– Беатрис, это Стив. Я кое-что узнал. Скоро подъеду. – Он уже собирался отключиться, но Беатрис остановила его:
– Постой. Я сейчас не в отеле. Мне позвонил Майкл и попросил приехать в дом Сэмюэлсов.
Раздалось несколько пронзительных гудков машин: видимо, кто-то из водителей потерял терпение.
– Что? Я плохо тебя слышу.
– Я тоже. Приезжай к Донне. Встретимся там. Похоже, Майкл решил во всем признаться.
– Нет, Беатрис, нет…
Красный свет несколько раз моргнул на прощание и сменился зеленым. Машины, словно скакуны на старте, дружно завели моторы.
– Стив, я совершенно не слышу тебя. Говори громче.
– Что?
– Громче! – крикнула Беатрис, безуспешно пытаясь перекричать гул машин.
Из трубки снова донеслось невнятное бормотание. Стив явно желал поделиться полученными новостями. Беатрис готова была кусать от досады локти.
– Встретимся у Донны. Слышишь? Приезжай прямо сейчас к Донне, – как можно громче и четче произнесла Беатрис, прежде чем отключить телефон.
– Добрый день, Донна, – стараясь выдержать официальный тон несправедливо обиженной женщины, поприветствовала кузину Беатрис.
– Добрый, сестренка, – процедила Донна сквозь зубы. Однако в ее взгляде промелькнула благодарность за удачно выбранную манеру поведения.
– Девочки, не ссорьтесь, – попытался примирить их стоявший посреди гостиной Майкл.
Он и в самом деле походил на мирового судью. Высокая статная фигура грозно возвышалась над двумя миниатюрными женщинами, сидевшими по разные стороны от круглого столика.
– Майкл, зачем ты позвал Беатрис? – спросила Донна.
– Я бы и сама хотела это узнать. Не думай, что мне доставляет удовольствие пребывание в вашей компании. Единственное, на что я надеюсь, это то, что Майкл наконец раскроет свои карты и честно признается в совершении…
– Я ни в чем не виноват! – перебил ее Майкл. – Прошу вас, выслушайте меня.
Сестры дружно вздохнули.
– Я думал, что страшная история навсегда осталась в прошлом. Так бы оно и было, если бы не твой приезд, Беатрис. Мы с Донной давно вместе. Мы любим друг друга. Да-да, не надо так скептически усмехаться, Беатрис. Я и в самом деле обожаю, боготворю Донну.
– Я тебя тоже, – прошептала она, и ее глаза снова увлажнились.
– Майкл, ты, похоже, спутал меня со священником, – заметила Беатрис. – Клятву верности и любви произнесешь послезавтра. Если, конечно, ваша свадьба все-таки состоится.
– Беатрис, дай мне высказаться.
Она кивнула и приняла позу недоброжелательно настроенного слушателя: скрещенные на груди руки, холодный пристальный взгляд и горделиво поднятая голова.
– Беатрис, единственное, в чем ты оказалась права, это то, что я действительно жил прежде в Атланте. В Монтгомери я перебрался пять лет назад.
– Какое совпадение! – иронично заметила Беатрис, но Майкл предпочел проигнорировать ее слова.
– Пять лет назад моя жизнь превратилась в кошмар. Именно поэтому я перебрался в Монт-гомери и начал новую жизнь с чистой страницы. Я оборвал абсолютно все нити, которые связывали меня с семьей, работой, друзьями и знакомыми. Впрочем, к тому моменту, когда я покинул родной город, их осталось не так уж много. – Майкл перевел дыхание и продолжил: – Я был, что называется, человеком без прошлого, темной лошадкой. Поначалу это вызывало подозрения, однако вскоре люди сами придумали мне прошлое. Некоторые подробности моей биографии, оброненные случайно или же целенаправленно, обрастали целыми легендами. В результате к моменту моего знакомства с Донной я уже был вполне обычным человеком. А некоторая таинственность, по мнению многих, придавала мне шарму. – Майкл усмехнулся. – Враги после очередного выигранного мною процесса шептались, будто мне помогает сам дьявол.
