Ведь так, Галя?
– Да, Андрей Иванович, именно так.
– Я очень занят в институте, беру дополнительную работу, чтобы содержать семью. Светланочка у меня не работает. Я человек творческий и попросил ее быть моим помощником дома. У меня есть труды и мне нужен хороший помощник, каковым она и является. Правда папа первое время был недоволен, что Светланочка, имея диплом о высшем образовании, нигде не работает. Но я поговорил с папой, объяснил ему все и он смирился, понял. Он очень любил Светланочку. Он даже не позволял ей работать на даче в те редкие дни, когда мы туда приезжали. Он говорил, что нам надо когда-то отдыхать. И с ним бесполезно было спорить – сказал, как отрезал. – И снова по щеке Андрея Ивановича скатилась слеза.
В комнату неслышно вошла Светлана Александровна. Она несла поднос с угощением, который поставила на столик, сдвинув слегка на один край лекарства. Здесь стоял электрический чайник, из носика которого тянулась струйка пара, большой заварной чайник с той же струйкой пара из носика. Тут был и кофейник, небольшой, причудливой формы, из которого очень вкусно пахло. На подносе стояли чайные и кофейные чашки, сахарница, сливочник и тарелочка с блинчиками. Блинчики были закручены в валики, видимо они были чем-то начинены.
– Угощайтесь, блинчики с вареньем и икрой. А чай с травами и кофе.
Молодые люди не были настроены на угощение, но такое гостеприимство сквозило в этом доме, что отказаться было невозможно.
– Спасибо, Светлана Александровна. – Игорь повернулся к Гале, – Галя, тебе что налить?
– Кофе очень вкусно пахнет, но я все-таки попробую чай с травами. У Ивана Андреевича всегда был чай с травами. Очень вкусный.
– Да, эти травы собирал папа, он знал, какие когда нужно собирать. Сам сушил и нам приносил. Он все знал, мой отец. Когда он только все успевал. Я удивляюсь, откуда он все знал. Хотя удивляться нечему. Мне кажется, что он ни одной минуты своей жизни не прожил впустую. Я ни разу не видел его празднующим. Он много читал, много общался с людьми. Никогда не пил спиртного, не курил, никогда не спал до обеда. Вставал он рано, говорил, что спать долго – это кощунство. Во всем у него был порядок. При этом ханжой он не был.
Себе Игорь налил кофе. Они съели по одному разному блинчику, вытерли руки салфетками, предусмотрительно лежащими тут же на подносе. Поблагодарив и похвалив угощение, Игорь и Галя попрощались с профессором и его супругой
– Да, хорошие люди. Очень жаль Андрея Ивановича. Родителей хоронить очень тяжело, тем более, умерших не своей смертью. Я прошла через это. – Галя смахнула слезу, предательски появившуюся на щеке.
– Галь, пожалуйста, успокойся. Я тебя очень хорошо понимаю. Но, усвой одно – надо жить. У тебя вся жизнь впереди. И, надеюсь, долгая. Старайся не думать о плохом. Вспоминай своих родителей живыми, не думай о них в прошедшем времени. Приучи себя думать, как будто они просто уехали далеко-далеко. Хорошо? – Игорь заглянул ей в глаза.
– Прости, я больше не буду. Тем более, что расслабляться нельзя – у нас очень важная работа. Так куда теперь?
– Да, куда теперь? А сколько сейчас времени? О! Да время же обеденное. Так, у меня предложение. Мы сейчас едем ко мне домой, познакомишься с моей мамой – она как раз сегодня отдыхает. Ну и заодно пообедаем. Ты знаешь, какой вкусный борщ варит моя мама! Пальчики оближешь!
– А это удобно?
– Еще бы! Тем более, что ты моя жена. Нехорошо это, сын женился, а мама не в курсе. Поехали!
Через полчаса они входили в квартиру Игоря. В прихожую вышла совершенно седая полноватая женщина невысокого роста.
– Ты где пропадаешь, сын? Говорил, что выходные не работаешь, а…
– Мам, познакомься, это Галя. Галя Руденко. – Игорь легонечко подтолкнул Галю вперед. Галя протянула руку, взяла ладошку мамы в свою и тихонечко пожала.
– Юлия Васильевна, – очень тихо проговорила мама. – Что-то фамилия знакомая. Игорь, откуда мне знакома эта фамилия? Да и лицо девушки, по-моему, мне знакомо.
– Мам, мы вместе с Галей учились в институте, на одном курсе. Возможно, вы даже как то где-то встречались. Ведь мы пять лет учились вместе.
– Нет, нет, Игорь, мы встречались гораздо позже. Ну, ладно, проходите, Галя, будьте как дома. Не стесняйтесь, мы люди простые и всегда рады гостям.
– Мама, Галя не гость. Галя моя жена. – Юлия Васильевна резко остановилась, и Игорь, шедший за ней следом, налетел на мать.
– Жена? – Юлия Васильевна медленно повернулась к молодым людям. – Жена?
– Да, мама, прости, что все так неожиданно, но я сам не ожидал, что все так получиться. И не думай, что это шутка. Ты знаешь, я с такими вещами в шутки не играю.
– Да уж, такими вещами не шутят. Поэтому, прошу тебя, объясни, что все это значит.
– Мама, я тебе официально заявляю, что Галя моя жена. С пятницы. Только вот объяснить я тебе пока ничего не смогу – некогда. Мы зашли познакомиться и пообедать. Накорми нас, пожалуйста. – И обернувшись к Гале, сказал, – проходи.
Галя ни жива ни мертва прошла в комнату и остановилась у входа. Обернувшись, она увидела, что Юлия Васильевна обняв сына, плачет. Молча плачет. Слезы ручьями скатывались по ее щекам. Игорь достал платок из кармана и нежно вытер мамино лицо. Наклонился и поцеловал в лоб.
Мам, поверь, что это очень серьезно и навсегда. А теперь давайте обедать.
– Игорь, доставай скатерть из шкафа, застилай стол в комнате. – Юлия Васильевна заторопилась, быстро побежала на кухню.
– Мам. Не надо в комнате. Давайте пообедаем на кухне. Во-первых – нам очень некогда, во-вторых – на кухне теплее, по-домашнему.
– Игорек, а что на улице холодно, ты что, замерз?
– Мам, не в этом дело. Я имею в виду теплую домашнюю обстановку. В комнате принимают гостей, а тут все свои, ну скажи ты хоть слово. Что ты молчишь? Скажи маме, что у нас все серьезно. Галь?
– Да, Юлия Васильевна, у нас все серьезно, очень. – Пролепетала Галя. Она чувствовала себя юной девчонкой. Ведь в такой ситуации она оказалась впервые в жизни. Замуж выходить ей еще не приходилось.
– Я надеюсь, что серьезно, хотя два дня срок не очень большой.
– Мам, какие два дня, о чем ты?
– Ну, ты сам сказал, что вы познакомились в пятницу.
– Мам, ну какая пятница. В пятницу Галя стала моей женой, а знакомы мы сто лет. Я же тебе сказал, что мы учились вместе.
