на этом месте. То принцесса позовет его поймать лису или еще какое-то мифическое животное. То иногда они играли здесь в шахматы и разговаривали. Сяо Бай никогда бы не подумал, что изнеженная принцесса будет обсуждать здесь болезнь императора, а также будущее людей страны.
– Сяо Бай, я боялась, что ты не вернешься. – Глаза принцессы опухли от бесконечных слез, став похожими на два персика. – Но ты все-таки приехал.
– Как только я получил ваше письмо, то сразу же поспешил обратно, – объяснил Сяо Бай. – Путь был долгим, поэтому я прибыл только сегодня.
– В твоей стране все в порядке? После того как ты уехал, отец несколько раз посылал шпионов, которые донесли, что там произошло что-то серьезное. – Принцесса, казалось, стала более разумной, чем раньше.
– Все в порядке. – Сяо Бай не хотел, чтобы она волновалась. Он планировал как можно скорее вылечить императора, а затем отправиться на родину.
– С тех пор как ты уехал, отец стал вести себя по-другому, – вздохнула принцесса. – Я первая это заметила. Еду, которую мне подают на ужин, выбирает мой отец. Он боится, что я не стану есть, поэтому каждый раз предлагает что-то новое. Но в последние несколько дней я ела только сладкий суп с семенами лотоса. Такого раньше никогда не случалось, чтобы в Восточном дворце допустили ошибку. Я отправилась туда спросить, что случилось. Оказалось, что мой отец забыл вчерашний ужин и просил приготовить для меня суп с семенами лотоса.
– Я слышал только что от людей во дворце, что Его Величество ничего не помнит. Он что, даже вас не узнает?
– Что за мелочь там болтает… Это все слухи! – рассердилась принцесса. – Это правда, что отец серьезно болен и он не помнит своего имени, но он не забыл меня и мою маму. Цай Лин может подтвердить. Он все еще зовет нас во сне. Он обязательно поправится, но эти шарлатаны не знают, как ему помочь.
– Вы ходили к генералу?
Девочка, покраснев, опустила голову и закусила губу.
– Ее Высочество хочет помочь Его Величеству и обращалась за помощью к дворянам и вельможам, но те из собственной выгоды или просто так закрывали дверь перед носом, или отнекивались, говоря, что не могут помочь. – Принцесса не призналась, поэтому объяснить пришлось Цай Лин. – Несколько честных чиновников приложили много усилий, однако именитые лекари, которых они вызвали, как один заявляли, что никогда прежде не видели такой странной болезни. Они используют женьшень, чтобы поддерживать силы Его Величества, но он все равно большую часть дня пребывает в беспамятстве.
– Кстати, еще кое-что… Выздоровел ли лекарь Ху? – вспомнил Сяо Бай. – Я спешил сюда и не разузнал о нем.
– Этот человек причинил тебе столько неприятностей. Почему тебя интересует его здоровье? – Принцессе было неинтересно слушать о лекаре Ху. – Пойдем со мной к отцу. Возможно, увидев тебя, он что-нибудь вспомнит.
– Лин Лян, послушайте меня. Болезнь Его Величества, скорее всего, связана с болезнью лекаря Ху. Известно ли о нем хоть что-то?
– Я слышала, что он сошел с ума, – прошептала Цай Лин.
– Что? – удивился Сяо Бай.
– После вашего отъезда лекаря Ху бросили в темницу. Его Величество занимался обучением солдат, будто готовился к походу, пока вскоре сам не заболел. Во дворце царила полная неразбериха. Лекарь Ху много кому насолил, поэтому никто о нем не спрашивал и его лечением не занимался, – пояснила Цай Лин. – Последний раз, когда я ходила за лекарством, лекари сказали, что он несет какую-то чепуху, пляшет, и все опасаются, что он и правда сошел с ума.
– Понятно, – сказал Сяо Бай.
В его голове появилась догадка, но пока нечеткая.
– Подождите меня здесь, я скоро вернусь.
– Куда ты? – забеспокоилась принцесса и схватила его за рукав. – Разве ты не хотел пойти со мной к моему отцу?
– В темницу, – ответил Сяо Бай. – Если я смогу вылечить лекаря Ху, то Его Величество будет спасен.
Взгляд Сяо Бая выражал спокойствие и настойчивость. Принцесса, почувствовав эту внутреннюю силу, неосознанно отпустила его руку.
– Молодой господин, будьте осторожны. Лекарь Ху спятил, и он очень опасен.
– Со мной все будет в порядке. – Сяо Бай встал. – Теперь Ее Высочество должна лично отдать мне приказ, позволяющий посетить лекаря Ху.
Спустя полчаса Сяо Бай вошел в темницу. Уже который раз он возвращался в это место. Мальчик не обращал внимания на темноту и сырость, и, пройдя по темному коридору, нашел камеру лекаря Ху.
Сяо Бай едва смог узнать его.
Волосы мужчины были похожи на спутанную солому, его глаза были затуманены, и он сильно похудел. Он напоминал оголодавшую мышь, забившуюся в угол камеры, утратив свой величавый и горделивый вид.
– Лекарь Ху, лекарь Ху… – помахал ему Сяо Бай.
Заметив Сяо Бая сквозь решетку, он только вытянул шею.
– Вы меня еще узнаете? Я Сяо Бай, тот, кто часто приходил к вам за лекарствами.
После этих слов лекарь Ху замахал руками, будто желая вжаться в стену. На первый взгляд и правда могло показаться, что тот сошел с ума, как и говорила Цай Лин.
Сяо Бай видел, что мужчина его не узнает, и у него в голове возникла идея. Он достал парчовый мешок, который дал ему Фэй Ю, и осторожно открыл его. Спустя миг оттуда выскочила белоухая обезьяна.
Вернувшись обратно, Сяо Бай намеренно не отправил синсина на гору Чжаояо. Во-первых, времени было не так много, а во‑вторых, причина болезни императора была неизвестна. В голове Сяо Бая было смутное понимание, что симптомы императора очень напоминали симптомы Юань Бао и лекаря Ху, и болезнь у них может быть одна и та же, а для ее лечения нужна помощь синсина из сумки Тысячи зверей.
Синсин аккуратно запрыгнул на плечо Сяо Бая и, указав на лекаря, крикнул:
– Ху Тудань! Ху Тудань!
Это оказалось имя лекаря и, не говоря уж о Сяо Бае, наверное, никто во дворце этого не знал.
Мальчик еще раз бросил взгляд на лекаря Ху в углу. После того как синсин позвал того по имени, голова лекаря Ху поднялась, будто потянули за невидимые нити, а рассеянный взгляд мужчины обрел осознанность.
– О, почему здесь так темно? Я… где это я? – Лекарь Ху уставился на Сяо Бая. – Эй, что ты здесь делаешь?
– Лекарь Ху, вам уже лучше? – спросил Сяо Бай и, пока лекарь не пришел в себя, быстро спрятал синсина в мешок. – Это темница, вы совершили преступление и попали сюда.
– Ох, – вздохнул мужчина с облегчением. – Я наконец вспомнил. Я лекарь