Беатрис нетерпеливо махнула рукой, попросив рассказчика перейти к главному. Майкл остановился, словно собирался с духом перед решающим боем. После минутной паузы он произнес:
– Во всем виноват Кевин.
Беатрис округлила глаза. Кевин? Это имя жертвы?
– Клянусь, я не знал, что он сделал это. Вернее, я не желал в это верить. Трудно признаться самому себе в том, что твой родной брат, похожий на тебя как две капли воды… убийца. – Последнее слово явно далось Майклу с большим трудом.
В комнате воцарилась гнетущая тишина. Донна снова расплакалась. Причем непонятно, что именно ее расстроило: то ли известие о том, что брат жениха убийца, то ли сам обескураженный Майкл, замерший посреди гостиной с опущенной головой, то ли сомнения относительно его искренности… Беатрис сидела молча, пытаясь привести рой мыслей в более или менее упорядоченный строй.
Майкл продолжил:
– Кевин – мой брат-близнец. Мать родила нас довольно поздно. Видимо, Господь вознаградил ее двойней за долгое ожидание ребенка. Однако, кроме внешности, нас с Кевином вряд ли что-то сближало. Мы даже в раннем детстве не играли вместе. Кевин всегда был замкнутым, угрюмым ребенком. Из-за слабого здоровья ему доставалось больше родительского внимания. Порой мне казалось, что он симулировал болезнь, лишь бы его поносили на руках или подарили новую игрушку, которую он тут же ломал и забрасывал в дальний угол.
– В то время, пока я учился в школе и был едва ли не первым учеником, Кевин таскался по улицам в сомнительной компании. Мать часто оправдывала сына, защищала перед отцом, уверяла, что Кевин перерастет переходный период и возьмется за ум.
– К нашему общему удивлению, Кевин женился. Нам было всего по девятнадцать. Я учился на первом курсе юридического факультета Гарварда. Редко бывал дома. Для меня приглашение на бракосочетание Кевина Арвуда и Лили Коннингем явилось полной неожиданностью. Я вообще не представлял своего горе-братца в роли мужа и отца. Однако на семейном совете мы решили не препятствовать ему, наивно вообразив, что прелестная избранница Кевина наставит его на путь истинный.
Лили пророчили большую карьеру скрипачки. Уж на что мой отец не переносил, как он говаривал, пиликанья на скрипке, но даже его доводила до дрожи проникновенная игра невесты непутевого Кевина. До сих пор не понимаю, чем мой брат смог привлечь такую одухотворенную особу, какой, без сомнения, была Лили.
– Была? – удивилась Беатрис.
– Да, – со вздохом подтвердил ее догадку Майкл. – Лили исчезла. До самого последнего момента я не знал, что с ней произошло.
– А теперь знаешь? – едва слышно спросила Донна.
– Да. Благодаря Беатрис.
Наконец все фрагменты мозаики сложились воедино. Недостающий кусочек лег на свое место, и Беатрис едва не вскрикнула, мысленно воссоздав всю картину.
– Кевину так и не было предъявлено официальное обвинение в убийстве жены. Однако вы ведь знаете людей… Сплетни, какие-то грязные слухи и туманные предположения постоянно витали вокруг нашей семьи. Именно они свели моих родителей в могилу раньше времени. Мама день и ночь переживала за своего любимца. Кевин нещадно пил, а вскоре и вовсе исчез. Испарился, даже не удосужившись сообщить об отъезде родителям. Это и доконало их. Лишившись главного объекта сплетен, журналисты и прочие заинтересованные «доброжелатели» буквально набросились на меня, словно стервятники, почувствовавшие запах крови. Семью преследовала одна беда за другой. После смерти родителей, оставшись в полном одиночестве, без друзей и семьи, я принял решение повторить поступок брата.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
