Азербайджанское правительство, переехав в Баку, получило в свое распоряжение весьма развитую нефтедобывающую и нефтеперерабатывающую промышленность, являвшуюся основным двигателем местной экономики. Именно от правильного развития нефтедобычи и торговли нефтепродуктами и зависела скорость выздоровления всей экономики Азербайджана, прочно сидевшей на нефтяной игле. Отметим, что даже в годы войны нефтедобыча была на стабильно высоком уровне, и проблемы начались только в горячий революционный 1917 год.
Негативным образом повлияла на показатели нефтедобычи объявленная в 1918 году Бакинским Совнаркомом национализация отрасли, только отпугнувшая потенциальных инвесторов и заставившая крепко задуматься об изменении географии своего бизнеса ряд западных предпринимателей. Действительно, долгосрочный бизнес требовал стабильности в республике и четких гарантий со стороны правительства. В период существования Бакинского Совнаркома из Баку в течение четырех месяцев было вывезено около 13 млн. тонн нефти (говорить о том, что это было полностью бесплатно, не стоит, так как из Советской России через Астрахань шли хлеб и продовольствие, в чем наиболее остро нуждался Баку).
Скорее, был налажен своеобразный натуральный обмен, крайне эффективный при такой малопрогнозируемой ситуации, как в Закавказье в 1918 году. Важно отметить, что, несмотря на жесткую критику, которую обрушили на экономическую политику большевиков лидеры Азербайджанской Республики, они сами частенько использовали натуральный обмен, не имея возможности получить другие ликвидные средства. Разговоры же о «нефтяном» грабеже со стороны большевиков мгновенно прекращаются после знакомства с результатами недолгого пребывания на территории страны турецких и британских войск. Вот кто явно не был озабочен вопросом оплаты полученной нефти.
Действительно, турецкая и английская оккупации не могли не сказаться на этой жизненно важной отрасли Азербайджана. Бесконтрольный вывоз нефти и нефтепродуктов турками, а затем аналогичные действия со стороны англичан больно ударили по нефтяной промышленности края. По распоряжению турецкого командования нефть и нефтепродукты вывозились по железной дороге. Как сообщалось в газетах конца 1918 года, «мазут, по исправлении нефтепровода Баку – Батум по конвенции, заключенной Азербайджаном с Грузией, перекачивался в Тифлисские и Батумские баки и транспортировался из Батума в Константинополь, где цена нефти и керосина упала в последнее время в 10 раз» [49] .
Истинные размеры вывоза установить практически невозможно, однако имеются приблизительные цифры, позволяющие оценить масштаб: «В Баку скопились огромные запасы: сырой нефти 30 млн. пудов, мазута 40 млн. пудов, керосина 11 млн. пудов, масла 9 млн. пудов и др.» [50] . Можно только представить, какой объем нефтепродуктов обрушился на небогатый турецкий рынок, позволивший обвалить цену в 10 раз!!! Понятно, что такой громадный выброс нефти, основного источника доходов Азербайджанской Республики, не мог не сказаться на экономическом положении республики, которое нельзя оценить как стабильное.
На ликвидацию последствий деятельности большевиков в Баку были направлены первые шаги правительства республики, одним из которых стало постановление о денационализации нефтяной промышленности Азербайджана от 5 октября 1918 года. «Все декреты и распоряжения о национализации нефтепромышленных и подсобных к ним предприятий, равно и торгового флота в пределах Бакинской губ., а также касательно порядка управления всеми этими предприятиями, изданные бывшим Бакинским Советом народных комиссаров, признать отмененными» [51] , – заявлялось в документе. Кроме того, для выяснения общих нефтяных запасов республики каждый предприниматель или управляющий предприятием данной отрасли обязывался предоставить «в министерство торговли и промышленности сведения о местонахождении и количестве имеющихся у него запасов нефти и нефтяных продуктов». Одновременно «весь наличный запас нефти и ее продуктов» предполагалось оставить в распоряжении правительства и использовать его только с разрешения министерства торговли и промышленности.
Реализация этого постановления была проведена в достаточно короткие сроки. Уже в конце октября министерство торговли и промышленности объявило, что «в виду того, что все работы по приведению в известность наличности на 11 октября нефти и нефтяных продуктов закончены, сим доводится до всеобщего сведения, что все промыслы, заводы, суда и все вообще без исключения имущество нефтепромышленных и подсобных им предприятий перешли того же числа, согласно пункту 2 постановления Совета Министров от 5 октября о денационализации нефтяной промышленности, в полное владение и управление владельцев» [52] .
