своей жене.
— Разве Фарн в таком помогает?
— Зять моего брата — ведун, посвященный Велесу и Перуну. Если ему благоволят не один лишь Фарн, а боги, то подобные чародейства не должны удивлять.
— Чем же он вызвал их любовь? — поинтересовался советник «ястреб».
— Я о нем только слышала и очень немного, так что не могу сказать. — ответила супруга бэга.
— Чародей, значит, — хмыкнул Сусаг.
— Вполне возможно. — кивнула жена. — Иначе как понять, откуда у него столько индийского железа? Я слышала, что в самой Индии его чародеи и получают.
— Это плохо, — нахмурился один из советников. — Очень плохо.
— Или хорошо. — возразила супруга Сусага.
— Отчего же? — удивился бэг. — Иметь во врагах чародея, это разве хорошо?
— Он родич тебе через меня. И твоим детям. А разве родичи не договорятся? Тем более повздорил с ним не ты, а Арак. Разве не так?..
* * *
— Ну-ка взяли! — крикнул Беромир. — Еще. И еще. Давай-давай! Тяни! Всё! Стой! Хватит! Куда⁈ КУДА! Твою же…
— Ты не кручинься. — хлопнул его по плечу Вернидуб. — Научатся.
— Словно парализованные.
— Это как?
— А… — махнул он рукой и оглянулся в поисках курящих.
Таковых не нашел.
Чай, табак еще не завезли.
Грязно выругался и пошел немного перевести дух, пройдясь по берегу. Стройка на стрелке Днепра и Оршицы шла полным ходом…
Переезд прошел быстро.
Бояре с дружинами помогли. Ловко перевезя на лодках все потребное к тому местечку по притокам реки Сож, откуда пешим ходом сутки идти до Днепра. Выходя на его берег аккурат в нужном месте.
Дальше — подключились местные, пригнав пару десятков лошадей. Плохоньких. Да взятые Беромиром в трофеи семь коней пригодилось. Так что, навязав волокуши, все быстро перетащили к Днепру. Включая лодку самого ведуна.
Потом еще немного рутины с переправкой.
И вуаля!
Гора различного барахлишка оказалась на новом месте. А для полной красоты, как заметил ведун, не хватало сверху только фикуса в горшке…
Добрыня тоже никуда не уехал вместе со своей с семьей и девятью раненными, что в декабре остались на излечение. Им всем всё равно деваться было некуда. Там, на юге, их ничего кроме смерти не ждало.
Оба пленных роксолана тоже никуда не ушли.
Зачем?
Беромиру поначалу казалось, что они боялись расправы по возвращении. Но пригляделся — нет. Более того, именно они и выносили одну из рогаток перед самой атакой. Первыми выскочили. То есть, они по какой-то причине сменили сторону.
— Фарн, — лаконично ответила Дарья.
— И как это понимать?
— Тебе он благоволит. А значит, и тех, кто за тобой пойдет, не обделит своим вниманием. Гибель Арака и поражение его воинов… оно просто немыслимо. Думаю, они решили, что от Сусага отвернулся Фарн, вот и остались с тобой.
Ведун задумался и стал к ним приглядываться. Лишние мужчины ведь ему не повредят уж точно. Тем более имеющие боевой опыт.
От тех «клетчатых» еще трое осталось. Остальные раненые померли, а эти вот — на поправку пошли. Хотя им еще несколько месяцев лечится и восстанавливаться.
Они тоже при нем находились. Пока, во всяком случае. И даже мало-вяло стали местный язык учить. Самые простые и ходовые слова и связки. И мало-помалу они тоже стали помогать.
Причина проста. Дарья им ясно объяснила на латыни «политику партии». Предложив выбор.
Драка же закончилась.
Поэтому дальше все зависело от них. Хотят оставаться пленниками — их право. Но кормить их станут остатками и при случае кому-нибудь продадут. Хотят вести себя как свободные люди — должны включаться в работы. Тогда и кормить будут на равных, и на второе лето они вольны будут уйти.
Выбор делали они недолго.
Просто переглянулись. Кивнули. И пошли помогать по хозяйству.
Нападения их особенно не опасались.
Какой смысл?
Их не убили. Предложили год поработать и проваливать домой. Отличный ведь вариант. К тому же для Барбариума такой подход вполне практиковался. Ничего нового или необычного в нем не имелось. Да, собственно, бояре его ведуну и предложили, понимая проблему нехватки «рабочих рук».
Вот и выходило, что вокруг Беромира волей-неволей собралось десять мужчин постоянного «двора», если так можно выразиться, и пятеро — неопределенной привязки. Но так или иначе — пятнадцать человек на ближайший год. А еще Злата, Дарья, жена Добрыни, три вдовушки, две дочки малые Добрыни и его сын Влад.
И это — не ученики.
Это — люди, так или иначе, связанные с ведуном лично. Его свита и окружение, если так можно выразиться. Ну или двор, ежели говорить на манер сильно более поздний.
Ученики, кстати, тоже пока находились при нем, крепко помогая.
Вот в тридцать шесть наглых мужских «лиц» и пытались «слепить» хоть какое-то подобие крепости. Отвлекаясь на дозор и ежедневные наряды по ловле рыбы. Но это так — в довесок. После взятия обоза роксоланов и части лодок «клетчатых» припасов хватало. Даже с избытком. Просто на одном просо долго не просидишь, тем более на тяжелых работах, вот рыбой и разбавляли…
Будучи очень сильно ограниченный во времени Беромир, решил строить деревянную «времянку». Несколько лет простоит — уже хлеб. За это время или ишак сдохнет, или падишах. То есть, он рассчитывал начать строительства более подходящего укрепления. Желательно кирпичного. А если не получится, то еще одну «времянку» можно будет поставить или эту подновить.
Все строилось вокруг башни.
Обычный такой большой сруб восьмигранный, только достаточно высокий. Порядка семи метров или восьми. Без крыши. Просто «туловище». Да с каждым изломом стены метров по пять. Из-за чего башня больше напоминала колоду… или бочку какую.
Первый этаж глухой.
Совсем.
В нем Беромир планировал оборудовать ледник и вырыть колодец аварийный. Вход в башню он планировал через второй этаж по высокому крыльцу. Такому, что и таран ручной не применишь из-за маленькой площадки. А на самом верху — этаж с выносной галереи и бойницами как во фронт, так и в низ.
От этой центральной башни — донжона — шло две стены метров по тридцать, сделанные как длинный сегментированный сруб. Глухой снаружи и окнами-дверьми только вовнутрь. Заканчивались эти стены двумя небольшими башенками квадратными и еще одной такой же стеной, только уже около двадцати метров, замыкающей этот треугольник. И вот как раз в этой короткой стене и находились ворота со штурмовой калиткой. Расположенные таким
