приятель с гордостью извлек на свет Божий здоровенную кружевную занавеску. Причем, чтоб показать её во всей красе, ему пришлось всучить один конец Малышу, а с другим отбежать на несколько метров.
— Солидно, — вырвалось у меня. Эта роскошь точно из господского дома по всероссийской программе «экспроприации» появилась. Эхо гражданской войны, так сказать. Но главное сейчас — занавеска была метра четыре, не меньше, все под ней устроимся, ещё и место останется.
— Это ж какое окошко эта махина прикрывала? — Макар был со мной солидарен. — Ох, и «прилетит» тебе от матери, коль узнает!
— Не узнает! — беспечно отмахнулся Шкода — Приду домой, на место уберу.
В общем, упаковав обратно наш сегодняшний «шатёр», мы двинулись к морю.
Идем местами, где местные пацаны вполне могут начистить рожу забредшим на их территорию «чужакам». Но тропинка к морю и пляж являлись зоной «демилитаризованной». Этакая «дорога к водопою», где любой желающий может спокойно напиться, не опасаясь нападения…
Кстати, пляж на Юровском мысу, куда мы направляемся, считается молодежным. Испокон веку так сложилось, что на мысу, где от берега вскоре глубина начинается, более взрослая молодежь со всего города купается, а с левой стороны — мелководный «лягушатник» для малышни. Даже мамаши с карапузами приходят.
Добрались до места, я бросил котомку. Скинул рубашку и обувь. Ступни в песочке тёпленьком увязли, с моря ветерок налетел, оставив во рту горьковатый привкус.
И чего я сюда раньше не пришёл?
— Васян! Ты чего там застрял? Море никуда от тебя не убежит, а вот полог сам себя не натянет!
— Иду, — оглядываю пока ещё почти пустой утренний пляж, и, довольно сощурившись на солнце, спешу к друзьям.
Они уже раздобыли на берегу несколько длинных палок, и следующие полчаса мы с веселым переругиванием возились с конструированием тряпичного полога. Но вот наша стоянка подготовлена к встрече с полуденным солнцем, и мы, довольные, тестировали навес.
— А смотрите, что у меня есть? — Шкода достал из-под груды одежды штофовую бутыль с мутно-розовым содержимым.
— Брага? — поинтересовался Малыш.
А мне как-то в сторону алкоголя и не подумалось. Хотя, помнится, в самом начале лета Я-Васька у отчима бутылку настоящего рома «одолжил». Григорий, бывает, из рейсов привозит спиртное всякое экзотическое.
— Ну да! И вот еще, — на свет показались три стеклянных стакана. Ну, всё предусмотрел.
Шкода уже было собрался откупорить бутыль, дабы продегустировать.
— Да подожди ты, — осадил я друга, — целый день впереди! Успеется! Давай для начала искупаемся!
А мыс постепенно наполнялся народом. Неподалеку расположилось несколько компаний. Девушки с визгом в воду забегают, да костюмы купальные миру демонстрируют! Одна — словно в ночной сорочке в море заходит, у другой — короткий сарафан, из-под него рейтузы выглядывают. А эта — вообще модница: почти в купальнике, только очень закрытом, с короткими рукавами. И в шортах. И, конечно, у всех — шляпки от солнца.
Порадовался, что у нас, парней, всё проще. Трусы семейные — и никаких проблем!
Пока Шкода прикапывал своё «богатство», мы с Макаром по сторонам смотрели.
— Ну что, айда в море? — Ванька, обняв нас за плечи, присел на корточки сзади.
— Айда! — я решительно поднялся на ноги, — Только за вещами попросим присмотреть, — и направился к старичку, что нежился на солнышке неподалёку.
Через минуту «сигнализация» на наши вещи была поставлена, бдительный охранник расположился так, чтобы ему не нужно было выворачивать шею, наблюдая за нашим барахлом. А мы, наконец, устремились к воде.
Следующие часа четыре можно описать одним словом — «Кайф!».
Сначала я до одури накупался. Далеко, правда, не заплывал — мало ли какая дрянь кусючая там плавает… Отчим, опять же, любил рассказать про хищных морских гадов, с которыми они сталкиваются во время плаваний… Так что, нет, спасибо! Я тут, поближе к берегу, поплаваю, глубина позволяет.
Попробовал нырнуть и с удивлением обнаружил, что мои глаза под водой видят метров на двадцать, тогда как в прошлой жизни дальше четырех ничего и не разглядеть было — картинка расплывалась. Смотрю — Малыш тоже рядом, по дну ручищами перебирает. Тут моллюски съедобные на подводных валунах произрастают. Как раз «мяса» на обед насобираем…
Выбравшись в очередной раз с добычей на берег, глянул в сторону прочих купающихся. Да так и залип. Эти ткани, что девицы для своих купальных костюмов использовали, они же от воды совсем прозрачными сделались, да еще в облипку, прекрасно подчеркивая пышные формы, подтянутые тела… А эти подвижные дыньки со стоячими от прохладной воды сосками!.. Вот так организм и напомнил мне, что я молод, очень-очень молод! Ух-х! Спасибо, Боги, за хорошее зрение!
Прикопали ракушки в морской песок, а сами устроились под навесом — решили перекусить. Я вспомнил про шаньги, что мать отсыпала.
— Ребята, налетай! — раскрыл перед приятелями зев сумки. Парни чиниться не стали, мигом расхватали угощение и расселись хомячить, умостившись на заранее подтащенных нами стволах прошлогоднего плавника, что выкинуло на берег осенними штормами.
Налопались и даже немного выпили — Шкода таки разлил всем горячего по стаканам.
— «Поели, теперь можно и поспать, поспали — теперь можно и поесть», — многозначительно выдаю я манифест жабьего гедониста, устраиваясь поуютнее. А действительно. Свежий ветерок, море, приятный тенёк… Почему бы и не вздремнуть часок…
Проснулся, когда уже запахло жареным — ребята пекли нашу морскую добычу.
Тут, на берегу, для этого дела несколько жестяных листов лежат. Подкладываешь под них камни, разводишь огонь и жаришь. Моллюсков не чистят, а кидают прямо «в кожуре» — так их легче потом доставать — створки приоткрываются, а мясо становится более плотным и легко отходит от стенок. Схема, отработанная многими поколениями!
— О, проснулся, соня! — заметил мои шебуршания Шкода, — Дуй тогда за дровами, а то нам собранного надолго не хватит.
И действительно — сладко потягиваюсь и рывком поднимаюсь — нужно и свой вклад внести. Но прежде чем уйти за топливом, тянусь к своим вещам и извлекаю из них бутылку, где на донышке плещется растительное масло. Я ведь знал, куда мы идем и чем будем тут заниматься, вот с высоты своего расширенного опыта и решил, что будет куда приятнее вкушать добычу, сдобренную маслицем. Так что вчера нашел пустую тару, и отлил в неё немного столь полезной нам сейчас
