в области сердца.
– Привет, – пожимаю протянутую руку, – а где Светка?
– Мадам села в машину, – Павел плавно ведет в воздухе рукой, изображая что-то типа ралли, – и упорхнула с испанским другом в сторону Салоу.
– А флешка? – ступор парализует мозг и мышцы, членораздельно получается задать лишь этот вопрос.
– Флешка с ней! Мадам обещала, что как только приедет, сразу же перешлет тебе в личку все, что там есть. И даже заглядывать не будет. Честное слово дала, – ерничая добавляет Чернышов. – Не знаю, насколько ей можно верить. Ты лучше ее знаешь. Прямо перед полетом, после регистрации на рейс, сообщила мне, что здесь ее ждет любовь местного производства. У меня прямо крышу снесло. Ведь вроде и сам хотел закругляться с ней. Но, как узнал, что она на стороне гуляла, разозлился. Спрашивается, что мне мозги полоскала? Давно бы разошлись по-человечески, и встречалась бы с кем угодно. Противно! Я все миндальничал, боялся, как бы не обидеть эту овцу, а тут …!
– Может, ей позвонить? – в очередной раз набираю Светкин номер. – Слушай! Иванова вообще в свой мобильник хоть иногда заглядывает?
– Если я правильно понял, Светка решила не возвращаться в Россию. Возможно, из-за этого принципиально не заглядывает в телефон, чтобы не передумать и не дать задний ход.
Вижу уходящий от меня поезд на Венском вокзале, вижу поезд, уносящий меня из аэропорта в Рим. Все было зря! Набираю Зозуле в надежде, что хоть Ольга Сергеевна уже в доступе. Нет. Тупик.
– Знаешь, ее кавалер показался мне каким-то неадекватным. Я бы не посоветовал ей оставаться с ним в чужой стране. То ли пьяный, то ли под наркотой… Не понял, но мутный точно.
– Что? – слова Пашки доносятся до меня словно издалека и понимаются с трудом.
– Я сфотографировал их автомобиль на всякий случай, – он показывает мне фотографию белого хетчбека, – а то мало ли что… Видишь, и номера четко получились.
Подходит автобус, Павел начинает убирать телефон и тянет меня вслед за другими пассажирами внутрь салона.
– Подожди, – не даю ему отключить мобильник и быстро фотографирую экран с автомобилем на свой смартфон, – я не еду в Барселону.
– Не понял. А куда?
– В Салоу. Вон прокат машин, бери – не хочу. В Барселоне мне нечего делать.
– Тебе точно нужна именно флешка, а не мадам Светлана? – Павел уже в автобусе и, похоже, ему не очень-то нуждается в моем ответе. Он для него явно ясен.
А что я могу ответить ему? Я себе-то могу с уверенностью подтвердить, что еду исключительно за флешкой? Или меня беспокоит авантюра Ивановой с мутным, по словам Чернышова, испанцем?
Минут через двадцать я уже выезжаю со стоянки на серебристом Seat Leon. Время около десяти вечера, навигатор рапортует, что ехать час двадцать. Значит, в начале двенадцатого буду там.
До Салоу доезжаю без приключений. Что, учитывая последние пару дней, откровенно радует. В пути я постарался выкинуть из головы черные мысли. Просто наслаждался ездой по хорошей и пустой трассе.
Собственно, и думать особенно не о чем. Иванова – это последнее, чем я мечтаю засорить себе мозги. Как я выкручусь без документов – тем более не для поднятия настроения. Что я буду делать в Салоу – это вообще сплошное гадание на кофейной гуще. У меня есть марка, цвет и номер машины, а еще надежда, что ночью мало кто ездит. Если мне повезет, и машину не загонят в гараж или закрытый двор, то у меня есть шанс найти ее, просто фланируя по улицам.
Обследование курортного городка начинаю прямо от въезда. Для начала останавливаюсь и прикидываю маршрут, чтобы не запутаться. Счастье улыбается мне всеми своими кривыми акульими зубами буквально минут через двадцать курсирования. Белый автомобиль стоит около четырехэтажного трехподъездного многоквартирного дома.
Паркую Сиат на свободном месте у соседнего здания и выхожу. Во мне вибрирует охотничий азарт, отдаваясь в кончиках пальцев. Смотрю на освещенные окна. Их не так много. Пробежаться по квартирам, где горит свет? Есть риск, что жильцы, увидев в полночь незнакомого мужика, вызовут полицию. К тому же, вдруг, это не их дом. Поставили на свободное место, как я. Ждать всю ночь около их машины? А как еще? Сидя в своей, могу упустить.
Пока я предаюсь тягостным размышлениям, дверь первого слева подъезда, напротив которого стоит белый автомобиль, с грохотом раскрывается, и на улицу вылетает Светка.
Светлана
В детстве у меня был аквариум. Улитки, живущие в нем, всегда привлекали мое внимание. Они ползали по внутренним стенкам, не торопясь, неся на себе свой домик и шевеля своими смешными то ли усиками, то ли рожками. Стоило мне попробовать вытащить их из воды, они с непостижимой быстротой всасывались внутрь домиков и захлопывали дверцы.
Сама себе напоминаю такую улитку, спрятавшуюся в свой домик. Маорисио не замолкает ни на минуту, извергая весь положенный набор эмоций. Он машет руками, вертит головой, пытается приобнять меня. Его гиперактивность постепенно начинает напрягать. Есть в ней что-то неестественное. К тому же разглагольствует он исключительно по-испански. Испанский, в отличие от английского, уже совершенно не проблема для меня. Но как-то так повелось, что мой мачо всегда старался говорить со мной на русском языке. Постепенно мне становится не по себе. Я выглядываю из своего улиточного домика и пытаюсь разобраться. Все в порядке, и я просто накручиваю себя, или все плохо, и я совершила ужасную ошибку?
Чтобы немного поддержать себя вызываю из памяти приятные воспоминания. Москва, солнечный теплый сентябрьский день. Мы с Маорисио идем по Крымскому мосту от метро Парк культуры в сторону Октябрьской.
– До сих пор не могу привыкнуть к вашим расстояниям, – развевающиеся на ветру темные кудри Маорисио делают его похожим на прекрасного древнего бога, – у нас в городке до любого места на машине доберешься за десять-пятнадцать минут. Пешком чуть длиннее.
– Дольше, – ласково поправляю я и поясняю, – «длиннее» – это про расстояние, а для времени используется слово «дольше».
– О этот русский язык! – Маорисио медленно и старательно выговаривает слова, как в замедленной съемке.
Это всегда немного смешно, учитывая его пулеметную речь на родном языке. Хотя со мной испанец старается не строчить. Все-таки на большой скорости мне тяжеловато понимать чужой язык.
– Здесь в Москве на деловую поездку надо закладывать минимум полтора часа. У нас за час ты в другом городе – да не в Тарагоне, до нее пятнадцать минут, а в Барселоне!
– Еще у нас пробки, – подначиваю его.
– У нас тоже бывают летом, когда много
