Оказалось, что Мелисса тайком привела спаниеля в комнату своего брата, после того как Стивена уложили спать. Этот факт открылся позднее, когда разбудили леди Таррингтон. Уже начало светать, когда позвали лакея сторожить комнату Стивена, после чего все отправились спать.
В тот день Памелу вызвали в гостиную леди Таррингтон, где она застала сэра Чарлза Редфола, выглядевшего более обеспокоенным, чем когда-либо. Памела ожидала, что от нее потребуют рассказа о событиях минувшей ночи, но вместо этого сэр Чарлз подробно расспросил ее о трагическом происшествии у реки. Она ответила на все его вопросы, радуясь возможности выложить подлинные факты, не искаженные ненавистью и предвзятостью леди Таррингтон, и, когда была рассказана вся история, он повернулся к ее светлости и произнес:
– Боюсь, ничто из сообщенного мне мисс Фрэйн не убедило меня в том, что Хоксуорт произвел выстрел, ранивший ребенка. Это мог сделать он, но мог и любой другой. А если бы Хоксуорт был за это ответственен, крайне маловероятно, что он стал бы рисковать своей жизнью, спасая Стивена и мисс Фрэйн.
Леди Таррингтон посмотрела на него с неумолимым выражением лица:
– Я обратилась к вам за помощью, сэр Чарлз, с тем, чтобы передать этого негодяя в руки правосудия, вы же заботитесь лишь о том, чтобы найти для него оправдания! Он трижды пытался убить моего внука! Неужели ему позволят совершать одно покушение за другим до тех пор, пока он своего не добьется?
– Вы не имеете права так говорить! – Слова сорвались с губ Памелы прежде, чем она успела сдержаться, – слушать такую клевету на Джейсона и сохранять при этом молчание было свыше ее сил. – Он спас Стивену жизнь! Какие еще нужны доказательства того, что он не собирается причинять ему вред?
– Да как вы смеете? – Голос леди Таррингтон задрожал от гнева. – Как вы смеете, дерзкая девица, разговаривать со мной в таком тоне? Ей-богу, я уже верю, что вы в сговоре с Хоксуортом! Доказательство его виновности – у вас перед глазами. – Она взмахнула рукой, указывая на кинжал, который Чарлз Редфол положил на стол.
– Леди Таррингтон, ни Хоксуорта, ни его слуги не было в Таррингтон-Чейс минувшей ночью, – произнес сэр Чарлз. – Индусу нездоровится, и он не встает с постели, что подтвердил доктор Мередит, а что касается самого Хоксуорта… – тут сэр Чарлз запнулся и посмотрел на Памелу, – мисс Деламер может поклясться, что он не покидал дом.
Памела быстро отвела взгляд. Слова Редфола вызвали в ее воображении картину красивой комнаты Алисии и Джейсона там, вместе со своей любовницей. Памела ощутила укол ревности.
– Эта женщина лжет! – с гневом в голосе возразила леди Таррингтон. – Особы такого сорта ради денег скажут или сделают все, что угодно. Превосходная свидетельница, нечего сказать! А как насчет этого кинжала? Есть кто-либо в Таррингтоне, помимо Хоксуорта и его слуги, кому принадлежал бы индийский кинжал?
– Я уже передал вам слова Хоксуорта, произнесенные им при виде этой вещи. Это дешевая поделка, какую любой моряк захватил бы домой как сувенир в память о своих странствиях.
– В Таррингтоне нет никаких моряков, – холодно ответила ее светлость. – Я знаю каждого мужчину женщину и ребенка в этой округе, не считая пришлых в Мэйз-Корт, и знаю, что именно там вы найдете преступника.
Было совершенно ясно, что Редфол считает улики против Джейсона довольно сомнительными в первых двух случаях, в третьем – вообще отсутствующими. Стало очевидно, что в ближайшее время против него не заработает машина правосудия, и Памела повеселела.
Хорошее расположение духа сохранялось у нее несколько дней, до следующего воскресенья. Вместе с другими обитателями поместья она, как обычно, отправилась в церковь – миссис Прайс осталась, чтобы присматривать за Стивеном, – и Памела уже заняла свое место, когда вошел Джейсон, один. Когда он шагал по проходу к своей скамье, Памела видела, как много недоброжелательных взглядов обращено на него, но лишь когда служба закончилась и прихожане стали расходиться, она в полной мере осознала, насколько сильны враждебные настроения против него.
Она уже была на погосте, когда он вышел из церкви и постоял пару секунд на паперти, иронично созерцая возникшую перед ним картину. У него был тот самый взгляд, который Памела всегда определяла для себя как «ястребиный», и, вероятно, презрительное выражение лица в той же степени, в какой и все остальное, вызывало общую озлобленность прихожан. Воскресенье не воскресенье, погост не погост… Она уловила угрюмый ропот и легкое, но явственно различимое движение. Казалось, толпа вот-вот готова хлынуть на паперть. Памела, охваченная тревогой и смятением, с трудом подавила порыв броситься к Джейсону – у нее разрывалось сердце при виде его одиночества.
Несколько мгновений ситуация оставалась напряженной, грозя вот-вот вылиться в бунт, а потом Джейсон неспешно двинулся вперед. Он как будто находился один на погосте – так мало внимания он обращал на угрожающую толпу, и само его безразличие приводило всех в замешательство. Прихожане искоса поглядывали друг на друга, и ни у одного не хватило храбрости сделать первый шаг. Пока Джейсон шагал по тропинке, а потом, миновав крытый проход, по поросшему травой дворику к месту, где он привязал свою лошадь, все неприязненно наблюдали, как он идет, как садится верхом и уезжает вниз по крутому склону.
Памела вздохнула с облегчением. Она первый раз в жизни увидела, как злоба и подозрительность способны сплавить людскую толпу в одно целое, обладающее пугающей силой, хотя в отдельности каждый – вполне достойный человек. Памела осознала, что правосудие – не единственная опасность, угрожающая Джейсону. Бросив взгляд на экипаж Таррингтонов, в котором уже сидели леди Таррингтон, Мелисса и Эдвард, она обнаружила, что хозяйка подалась вперед с выражением злорадного удовлетворения на лице, и в голове у Памелы промелькнула мысль о том, что, разочаровавшись получить поддержку со стороны судьи, леди Таррингтон искусно использует свое собственное немалое влияние, разжигая ненависть к Джейсону.
После попытки убийцы проникнуть в комнату Стивена стала очевидной невозможность скрывать от детей реальность.
– Мисс Фрэйн, вы ведь не верите, что мистер Хоксуорт способен причинить мне вред, правда? – спросил однажды Стивен.
– Конечно нет, мой дорогой, – без колебания ответила она. – Если бы он хотел это сделать, то не вытащил бы вас из реки, когда вы упали в воду, ведь так?
– Мистер Хоксуорт меня вытащил? – Стивен смотрел на нее в изумлении. – Но бабушка говорила мне, будто это сделали вы!
– Я, конечно, прыгнула за вами, но потом поняла, что не в силах ни вытащить вас, ни выбраться сама. К счастью, прискакал мистер Хоксуорт. Он нырнул в реку, достал из воды нас обоих и забрал к себе. Позднее приехала ваша бабушка и отвезла нас домой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
