дело нечисто и куда клубочек катится.
— Не беду увиливать, мы с Петровичем решили, что фиктивный брак – это очень хорошая идея.
Жесть…
— Вы и раньше так думали, когда она крутила хвостом направо и налево и подставила меня под тюрьму.
— Гордей, ну, когда это было? Олечка, бедная, уже и в клинике мучилась сколько лет. Тебя разве с ней спать кто заставляет? Чистая формальность. Можайскому дорога репутация. И единственная дочка, которая принесет в подоле – это большой удар по фамилии. Нам же очень нужна его поддержка. А там, может, стерпится – слюбится.
Я всё стою под дверью и жду, как Гордей расскажет своему отцу про меня, но этого не происходит.
— Отец, ты несешь бред.
— У нас нет большого выбора, сын. Или у тебя женщина появилась?
Повисло напряженное молчание. Тишина уже начала давить на мои воспаленные мозги, когда Исаев наконец ответил своему отцу:
— У меня никого нет.
Сердце забыло, что ему нужно биться. Я забыла, что мне нужно дышать. Это удар в солнечное сплетение.
— Да? А вот твоя сестра утверждает обратное. Говорит, у тебя чуть ли не невеста.
— У Глории богатая фантазия, — усмехнулся Гордей. — Обычная интрижка, да и только. Если я буду всех своих любовниц в невесты записывать, то очень скоро у меня соберется гарем турецкого султана.
Любовница.
Собственно, всё, что нужно я уже услышала. С меня хватит.
Глава 16. Он меня отпустил
Алиса
Я чувствовала себя так, словно меня изваляли в грязи. По меньшей мере.
Всего лишь обычная интрижка…
Любовница…
Возможно, просто нафантазировала себе красивую сказку. Но Гордей был таким хорошим, искренним, а самое главное – настоящим мужчиной. Сильным, надежным, добрым, дающим уверенность в завтрашнем дне.
По итогу оказалось – мы просто хорошо трахаемся. Всего лишь!
Я не стала устраивать истерик, ну не в моем это стиле. Ушла в свой кабинет и попыталась успокоиться, чтобы принять решение на трезвую голову, а не сгоряча рубить шашкой направо и налево.
Но какое там?
Даже поплакала немного. Мне было больно, обидно и неприятно. Что теперь делать?
Ну, с работой всё более или менее понятно. Почти сразу созвонилась с представителями издательства и дала своё согласие. Через неделю меня будут ждать в Москве.
Нисколько не сомневаюсь в том, что поступила правильно.
Потому что оставаться здесь дальше, каждый день видеть Гордея – будет сродни невыносимой адской пытке. Я не смогу её выдержать. Просто сдамся снова в итоге на милость победителя.
Говорила же, отношения с коллегами – это большая ошибка. Хороший секс рано или поздно заканчивается. Как и произошло.
Написала заявление по собственному желанию и отнесла его в отдел кадров. Осталось только поговорить с Гордеем. Убегать, поджав хвост тоже не стану. Скажу, что мне сделали предложение, от которого я не смогла отказаться и всё. Пусть думает, что хочет. Но вытирать об себя ноги не позволю.
О, легок на помине.
Влетает в кабинет, громко захлопнув за собой дверь. В руках держит лист бумаги.
— Алиса, ты можешь мне объяснить, что происходит?
Я бы высказала ему всё, что думаю, но он ведь опять убедит меня в том, какой он белый и пушистый, навешает на уши очередную порцию лапши. А это мне совсем не нужно.
— Привет, — поднимаю глаза и стараюсь выглядеть максимально собранно. — О чем ты?
— Я о твоём заявлении на увольнение.
Гордей подходит почти вплотную ко мне. Моё сердце начинает отбивать барабанную дробь.
— Ах это, — улыбнулась через силу. — Мне предложили хорошую работу в крупном издательстве.
— Почему я узнаю последним? — хмурится Гордей. — Чисто в момент, когда требуется только моя подпись.
— Так получилось, — пожимаю плечами. — Я заходила к тебе, но ты был занят.
— Важные переговоры с отцом.
Угу, слышала я, какие они там важные. Даже спорить не стану на этот счет.
— Извини, но от таких предложений не отказываются. Я ждала его всю жизнь.
— Да я понимаю, Лис, — он тяжело вздохнул. — Просто неприятно узнать всё от любимой женщины последним.
Только вот у тебя этих «любимых» целый гарем.
— Прости.
— Ладно. Как насчет поужинать сегодня? Отметим.
— Я не против. Сейчас мне нужно отскочить по делам. Встретимся вечером, хорошо?
— Хорошо.
Гордей наклоняется, чтобы поцеловать меня и я подставляю щеку.
— Всё в порядке? — он обнимает меня.
— Да, в полном. Прости, бежать надо.
— Конечно. До вечера, малышка.
— До вечера…
Как только Гордей уходит, позволяю себе расслабиться. Если бы кто-то знал, с каким трудом мне дался этот спектакль.
Посидев ещё немного, собралась и вышла из издательства, направляясь к своей машине. Нужно ехать к Кате, дольше откладывать нельзя. Особенно, если я хочу сделать аборт.
Вы можете судить меня, ругать и проклинать последними словами, но мать-одиночка – это трудно. У ребенка должна быть полноценная семья. Любящие родители, папа и мама. Смогу ли я дать это малышу? Вряд ли.
Меня ждет переезд в другой город, пусть и не постоянный, новая работа, какие мне дети? Может быть, потом. С тем мужчиной, который будет хотеть от меня ребенка.
Катя, конечно же, едва услышав о моем решении, принялась меня отговаривать, но я до последнего стояла на своем. В итоге сестра сдалась.
— Алиса, — сестра выразительно смотрит на меня. — У тебя уже пятая неделя.
Ну опять та же шарманка? Сколько можно? Будто мне просто.
— Катя! Не думай, что мне легко, но я не готова растить его в одиночку, понимаешь? Я просто с этим не справлюсь.
— Да я не об этом, — она нервно прикусила нижнюю губу. — Медикаментозно уже не вариант. Только вакуумный аборт. Понимаешь меня?
— Понимаю, — утвердительно кивнула. — Сегодня сможем сделать?
— Сможем, — вздохнула сестра. — Нужно подождать часик, у меня последний клиент по записи. А все анализы ты сдала ещё в прошлый раз.
