что пора ставить жесткие позиции перед своими людьми, ведь девушка не сможет все время сидеть взаперти.
Стоило переступить порог, и мы с Дином переглянулись, ощущая присутствие чужой магии.
— Малика?! — выкрикнул я, направляясь по коридору, пока мой аматан попытался уловить магический след. Он был еле осязаем, и понять принадлежность вторженца казалось почти невозможно. — Малика, где ты?!
Девушку я нашел в комнате, в которой еще недавно прижимал к себе податливое тело, наслаждаясь стонами своей истинной.
— Малика, все хорошо? — шагнул я к ней, осматривая каждый угол.
На мое появление она даже не обернулась, поджав к груди колени, смотрела в окно. Красные припухшие глаза говорили о том, что она пролила немало слез. — Боги! — рыкнул я, присаживаясь на колени у ее ног и пытаясь выловить потускневший взгляд. — Что произошло?! Кто здесь был?!
За спиной я ощутил присутствие Дина. Подойдя к нам, он замер, ожидал ответа.
— Я его не знаю, — еле слышно прошептала девушка. — Я здесь вообще никого не знаю… Он заставил меня поговорить с вашим отцом…
От услышанного я затаил дыхание, чувствуя, как сердце болезненно сжимается. Всматриваясь в небесно-голубые глаза ждал вердикта, что мог стать самой страшной карой для нас двоих. А Малика продолжала:
— Он предложил сделку… По сути, хотел, чтобы я продала вас двоих и в назначенный час привела во дворец. В обмен он обещал вернуть меня домой.
— Малика, почему ты не согласилась? — игнорируя боль и слабость твердо отчеканил Дин.
— Знаешь, а ведь я хотела… Вы не представляете, как сильно я хочу вернуться домой! Я боюсь этого мира, его законов, его обитателей, — будто выходя из онемения, девушка взглянула на нас.
— Но? — подсказал я, ожидая продолжения.
— Я не смогла! Что-то внутри не дает отвернуться от вас…
Подняв взгляд на аматана, с трудом сдерживая улыбку, вернул внимание Малике.
Да, мне следовало беспокоиться о том, что у кого-то хватило сил преодолеть мою магию и проникнуть в дом. Это могло чертовски плохо закончиться, и все же, я не мог сдерживать радости. Не осознавая собственных чувств, девушка тянулась к нам, ставя наши жизни выше собственных интересов.
— Так может, дашь этому миру и нам еще один шанс? — поймав миниатюрную ручку, коснулся губами ее пальцев в ожидании ответа. Хоть для себя я его уже получил.
Ускоренное сердцебиение Малики намного честнее выражало истинные желания своей хозяйки.
Глава 19. Опасность водной лилии
Малика
Дни летели один за другим, напоминая бесконечную вереницу новых эмоций и впечатлений. Постепенно я стала привыкать к жизни на незнакомых землях, училась пользоваться благами их быта, осваивала новые навыки.
Арис и Дин всячески пытались мне помочь. Мужчины более не настаивали на близости, напротив, старались оставаться сдержанными и понимающими, что для меня было важно. Особенно Арис, который, судя по всему, боялся и стыдился своего демонического происхождения.
Дин был хладнокровен от природы. Он проявлял спокойствие в любой ситуации, в то время как пламенный хозяин дома из кожи вон лез, переступая через собственную натуру и пытаясь контролировать истинный характер. Но временами мне так не хватало его импульсивности. Меня будто принимали за фарфоровую вазу, но, впрочем, я сама поставила себя в такое положение.
После того, как рассказала мужчинам о приходе шрамированного, Арис и Дин закрыли эту тему, не позволяя вспоминать о том случае. Всеми силами они помогали мне освоиться и почувствовать себя в безопасности, много рассказывая о местной флоре и фауне, истории мира и королевства. А вечерами, чопорно желая сладких снов, отпускали в комнату, где я вновь чувствовала одиночество.
Я сама их оттолкнула, но больше всего на свете хотела, чтобы они не слушали, как и раньше делая все по-своему.
К слову о лекаре, и в этом мужчины уступили. К закату того рокового дня они привели в дом старушку. Как оказалось, женщина обладала лечебной магией и благодаря ей смогла просканировать мое тело, полностью исключая беременность.
В общем даже в этом безумном мире жизнь могла казаться спокойной и размеренной.
Поутру, моих аматанов не оказалось в доме. В последнее время такое случалось довольно часто. Дин и Арис отправлялись на учения, самолично тренируя крестьян, ведь большая часть жителей лагеря не обладали военным прошлым. Они, как и Ноан, потеряли надежду и приняли для себя единственное решение — бороться, в надежде наказать виновного.
Даже бабушка Лимана, ставшая врачом и ангелом-хранителем для многих в лагере, не так давно испытала горечь утраты по вине власти. Потеряв сына, она не могла найти покой, целый год выживая день за днем, умирая в душе, прежде чем на пороге ее дома появился Арис.
Как я успела понять, она полюбила этого мужчину всей душой, отдавая ему ту заботу, что когда-то дарила сыну. И ее совершенно не волновала демоническая природа Ариса.
А волновала ли она меня? Сначала я думала, что да… Я отказывалась от чувств, что оба аматана во мне вызывали. Ведь они казались порочными, неправильными. И даже когда мне открылась правда, я не могла смириться с ней, принимая сразу двоих мужчин, но чем больше времени проводила с ними, тем сильнее желала ощутить нетерпеливые прикосновения, требовательные губы и всю страсть, что они однажды уже дарили. Я хотела их… И эта была не просто похоть. Сама душа тянулась к этим невероятным мужчинам, вопреки всему, пленившим мое сердце.
Не желая сидеть дома, я быстро натянула платье и, приведя себя в порядок, выпорхнула из комнаты. Благодаря действиям Ариса, мне теперь можно было без страха выходить на улицу, и я постепенно стала знакомиться с местностью и обитателями лагеря.
Прогуливаясь по протоптанной дорожке среди пышно цветущих деревьев, казалось, я слышала их голоса. Ветви шуршали, перешептываясь между собой, словно сказочные дриады хихикали среди высоких крон.
Я отметила это в первую же прогулку. И мне безумно нравилось столь необычное явление. Вдыхая чистейший воздух, которого не найти в заселенном мегаполисе, свернула на новую тропу, когда бликующий свет привлек мое внимание.
Впереди расстилалось чистейшее озеро. Бирюза переливалась в лучах яркого солнца, а кувшинки, обильно цветущие разнообразными оттенками, добавляли водоему невероятной волшебной красоты.
Я влюбилась в это место с первого взгляда. Устроившись у самой воды, присмотрелась к прозрачной глади, напоминающей стекло, когда среди камыша, растущего поодаль, послышался заливистый смех.
Сначала показалось, что это одна из жительниц лагеря. Но вот, вода зарябила и на поверхности мелькнул изумрудный хвост, ввергая меня в полный шок.
Округлив глаза, я подползла поближе к воде, следя
