чем не говорит, — помотал головой старик, поняв, что никто не знает этого человека.
— Первое его имя — Михаил Ржевский, — слова советника подействовали, словно массивная чугунная дубина, прилетевшая в затылок Императору на сверхзвуковой скорости.
Эффект ровно такой же. Глаза его остекленели, а сам он погрузился в давние воспоминания о том страшном дне.
Память подбросила Императору ярчайшие картинки, будто бы это произошло буквально недавно. Горящий императорский дворец черного лотоса… И русский на вороном коне, влетающий в распахнутые ворота дворца. Хриплым голосом он орал во всё горло похабные частушки, в правой руке сжимал саблю, а в левой — бутылку чего-то очень крепкого и даже ядовитого.
И отец, тогда еще будущего Императора. Он лежал на крупе коня, болтался бесчувственной тушкой, но при этом не выпускал из рук такую-же бутылку ядовитого напитка.
Эта попойка вошла в историю Китайской Империи, и в народе ее нарекли черным днем.
— Теперь понятно… — прохрипел Император, едва шевеля губами.
— Что понятно?
— Они не договорились с демоном, чтобы он пришел к нам. Демон просто сбежал. Но я в чем-то его хорошо понимаю…
Глава 8
Некоторое время назад
Одна из оборонительных артиллерийских башен
Мершков был одним из лучших убийц в своей звезде. Но главное — он лучше всех умел внедряться в окружение любых жертв, проводить разведывательную работу, и наносить удар в тот момент, когда этого никто не ждет.
Не просто так именно Мершков был назначен на должность координатора внедрения. Задача эта не из легких, но тут нужен именно лучший, с богатым опытом в подобных делах. А Мершков лучший, потому он очень обрадовался, когда его, вместе с несколькими убийцами, повысили в звании уже спустя неделю после внедрения.
Теперь убийцы уже не обычные уборщики в уличных туалетах. Их отправили обслуживать птичники, причем особые. Всем известно, что Булатов размножает редкую иномирную породу гусей, и именно за такими птицами было велено ухаживать представителям Лиги убийц. Дело в том, что к этим птичникам простых людей не подпускают даже близко. И это очень удобно, ведь тайные собрания можно проводить прямо на работе.
— Как вы знаете, главный филиал в Российской Империи был уничтожен неизвестным противником, — Мершков посмотрел на пятерых убийц, что собрались в тесной комнате птичника. Они уселись прямо на сено, но предварительно прикрыли небольшие окошки, и проверили, чтобы за дверью не было посторонних. — Но я связался с координаторами из головного офиса. Мне сказали, что наша задача никак не изменилась, и мы должны продолжить сбор информации, — он снова осмотрел собравшихся, а те просто молча кивали. — У всех всё нормально? Никаких проблем нет?
— Всё прекрасно, — заулыбался один из убийц. — Мы делаем качественно свою работу, и нас никто даже не подозревает.
— А в чем нас заподозрить? Мы даже к гусям нормально относимся! — воскликнул другой, продолжая поглаживать пернатого, что сидел у него на руках.
— Правильно! — кивнул Мершков. — Ни один гусь не должен пострадать. Нам не нужна внеочередная проверка.
* * *
А ведь как было тихо и спокойно в кабинете, пока не зазвонил телефон. Я прекрасно проводил время за медитацией, попивал чай, ел прекрасные пироженки, которые специально для меня теперь готовит Ивлет.
Впрочем, ладно. Посмотрел на экран, а там знакомый номер одного из аукционистов. Потому сразу ответил на звонок.
— Добрый день, господин Булатов! — раздался довольный голос директора аукционного дома. — Я хочу сообщить, что продажи идут по плану, и совсем скоро к вам на счет поступит новая партия денег!
— Это отличные новости! — улыбнулся я. Но разве мне когда-то звонили, чтобы сообщить о подобном? Нет, не звонили. Значит, дальше он скажет, зачем действительно позвонил.
— Да, но я звоню вам не только по этому поводу, — вот, как и предполагалось.
— Слушаю…
— У нас есть некоторые новости… — замялся он. — Хотя нет, это, скорее, пожелания наших клиентов.
— Интересно… — пришлось поторапливать его, так как мужчина будто бы не спешил делиться этими пожеланиями.
— Некоторые наши партнеры и клиенты, преимущественно из других стран, просят найти для них иномирные корабли, — выпалил он.
— А? — не понял я, в чем проблема. — Могу найти их для вас бесплатно. Записывайте: Тайваньский Императориум, всё побережье. Там их достаточно.
— Дело в том, что пусть наши клиенты довольно могущественны, но даже им сложно добыть иномирный корабль в том виде, в котором он вышел из портала, — вздохнул аукционист. — Там всё должно быть на своих местах и, конечно же, на корпусе не должно быть повреждений. Понимаю, что это нереально, но я должен был сказать вам это. Да и не только вам, остальным тоже.
— Не, ну это и правда довольно сложная задача, — задумался я.
— Разумеется. Но за один корабль мы готовы заплатить около десяти миллионов.
— Даже за такие деньги… Стоп! — нахмурился я. — За один корабль? То есть, вам нужно больше?
— Да, всего около сотни, — я прямо почувствовал, что мой собеседник заулыбался.
— Так это совсем другое дело!
Хотя, как я уже говорил, это не самая простая задача. Особенно, для местных. Ведь иномирные корабли разительно отличаются от наших. Они только с виду кажутся медленными, неповоротливыми древними развалинами. Но на самом деле, бывали случаи, когда боевой крейсер вел сражение с одной иномирной шхуной, и они были на равных. При строительстве таких кораблей используется совершенно другая древесина, затем её пропитывают энергией и накладывают стойкие зачарования.
Иномирный корабль, можно сказать — это один большой артефакт, выполняющий множество функций. И захватить такой практически невозможно, если использовать обычные методы.
И почему мне кажется, что аукционер немного темнит? Сдается мне, что это не какие-то частные коллекционеры. Почти уверен, что такими кораблями хотят завладеть все мировые разведки. Но самостоятельно добыть подобный корабль крайне трудно, куда легче заплатить десять миллионов.
Вот только какая мне разница? Правильно, никакой. Единственное, спросил, сколько кораблей было заказано нашей Империей, и оказалось, что ровно двадцать штук. Кстати, не все корабли будут покупать за десять миллионов. Кто-то готов заплатить всего два, другой может перечислить мне пятнадцать миллионов. Но в среднем так и выходит, что-то около десяти.
Разумеется, тем, кто не готов платить больше, я буду продавать самые убогие корабли, тогда как в
