перепуганное оханье, наконечник клинка, переломился пополам.
Ночная стоянка взорвалась заливистым смехом авантюристов.
— П-простите, я не думала, что он сломается. — промямлила фиолетовая, делая вид, будто все вышло случайно. — Я просто хотела отвести клинок... А он как тресни! Простите, сир, я не хотела лишать рыцаря его верного оружия...
— Воистину, меч достойный своего господина! — прокомментировал сцену Калеб, забирая осколок лезвия из рук фальшиво краснеющей Киары и выбрасывая его в сугроб. — В следующий раз попробуй взять настоящий, а не бутафорский!
Само собой, тот факт, что щербатый меч проткнул грудь как минимум двум сумпурням — никого не волновал. Их и капкан не волновал, хотя блондин точно знал, что никаких ловушек на тропинке не оставлял. Но куда проще игнорировать логику и здравый смысл, принимая все за счастливое стечение обстоятельств. Может он считает, что капкан поставил кого-то из хуторян, а может еще что-то — хрен этого идиота разберет. Он, поди, и в жерло вулкана прыгнет, лишь бы не признавать что "незаслуженно получивший титул бывший наемник" оказался прав. Зависть — дело такое.
Сотая по счету попытка воззвать к разуму окружающих и объяснить, почему они идиоты с суицидальными наклонностями, не замечающие ни соломинку в елде, ни бревна в глазу — окончилась новой порцией смеха и потоком не самых остроумных шуток. Даже Гена обеспокоенно «подсиркивал» авантюристам настоятельно рекомендуя прекратить угрожать оружием беззащитной девушке. Ведь она «всего лишь приглашала нас к костру с остальными». Вместе же, блин, «веселее» и, к тому же, присутствие "настоящего рыцаря" "великая честь" для фиолетовой.
Не оставалось ничего иного, кроме как опустить поломанное оружие и в очередной раз пообещать Киаре натянуть глаз на жопу, если с кем-нибудь из отряда произойдет «несчастный случай».
Новое поражение в войне здравого смысла с женским очарованием. Может все-таки плюнуть на все, да во сне ее прирезать? Неплохая идея, но я не уверен, что она вообще спит ночами, а не притворяется. От этой сволочи можно чего угодно ожидать.
Убедившись, что конфликт исчерпан, авантюристы вернулись к подгорающему кролику и кипящей сырной похлебке, а Гена начал доставать тлеющие угли из переносного контейнера, привычно принимаясь за розжиг костра.
И только фиолетовая задержалась. Убедившись, что на нас никто не смотрит, она с невероятной силой рванула меня за гнутый нагрудник, отчего северная сталь обиженно заскрипела:
— Положим, — твои беспочвенные догадки верны... — девчушка встала на цыпочки и зашептала мне на ухо. — Тебе не кажется, что не стоит дерзить такой персоне? Или ты всерьез считаешь, что его куриная шейка крепче твоего меча?
Хищный оскал и мимолетный взгляд на Гену, заставили меня бессильно скрипнуть челюстью. Значит вот как — поняла, что меня запугать не получится, и решила шантажировать Геной? Сообразительная мразь.
— Я ставлю осторожность и прозорливость не ниже силы и решимости — прекрати меня разочаровывать. Ты же понимаешь — я не та, чей интерес можно потерять безболезненно. Мы же не хотим, чтобы тебе пришлось подыскивать новую печень?
В ласковом голосе слышалась неприкрытая угроза. Пробуравив меня ледяным взглядом, фиолетовая напялила привычную маску невинной милашки, и двинулась к костру с авантюристами, на ходу сочиняя какую-то забавную историю из детства.
— Деда бы сюда... — сплюнув, я тщетно похлопал себя по подбитому мехом нагруднику в поисках сигарет.
Уж одноногий алкоголик быстро поставил бы на место эту фиолетовую дрянь! Понятия не имею как, но точно поставил. Ну, или хотя бы подсказал, что она вообще такое.
Подняв обломанный кусок меча и убедившись, что дело вовсе не в браке оружия или усталости металла, я поймал себя на мысли, что скучаю по старику. Несмотря на все закидоны и вранье, он все еще оставался единственным человеком, который был со мной с начала и до конца. Одним из немногих, на кого я полагался. И как бы мне не хотелось послать его в задницу и забыть — получалось так себе.
Все же друзей у меня не так чтобы много. Пусть даже таких. И тем вдвойне обиднее — доверять ему как раньше я уже никогда не смогу.
Ладно, к черту сантименты. Пора жрать, спать и молиться, чтобы мои догадки оказались беспочвенны. Ибо если «актриска» и впрямь замешана в диверсии с припасами городской стражи, то я даже представить не могу, почему она до сих пор нас всех не разорвала всех в клочья — сомневаюсь, что авантюристы еще не растрепали своей новой подружке про цель путешествия и заветные водоросли.
Впрочем, одна вещь все еще обнадеживает — в тот момент, когда арбалетный болт прикончил кролика, что сейчас с аппетитом поглощает кошатина, на бледном лице Киары проскользнула едва заметная тень. Могу ошибаться, но кажется это была жалость.
* * *
Из-за всей этой беготни за кроликами и любви авантюристов к частым привалам да ночевкам с комфортом, — до подножья Скального сада добрались лишь на исходе восьмого дня. К этому моменту я уже успел позабыть и про стражу, и про Грисби, и про водоросли, мечтая лишь поскорее покончить со всем да вернуться в город. Поближе к особистке, ее волшебному буфету, да теплой койке.
То, что поначалу все приняли за мистический туман, оказалось дымкой густого пара — теплое озеро, раскинувшееся под высокой горой, коптило округу не хуже заядлого курильщика, обогревая немногочисленные, но хорошо ухоженные домики, раскинувшиеся вдоль берега.
«Глухая», «затерянная» и «держащаяся на грани выживания» деревушка выглядела, как горнолыжный курорт с поздравительной открытки. Чистые, посыпанные щебенкой улочки, густой пар из печных труб, тучный скот во дворах... Да на многих домах даже стекла в окнах есть!
Охренеть... С роду таких зажиточных деревень не видел. Вот, что бывает, когда рядом нет требующего налоги феодала. Честно говоря, я ожидал увидеть какой-нибудь бомжатник, типа вымершего хутора.
Исполинская гора, тенью нависающая над деревушкой, похоже, являлась спящим вулканом, не позволяющим холодной зиме проникнуть в долину. Если бы не сырость и вездесущий туман — было бы вообще идеально.
Едва миновав первые дворы, наш отряд начал потихоньку терять элементы одежды и брони. Гена снял плащ из шкур «канализационных волков», Калеб меховую накидку, обнажая дорогую броню из кожаных чешуек, а девки так и вовсе едва не из штанов повыпрыгивали, сияя подтянутыми прелестями на всю округу. И лишь я да Киара не сдавались под напором возрастающей температуры.
Я, — потому что не хотел расставаться с броней в незнакомом месте, предпочитая быть готовым ко всему, а