Именно это позволяет говорить о восстановлении принципа частной собственности на территории Баку и Бакинской губернии, находившихся ранее под контролем Баксовета. Причем это касалось не только нефтяной и нефтеперерабатывающей промышленности, но и других отраслей. По распоряжению парламента была учреждена особая ревизионно-следственная комиссия по расследованию злоупотреблений и преступлений с нефтепродуктами в различных ведомствах. По принятому 27 июля 1919 года закону комиссия получала обширные полномочия, вплоть до отстранения от должности во время официального расследования. Она занималась и вопросами крупных хищений, совершенных в периоды иностранной оккупации (особенно турецкой); создавались даже специальные комиссии, занимавшиеся подсчетом ущерба, причиненного Азербайджанской Демократической Республике турецкой стороной.
Бесспорно, что для оздоровления отрасли, а затем и всей экономики необходимы были долгосрочные соглашения на поставки сырой нефти и нефтепродуктов за «живые» деньги. Зная подвешенное, если хотите просто критическое, положение демократического Азербайджана, многие пользовались этим в ходе переговоров, выторговывая себе весьма выгодные условия поставок.
С соседней Грузией, также испытывавшей серьезные финансовые затруднения, был налажен регулярный товарообмен. Поставки нефти осуществлялись в рамках заключенного в декабре 1918 года между двумя республиками транзитного соглашения о «временных правилах перекачки нефти со станции Дзегам Азербайджанской железной дороги на станцию Салоглы Грузинской железной дороги». Например, только с 1 октября 1918 года по 1 апреля 1919 года со станции Баку до станции Салоглы было перевезено 6,168 млн. пудов нефти, из которых более 3,2 млн. пудов передано британскому командованию, а 281,16 тыс. пудов – Грузии. Значительные объемы нефти шли по нефтепроводу Баку – Батум, пролегавшему вдоль железнодорожной ветки, через который Грузия получила несколько миллионов пудов нефтепродуктов.
В обмен на поставки нефти Азербайджан получал плату частично деньгами, частично продуктами и товарами первой необходимости (большей частью древесным углем, хлебом, сахаром, капустой). Важно отметить, что это соглашение было заключено на выгодных для Грузии условиях, так как вследствие предоставления своей территории для транзита нефтепродуктов грузинская сторона получала определенный процент при перекачке. Причем, несмотря на такие шадящие условия, Грузия постоянно имела перед соседней республикой большую задолженность по оплате. Только к 1 апреля 1919 года ее долг Азербайджану за нефть превысил 15,9 млн. рублей.
Подобный бартер был налажен и с другими странами. В частности, с Италией достигнута договоренность о поставках нефти по фиксированным (читай льготным) ценам, что, в свою очередь, позволило генералу Усубову, руководившему специальной комиссией по закупке военного обмундирования и снаряжения в Италии, заключить ряд необходимых для Азербайджана соглашений на приобретение различного имущества. Достижение таких договоренностей на выгодных для Италии условиях было бы невозможным без жесткой позиции главы итальянской миссии в Закавказье полковника Габбы, который весьма четко связал воедино переговоры в Азербайджане и Италии.
Военный атташе Азербайджана в Грузии докладывал начальнику Генштаба республики, что «в очень любезной форме полковник Габба сказал мне, что ускорение получения 1 тыс. тонн нефти в Баку дает ему возможность телеграфировать в Италию о фактическом установлении экономических сношений с Азербайджанской Республикой и это обстоятельство несомненно повлияет на успех нашей комиссии в Италии» [53] . То есть по-прежнему можно говорить о бартере, правда, не прямом.
Правительство Н. Уссубекова хотело сделать Италию своим постоянным партнером, привязав его к регулярным поставкам нефтепродуктов из республики, что позволило расширить сбыт. Для этого главе итальянской миссии предлагались весьма льготные условия. «Ныне имеется возможность сообщить Вам, что правительство Азербайджана может поставить в Батум для итальянского правительства ежемесячно около пятисот тысяч (500 000) пудов керосина и около шестидесяти тысяч пудов (60 000) мазута и нефти, по ценам франко-Батум – резервуар для керосина по тридцать пять (35) долларов за одну тонну и для мазута или нефти двадцать пять (25) долларов за одну тонну. К вывозу мазута будет приступлено на днях» [54] , – писал в декабре 1919 года Уссубеков полковнику Габбе.
