положит тебя на холодный стол и уставится в лоно любви без малейших романтических намерений. Я знаю, он меня три раза убалтывал. И даже не заплатил.
— Как я могу заплатить тебе, если мы вместе владеем собственностью? Марджори, милая, стол не холодный, и даже мягкий, и ты сможешь читать, или смотреть терминал, или болтать. Что угодно. Мы продвинулись далеко вперед по сравнению с процедурой, которую проводили еще поколение назад, когда вскрывалась брюшная полость и часто разрушались яичники. Если ты…
— Хватит! — сказал Иен. — Что-то новое по ящику. — Он увеличил звук.
— …Совет спасения. События последних двенадцати часов являются предупреждением для богатых и влиятельных людей, что их время кончилось, и должна возобладать справедливость. Убийства и другие пояснительные уроки будут продолжаться, пока не будут выполнены наши законные требования. Не отключайтесь от вашего местного специального канала.
11
Любой, кто слишком молод, чтобы быть свидетелем происходившего, обязательно читал об этом в школе. Но я должна подвести итоги, чтобы показать, как эти события повлияли на меня и мою жизнь. Этот так называемый «Совет спасения» заявлял о себе как о тайном обществе «простых людей», призванных исправить мириады ошибок, которые были совершены на Земле и множестве планет и других мест, где живет человек. Они обещали не пожалеть ради этого своих жизней.
Но сначала они собирались положить на это жизни немалого числа других людей. Они сказали, что составили списки по каждому территориальному государству, плюс огромный список мировых лидеров. Это были их мишени.
Совет брал на себя ответственность за первоначальные убийства и обещал убивать еще — и еще — и еще — пока не будут удовлетворены их требования.
Перечислив мировых лидеров, голос, который мы слушали, начал зачитывать список Британской Канады. По выражениям лиц и задумчивым кивкам моих хозяев я поняла, что они согласны с большей частью списка. В списке был заместитель премьер-министра, но не сама премьер-министр — к моему удивлению и, наверное, еще больше к ее. Как бы вы себя чувствовали, если бы занимались всю жизнь политикой, вскарабкались до самой вершины, а потом появляется какой-то умник и говорит, что вы недостаточно важная персона, чтобы вас убивать?
Голос обещал, что в течение десяти дней больше убийств не будет. Если к этому времени условия не будут удовлетворены, при помощи жребия один из десяти будет приговорен к смерти. Обреченные не будут названы, они просто будут убиты. Через десять дней снова один из десяти… и так далее, пока уцелевшие не достигнут Утопии.
Голос объяснил, что Совет не является правительством и не собирается замещать какое-либо правительство; он просто хранитель морали, народная совесть власть имущих. Уцелевшие правители останутся у власти — но они смогут уцелеть только если будут править справедливо. Их предупреждали не пытаться уйти в отставку.
— Это Голос Спасения! Земной рай близок! — Он отключился.
Прошло много времени после того, как кончилась запись, прежде чем на экране появилась живая ведущая. Нарушила тишину Дженет:
— Да, но…
— Но что? — спросил Иен.
— Я не сомневаюсь, что в этом списке перечислено большинство действительно обладающих властью людей. Но, представь, что ты в этом списке, и ты так напуган, что готов сделать что угодно, только бы остаться в живых. Что ты будешь делать? Что такое справедливость?
(«Что такое истина?» — спросил Понтий Пилат и умыл руки. У меня не было ответа, поэтому я промолчала.)
— Дорогая моя, это просто, — ответил Жорж.
— Не говори чепуху! Как это может быть?
— Они все упростили. Предполагается, что каждый хозяин, или босс, или тиран знает, что нужно делать; это его работа. Если он делает, что нужно, все в порядке. Если ему это не удается, его внимание привлекается к его ошибке… доктором Гильотеном.
— Жорж, веди себя серьезно!
— Дорогая, я никогда не был более серьезен. Если лошадь не может преодолеть барьер, застрели лошадь. Делай так, и со временем ты найдешь лошадь, которая сможет прыгнуть как надо — если лошади не кончатся раньше. Это правдоподобная псевдологика того рода, которую большинство людей применяют к политическим делам. От этого начинаешь задумываться, можно ли хорошо управлять человечеством при помощи хотя бы какой-нибудь системы правления.
— Политика — грязная вещь, — пробурчал Иен.
— Верно. Но убийство — еще более грязная вещь.
Эта политическая дискуссия могла бы продолжаться и дальше, если бы терминал не вспыхнул снова — я заметила, что политические дискуссии никогда не заканчиваются; они просто прерываются чем-то посторонним. На экране появилась ведущая. — Запись, которую вы сейчас услышали, — объявила она, — была доставлена на станцию посыльным. Кабинет премьер-министра уже отказался подчиниться содержащимся в ней требованиям и приказал всем станциям, которые еще не передали ее в эфир, воздержаться от этого под угрозой наказания в соответствии с Законом об общественной безопасности. Незаконность цензуры, установленной этим приказом, очевидна. «Голос Виннипега» будет держать вас в курсе всех событий. Мы настоятельно рекомендуем вам сохранять спокойствие и не покидать дом, если это не вызвано необходимостью выполнять важную общественную службу.
Потом пошли повторы новостей, поступивших раньше, и Дженет выключила звук и переключила подстрочник на экран. Я сказала:
— Иен, если предположить, что я должна буду отсидеться здесь, пока в Империи все не уляжется…
— Это не предположение, это факт.
— Да, сэр. Тогда мне необходимо немедленно связаться с моим работодателем. Я могу воспользоваться вашим терминалом? С моей кредитной карточкой, конечно.
— Не с твоей карточкой. Я закажу разговор, и мы оплатим его здесь.
Я почувствовала некоторую досаду. — Иен, я благодарна вам за гостеприимство, которое вы мне оказываете. Но если ты собираешься настаивать на оплате даже того, за что гость должен платить сам, то ты должен зарегистрировать меня как свою наложницу, и объявить о своей ответственности за мои долги.
— Разумно. На какую зарплату ты рассчитываешь?
— Подожди! — потребовал Жорж. — Я плачу больше. Он жадный шотландец.
— Не слушай никого, — посоветовала мне Дженет. — Жорж, может быть, будет платить больше, но он потребует позировать и одну из твоих яйцеклеток, и все за одну зарплату. А я всегда хотела иметь рабыню в гареме. Милая, из тебя получится великолепная одалиска, и для этого нужен будет только бриллиант в твоем пупке. Но умеешь ли ты делать массаж? Как у тебя с голосом? И мы подходим к ключевому вопросу: как ты относишься к женщинам? Можешь прошептать мне на ухо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
