обратно.
Я и Сергей тоже не замедлили проверить. Действительно, теперь вертикальная полость уходила дальше вглубь.
– Веревку сильно удлинять придется, – пробурчал Гай.
– Ничего, это уже не страшно, – удовлетворенно произнес Сергей, а затем выставил руку вперед: – Появилась небольшая тяга.
Я тоже вытянула руку, ощутив слабое обдувание сверху вниз.
– При открытии перегородок система заодно делает продувку туннелей?! – продолжил наш инженер. – Воздух, находившийся в туннеле, заменяется атмосферным, насыщаясь кислородом, и мы можем прямо сейчас исследовать проход внизу.
Затем он повернулся ко мне и с наигранным сожалением в голосе проговорил:
– Аля, тебе идти на разведку не обязательно. Можешь оставаться здесь.
Я кивнула головой в знак согласия, внутренне радуясь, что мне не придется снова обвязываться ненавистной веревкой. К тому же вниз было страшно смотреть, не говоря уже о том, чтобы туда спускаться.
* * *
Вылазка не принесла положительных результатов, хотя мы их и не ожидали. Состояние проходов достаточно четко прослеживалось и по схеме.
Как и предполагал Сергей, труба в сторону северной сферы оказалась не на много толще руки. Оставалась надежда, что удастся расчистить проход в юго-западном направлении, что позволило бы всему отряду под покровом ночи тихо пробраться по нему и выйти за пределы кольца окружения. Однако грунт, перемешанный с обломками и слежавшийся в камень за многие тысячи лет, с трудом поддавался даже такому признанному горному специалисту, как Гай. Работа там по предварительным оценкам заняла бы десятки дней, коими мы не располагали.
Я и Фангур, который тоже предпочел остаться в центре управления, наблюдали через схему за действиями наших ребят внизу. Под конец Сергей, догадываясь, что мы следим за ними, поднял руки, сложенные крестом, но и без того все было понятно – мы потерпели неудачу.
Глава 13. Поиск направления прорыва
– Раз уж вы так и не нашли способ выбраться отсюда живыми, будем прорываться с боем, – выпалил Фангур, когда ребята поднялись в центр управления. – Лучше погибнуть в бою, чем от жажды и голода.
– Скоро начнет темнеть, – поддержал вождя Гай. – Атакуем оча в темноте.
– А вы подумали, куда мы будем прорываться? – критическим тоном отозвался Сергей.
– Это не имеет значения! – с пафосом в голосе произнес Фангур. – Какая разница, в какой стороне умирать?!
Повисла тягостная тишина.
Вождь вышел в проход к вертикальной шахте и прокричал сотникам, чтобы остатками еды покормили бойцов. Он еще добавил, что к моменту начала боя воины должны успеть проголодаться. Это сделает их злее.
Сверху не забыли и нам спустить немного из съестных припасов.
В который уже раз мы попадаем в безвыходное положение, но ведь раньше всегда удавалось отыскать верное решение. Хотя, зачем тешить себя несбыточными надеждами?! До этого у нас были хоть какие-то шансы. А что сейчас? Нас окружают полчища злобных оча, и они постоянно прибывают. Откуда только берутся эти мохнатые в таком количестве?!
Мы, во всяком случае, не просидели сложа руки, а искали выход из сложившейся ситуации. Все, что в наших силах, мы сделали. Винить себя нам не в чем.
А, собственно, чего это я нахожусь в таком унынии?! У меня нет причин жаловаться на судьбу. Мне довелось повидать другой мир, пройти через массу всего удивительного. Только бы смерть оказалась быстрой, и я знаю, как это обеспечить. Когда станет ясно, что наше поражение неминуемо, попрошу Сергея убить меня своим мечом. Он уже поднаторел в этом деле. Хотя нет, он откажется, не сможет. Тогда попрошу Гая, он поймет и сделает все, как надо.
От мрачных мыслей меня отвлек Сергей:
– Дайте мне немного времени. Нужно обмозговать одну идею.
Какая тут может быть идея?! Или он хочет, чтобы нас до последнего момента не покидала надежда?..
Гай и Фангур, потеряв интерес к нашим изысканиями, отошли к стене и расположились на отдых. Они предпочли набраться сил перед сражением.
– Аля, поднимай схему, и сразу переходи к северной сфере, – оживленно потребовал Сергей.
А, может, я не права? Не похоже, чтобы наш инженер стал суетиться просто, обозначая бурную деятельность. Вон, как глаза загорелись.
– Давай посмотрим, насколько глубоко уходит эта труба, – Он указал на удлиненный цилиндрический предмет, отходящий вертикально вниз от круглого объекта на севере. – Перемещай всю голограмму.
Для выполнения такой процедуры мне уже не требовались усилия. Объекты схемы, по мере того, как я перебирала руками, поднимались все выше. Вертикально уходящая вниз округлая полость все не заканчивалась, теряясь во мраке, и для ускорения процесса схему пришлось значительно сжать. Несмотря на ставшую миниатюрной конструкцию, три сферы быстро скрылись за потолком. Из видимых фрагментов осталась только эта широкая труба, что уходила вниз все глубже и глубже.
– Вот докуда она идет! – воскликнул Сергей. Уменьшай схему еще сильнее.
Монотонно работая руками, я не сразу заметила, как внизу из мрака появился поворот в горизонтальное положение на юго-восток.
– Теперь давай проследим, куда эта полость ведет дальше.
Труба растянулась параллельно полу через все помещение, оказавшись столь длинной, что ее поворот по мере передвижения вскоре ушел за пределы помещения. В то же время окончание конструкции из противоположной стены еще и не думало показываться.
В моей голове все еще роились мрачные мысли, и я молча делала все, о чем говорил Сергей. Да и откуда взяться позитиву?! Чтобы опустить ребят на дно вертикальной шахты нашей сферы потребовалась веревка огромной длины. Здесь же труба до ее поворота в горизонтальное положение уходила вглубь настолько, что я никак не могла понять энтузиазм моего собеседника.
Для еще большего ускорения процесса я уменьшила схему до предела. Теперь приходилось перебирать руками по тоненькой трубке, диаметром не более толщины моей руки. Попытки еще сильнее сократить размеры голограммы не увенчались успехом.
По мере того, как длинная округлая поверхность продвигалась мимо нас, мы ее внимательно осматривали. Вдруг показался участок, где она была значительно сплюснутой с боков вплоть до образования зигзагообразной формы. Сергей поднял руку в знак остановки.
Пришлось увеличить схему. Исходный вид полости, обозначенной более прозрачной оболочкой, представлялся ровным. Немного замутненная форма, соответствующая текущему состоянию конструкции, сильно искривлялась, будто попала под горизонтальную гильотину. Видимо, материал оказался достаточно эластичным. Труба в месте искривления заметно вытянулась по длине, но до конца не перерубилась. Во всяком случае, поверхность современного ее состояния нигде не выглядела разорванной.
Сергей озадаченно осмотрел искривленный участок, а затем произнес:
– Здесь произошел сдвиг тектонических плит коры планеты. Вот почему трубу так покорежило, но нам повезло. Проход не перекрылся полностью.
– Ты рассматриваешь эту трубу в качестве прохода для нас? –
