Читаем без скачивания Спартанцы Гитлера - Олег Пленков

СС не только прибирали к рукам полицейские функции, но и неустанно расширяли их: в 1937 г. Гиммлер заявил, что перед политической полицией стоит задача создания нового политического порядка, а не охрана старого, при этом ее деятельность протекает вне всяких законов и ничем не ограничена; главное — ее соответствие указаниям руководства. Другими словами, из политической необходимости по отношению к гражданам Германии могло быть совершено какое угодно действие. Даже такой ярый нацист, как Ганс Франк, в 1942 г. констатировал, что любой немец без всякой надежды на защиту мог быть отправлен к концлагерь на любое время; ощущение беззащитности порождало всеобщий конформизм и аполитичность.

СС понимали себя не как функциональная, а как общественная элита, которая насилием стремилась к созданию новой национальной общности. В идеологии и политической практике нацизма насилие играло столь значительную роль, что нацизм и насилие, СС и насилие — стали почти синонимами. Тактика террора развивалась параллельно движению, и одними из основных носителей террора со временем сделались СС. Эсэсовский рациональный, бюрократический, безличный террор и насилие заменили «эмоциональный» и стихийный террор СА. Юридически террор оправдывался статьей 48 Конституции, в соответствии с которой чрезвычайное положение было введено 28 февраля 1933 г. в связи с поджогом рейхстага, а затем периодически продлевалось. Таким образом, в обход государственной бюрократии и судов осуществлялась практика террора, основным орудием которого были СС, возникшие как личная охрана Гитлера. СС, в отличие от СА, не были традиционной военизированной партийной армией, обычной для Германии Веймарской республики. СС были созданы как своеобразное ядро НСДАП, как своего рода внутренняя полиция партии, функции которой, впрочем, с 1931 г. целиком переняла С.Д. Создателем и вдохновителем этого тайного контрольного органа нацистского движения был злой гений движения Гейдрих. Как пишет Шелленберг, Гейдрих обладал исключительным чутьем на моральные, человеческие, профессиональные и политические слабости людей и умел эффективно этим качеством пользоваться{274}. Ни один из персонажей в верхушке нацистов не вызывал столько споров, как Райнхольд Гейдрих: выдающийся спортсмен-десятиборец, фехтовальщик, прекрасный скрипач; в 27 лет он уже стоял во главе СД, а в начале войны возглавил ядро СС — РСХА. В 1941 г. Гитлер назначил его штатгальтером в Прагу, чем молодой шеф РСХА был чрезвычайно польщен. Ко всеобщему изумлению, поведение Гейдриха в Праге было совершенно нетипичным для жесткого стиля СС. Новый штатгальтер смог обеспечить Чехию достаточным количеством продовольствия; с чехами — при условии их трудолюбия и законопослушания — он обращался вполне лояльно. Как Гейдрих, так и Карл Вольф, были живыми опровержениями представления об эсэсовце, как о грубом и неотесанном профессиональном убийце: оказывается, среди эсэсовцев встречались высокообразованные, высококультурные люди, говорившие на многих языках, знатоки немецкого и международного права, находившие общий язык с коронованными особами и высшей аристократией{275}. Покушение на Гейдриха и его смерть не были следствием давления нацистской власти в Чехии (положение в Польше было во сто крат хуже), а следствием действий диверсантов, направленных чешским эмигрантским правительством из Лондона. После смерти Гейдриха его пост в Чехии занял (до 28 августа 1943 г.) Курт Далюге, потом ненадолго — Вильгельм Фрик, а с 1943 г. имперским министром Богемии стал Карл Франк{276}.

В отличие от Чехии, в Польше СС проводила политику давления, насилия, убийств, дискриминации и унижения местного населения; итоги этой политики были плачевны для поляков. Гейдрих же политикой кнута и пряника смог за короткий срок превратить протекторат в образцовую оружейную мастерскую. Даже внешне он, в отличие от большинства нацистских бонз, соответствовал расовому нацистскому идеалу: высокий белокурый саксонец из Галле. Один из биографов называл его Сен-Жюстом и Фуше Третьего Рейха в одном лице{277}. Именно Гейдрих был истинным творцом-технократом адской машинерии СС. Эффективность, а не идеологические постулаты Гитлера, была его богом: шла ли речь об уничтожении целых групп населения, об интригах разведки, о фехтовании, о музыке, о вылетах на самолете в тыл врага, чтобы доказать своим подчиненным, что он тоже солдат.

Главным организационным достижением Гейдриха было создание СД, которая первое время занималась исключительно внутрипартийными делами и защитой партии извне; в ее задачи входило выяснение и пресечение оппозиционной деятельности внутри партии. Как в вермахте офицер Генштаба отдела Iс отвечал за сбор сведений о противнике, так и в высшем руководстве СА отдел Iс отвечал за сбор информации; в 1931 г. в мюнхенском руководстве СА его возглавил Гейдрих. Из этого Ic-отдела в 1932 г. и возникла СД (служба безопасности){278}. Она была элитой СС — почти 40% офицеров СД имели высшее образование (в целом среди немцев — 2–3%){279}.

После того, как Гиммлер стал руководителем всей немецкой полиции (1936 г.), СД была полностью реформирована Гейдрихом и ему же подчинена. Сначала из-за юридических препон СД сама не производила арестов — это делало гестапо. Огромную роль в работе СД играла деятельность многочисленных доверенных лиц (Vertrauensmcinner или V-Manner), информаторов СД. Располагая значительным числом информаторов, СД получала от них сведения из различных фирм, учреждений, школ, из частной жизни немцев — все эти сведения сосредотачивались в Берлине, где они классифицировались и систематизировались. Руководство СД таким образом формулировало задачи своих доверенных лиц: «Каждое доверенное лицо должно повсюду (в семье, в кругу друзей, на работе, в транспорте) бдительно следить за состоянием общественных настроений и откликами немцев на важнейшие политические события и состояние экономики страны, а также повседневной жизни и своевременно об этом доносить, не пренебрегая даже самыми малозначительными деталями»{280}. Если обнаруживались враги, то их предавали гестапо под началом Мюллера.

Кроме того, в СД было VI ведомство (иностранные дела), которое первоначально возглавлял Хайнц Иост (потом этим отделом руководил Вальтер Шелленберг); этому ведомству подчинялось специальное подразделение диверсионной деятельности «Ораниенбург» (им командовал Отто Скорцени), личный состав подбирался из полка диверсантов «Бранденбург»[23]; VII ведомство СД во главе с профессором Зиксом занималось мировоззренческими вопросами.

23 сентября 1939 г. Гейдрих объединил систему специальных подразделений СС в РСХА; это управление включало политическую полицию (гестапо во главе с Мюллером), уголовную полицию во главе со старым асом утрозыска Артуром Небе[24] и СД, в задачу которой входило преодоление вражеской деятельности и за пределами Рейха. Слияние СС и полиции, правда, противоречило орденским представлениям СС, но зато давало огромные политические возможности. Интересно отметить, что немецкая общественность по-разному относилась к различным подразделениям полиции: с полным пониманием, симпатией и готовностью помочь — к уголовной полиции, к гестапо же с настороженностью, а иногда даже с открытой враждебностью{281}. СД, занимавшаяся мировоззренческими противниками режима (коммунисты, масоны, евреи, католики), была вообще вне поля зрения общества. Сферы активности СД и гестапо соприкасались, и между ними часто возникали трения. В отличие от чинов гестапо (в прошлом, как правило, профессиональных полицейских), офицеры СД отличались интеллектом и образованием. В сферу деятельности СД входила контрразведка, но эта служба обладала ограниченными возможностями для ареста; контрразведчики презрительно относились к «мясникам» из гестапо, так как те ограничений для арестов не имели и часто влезали в сферы, за которые отвечало С.Д. В 1937 г. Гейдрих разделил сферы деятельности: гестапо достался марксизм, государственные преступления, эмиграция, а СД — наука, искусство, воспитание, народоведение, воспитание, партия, государство, конституция, заграница, масоны. Гестапо должно было сосредоточиться на государственных преступлениях, а СД — на противонародных. Трения, однако, продолжались, поскольку полностью разделить компетенции было невозможно. Кроме того, со временем СД все активней вторгалось в сферу деятельности армейской разведки, «Абвера», во главе которой стоял Канарис. Гестапо (около 40 тыс. сотрудников) было несравненно более многочисленной организацией, чем СД (около 3 тыс. человек); гестапо финансировали неограниченно, а СД с трудом «пробивала» финансирование своего ведомства. Кроме того, гестаповцы пользовались большими пенсионными льготами, а сотрудники СД — нет.

Реорганизация полицейской службы Третьего Рейха и возникновение РСХА соединило СД и полицию безопасности в единую унифицированную систему полицейского надзора,, но на деле слились лишь некоторые отделы этих организаций; в целом они и в дальнейшем вели раздельное существование, пытаясь отобрать друг у друга компетенции. Мечте Гейдриха об единой организации так и не удалось осуществиться. РСХА не имело официального статуса, тем не менее сразу после начала войны управление получило право «исправлять» приговоры судов. Министр юстиции Франц Гюртнер (не являвшийся членом партии), которого уважал Гитлер, пытался противостоять правовому беспределу СС; иногда ему это удавалось, и поэтому вплоть до его смерти (он умер в январе 1941 г.) власть РСХА имела некоторые рамки. После смерти Гюртнера министерство возглавил статс-секретарь Франц Шлегельбергер, значительно менее влиятельная фигура. Ко всему прочему, в августе 1943 г. Гиммлер стал преемником вышедшего в отставку министра внутренних дел Вильгельма Фрика: с этого момента вся сфера внутренней политики и формально оказалась в руках СС.